Громче меча 4

Он взмахнул своими шестью крыльями и взлетел.

*1397-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и дафу Вэй Та Ли, временно нетрудоспособного*

— Эликсир готов, — произнёс Фэйшаньцзо и отрыгнул варево в котёл.

По мнению Сары, это крайне негигиенично — варить эликсиры в собственном желудке, но дракон сказал, что другого выхода нет.

Ещё у неё возникло подозрение, что он обманул их и просто съел бесплатную изумрудную ртуть.

«Сейчас выясним, насколько у него чистая совесть», — подумала Сара, вглядываясь в котёл.

Эликсир имеет насыщенный изумрудный цвет — он мерцает в свете закатного солнца и от него просто фонит мощной Ци, которая уже начала разъедать стенки котла.

— А теперь залейте в него весь эликсир, без остатка, — велел Фэйшаньцзо. — Это поможет ему победить зло.

— Каковы шансы на успех? — спросила Сара.

— Я бы оценивал их, как крайне высокие, — ответил дракон. — Виталий — это один из сильнейших юся, когда-либо встреченных мной. Вчера ты спросила меня — сталкивался ли я с Порочным Циклом? Да, сталкивался. И я видел, как скверна ломала волю юся за часы — если она не смогла поработить Виталия за всё это время…

Сара кивнула, решительно вставила трубку в рот Виталию, присоединила к ней воронку и начала заливать в неё эликсир из котла.

*1397-й день юся, Поднебесная, имперская провинция, город Юнцзин, квартал Байшань, суверенный участок юся и дафу Вэй Та Ли, возможно, успешно выздоравливающего, а может и нет*

— … братан, одну кружечку и по домам! — уговаривал меня Владос, мой друг детства. — Надо же культурно отдохнуть? Ты смотри — шашлычок, тёлочки, жара…

Я начал колебаться. Разливное пиво, чешское, в запотевшей кружке, шашлык истекает жиром в мангал, Верка, моя первая любовь, поправляет бюстгальтер и кокетливо улыбается мне…

— Знаешь… — начал я. — Нет, наверное, всё-таки, не буду…

— Виталик, ё-моё! — возмутился Владос. — Ты что, не уважаешь меня?! Я тут старался, поляну накрывал, тёлок созвал, даже Верку позвал! Днюха твоя, братан! На днюху же можно?! И вообще, когда ты успел бросить пить?! Вчера же у меня на хате гужбанили!

— Ну-у-у-у… — меня очень сильно теребило за нос нестерпимое желание прильнуть губами к кружке, но, в то же время, я испытывал интуитивное опасение.

А чего я боюсь? Когда вообще меня ебало, можно или нельзя пить?

Тут, ни с того ни с сего, солнце резко начало нещадно палить, а в желудке у меня образовались газы, которые тут же начали выходить наружу.

— А-а-ай, блядь… — сложился я пополам.

— Сука, ты что наделал?! — воскликнул Владос, который загорелся от палящих солнечных лучей. — Нормально же общались!!!

Сознание резко прояснилось.

— Иди нахуй, «Владос»! — рявкнул я, разогнувшись и попробовав опереться на врытую в землю лавку.

Но лавка растворилась, будто не было ничего, а весь мир поплыл и начал стремительно видоизменяться.

— Виталий, ты умираешь!!! — появился Маркус. — Либо сейчас, либо никогда!!!

Ничего не отвечаю ему — с вероятностью в 100%, это «глиста» пытается наебать меня.

А я ведь был очень близок!

Эта тварь сумела подавить моё недоверие, заставила меня поверить, что всё это было сном — будто не было ничего из того, что я пережил в Храме и в Поднебесной. И я начал колебаться…

Но что-то произошло — похоже, что в меня влили эликсир из изумрудной ртути. Но нахуя?

Желудок ожесточённо крутило, газы пёрли из всех доступных отверстий и мне было очень хуёво. Но не хуёво хуёво, а ободряюще хуёво!

Эликсир придал мне новых сил и теперь я способен трезво проанализировать всё, что мне тут понапиздела «глиста».

Я пребывал в облаке пиздежа!

Никаких школьных друзей, никакой беременной Жени, рыбалки с отцом, прогулок с матерью — всё это было ложью, чтобы усыпить мою бдительность и нанести удар!

Окружающие меня декорации сменились на Низшие палаты Храма — я вновь в каменном мешке, бью стены кулаками и ору.

— Я сброшу верёвку только в том случае, если ты примешь моё предложение! — предупредил наставник Канг.

— Иди нахуй!!! — ответил я ему. — Иди нахуй!!!

Это такая дешёвка, что я просто в шоке от того, что вёлся на неё всё это время!

— Делай, что говорит тебе наставник, содомизированная обезьяна! — прикрикнул на меня мастер Бао.

— Слушай учителя, бестолочь! — вторил ему мастер Фэн.

— Дура, блядь! — крикнул я наверх. — Это слишком дёшево! Старайся лучше!

Внезапно, без какого-либо перехода, я оказался в столовой Храма, в тот день, когда меня, в очередной раз, избивал Сингх, а все остальные смотрели.

— Вот так, да?! — выкрикнул я и заблокировал удар ноги. — А как тебе такое, мразь?!

Вскакиваю и начинаю дубасить Сингха кулаками по торсу и лицу. Его физиономия покрывается ссадинами и ожесточается.

Он бьёт в ответ, умело уклоняясь от ударов и ставя блоки.

«Не может, просто не может он драться лучше, чем я!» — напомнил я себе. — «Он сдох обоссанным недоучкой!»

Перехватываю его правый кулак и сжимаю его в руке изо всех сил. Раздаётся хруст и кисть Сингха ломается в щепки. Он визжит, как раненый поросёнок, но я затыкаю этот визг поворотом его шеи примерно на сто восемьдесят градусов.

Устанавливается тишина. Оглядываюсь и вижу, что лица остальных послушников смотрят на меня с осуждением.

— Это всё, дешёвка?! — спросил я с ухмылкой. — Это всё, что ты сумела наколдовать?!

Из-за своих столов встают Александра и Юрген. Они уже в состоянии фриков — гниющие, воняющие и сильные.

«Победил их раз — разъебу и во второй!» — придал я себе уверенности.

Жизнь — это борьба. Но я бороться не буду. Я — боксёр. Я буду боксировать!

Влетаю в Александру с кулаком — выщёлкиваю ей нижнюю челюсть, а также ломаю грудину коленом. Она складывается и падает, но, почти сразу же, пытается встать.

— Недочеловек… — процедил Юрген.

— Сказал мертвец, — усмехнулся я и легко уклонился от его вертушки.