Ханет. Том 1

Тем временем Миджирг открыла книгу, перелистнула несколько страниц и показала Ханету нарисованную на одной из них яркую картинку. На ней были изображены две огры, одетые в уже хорошо знакомые Ханету юбки и куртки. Одна сидела под деревом, поддерживая сникшего человека в одежде гзартмы, другая стояла рядом и смотрела на них. Одежда на гзартме была вовсе не такая нарядная, как та, что носили гзартмы сейчас, а куда проще и наверняка удобнее.

– Думаю, для начала стоит прочесть сказание «О Сурджаг Охотнице, которая так и не стала Говорящей-с-Богиней», – заявила Миджирг, любовно погладив картинку, и Ханет согласно кивнул. О Сурджаг, так о Сурджаг! Ему уже было интересно, о чем эта история, да и Миджирг, судя по всему, относилась к ней с особым трепетом. Миджирг снова прокашлялась и начала читать – медленно, выразительно, словно стремясь подчеркнуть важность каждого слова.

«Давным-давно, когда народ Удры еще путешествовал по равнинам Доминиона, в клане Синепалых, что обитал в лесу Руш, жила да была дарда по имени Сурджаг. Никто в племени не мог сравниться с ней в силе, ловкости и в умении выследить зверя. О Сурджаг говорили, что она ходит по лесным тропам, словно призрак, и читает следы так, словно сама Гванг, дух леса, нашептывает ей на ухо тайны своих владений. Еще говорили, что Сурджаг понимает язык любого существа, живущего на земле, парящего в поднебесье или плавающего в воде. А еще Сурджаг могла предсказывать погоду, умела вызывать дождь или, наоборот, останавливать бурю. Она вышла из яйца для того, чтобы стать величайшей из Говорящих-с-Богиней и хотела стать ей больше всего на свете. Во время Первого испытания, когда каждая юная дарда уходит в горы, чтобы найти своего духа-охранника, ей явился зар – самый могучий, хитрый и свирепый хищник. Тогда Сурджаг поняла, что ей действительно предстоит великая судьба. Мало кто мог похвастаться тем, что победил зара, но Сурджаг не сомневалась: когда придет время Второго испытания, она победит и повесит череп могучего противника над входом в свое жилище…»

Тут Миджирг перевернула страницу и показала Ханету еще одну картинку, на которой был изображен зверь с мощными когтистыми лапами, выступающими над спиной шипами-наростами, и головой, похожей на голову гигантского ящера. В приоткрытой пасти виднелись острые зубы, грудь защищали то ли костяные, то ли кожистые пластины, длинный хвост от середины разделялся на три части, и каждая заканчивалась наростом-шипом.

– Это сказочный зверь или настоящий? – спросил Ханет. – Голова на драконью похожа, я как-то видал на картинках в одной лавке дома…

– Самый настоящий! – заверила Миджирг. – По ту сторону гор заров истребили в стародавние времена, но здесь они все еще водятся, я как-нибудь покажу тебе череп одного из них!

Ханет невольно поежился, вспомнив отца, погибшего от когтей и зубов ревуна. Взглянуть на череп зара он бы, пожалуй, не отказался, но повстречаться с этакой зверюгой, пока она жива... Нет, спасибо! Хорошо, что по их сторону гор такие больше не водятся! Однако же огры или, вернее, дарды (нетрудно было догадаться, что именно так они себя называют на самом деле), охотились на подобных зверей! Интересно, смогла ли бы Миджирг схватиться с такой тварью? Сумела бы победить? Он оценивающе взглянул на ее широкое плечо. Пощупать бы мускулы, но это тоже, наверное, будет наглость с его стороны...

– Зары – очень умные звери, – увлеченно продолжала меж тем Миджирг, не замечая, какое впечатление произвели на Ханета ее слова, но будто бы отвечая на его мысли, – и победить их в самом деле непросто. Тех, кому удавалось это сделать в одиночку, можно пересчитать по пальцам.

– Ежели по вашим пальцам считать, то больше выйдет, – хмыкнул Ханет и Миджирг согласно кивнула:

– Так и есть, но все равно разница небольшая, а победить зара у нашего народа всегда считалось подвигом. Но давай продолжим читать.

«Много лет Сурджаг готовилась исполнить свое предназначение. Она выполняла все наказы Удры, записанные в Песнях жизни и судьбы, строго следовала всем ее божественным советам. И, хотя Атунйарангто – Верховная Говорящая-с-Богиней клана Синепалых Кудшарг полагала, что ни одна дарда не может прожить свою жизнь так, чтобы ни разу не оступиться, Сурджаг старалась достичь во всем совершенства. Каждый вечер во время молитвы она вспоминала поступки, совершенные за день, тщательно обдумывала их и с удовольствием убеждалась, что сделала все правильно. Она была уверена, что Чаша жизни, которую вручит ей Удра, когда встретит ее после смерти в благословенных долинах Аргхайна, будет наполнена жидкостью прозрачной, словно ключевая вода, и сладкой, будто мед.

Сурджаг долго искала зара, которому предстояло пасть от ее руки, ведь закон запрещал убивать молодых зверей, еще не достигших зрелости, а также тех, кто вынашивает детенышей или заботится о потомстве. И когда Сурджаг, наконец, нашла подходящего зверя, она возрадовалась и вознесла благодарственную молитву Удре, потому что этот зар и в самом деле был могучим и прекрасным…».

– Наши охотники тоже никогда не охотятся на беременных самок и матерей с детенышами, – сказал Ханет, довольный тем, что может хоть немного улучшить мнение Миджирг о людях.

– Это очень хорошо, – одобрительно отозвалась та и, перелистнув еще одну страницу, продолжила:

«Лето в тот год, когда Сурджаг предстояло пройти последнее испытание, выдалось знойное, но для дард в том не было большой беды. В самый жаркий полдень, когда солнце стояло в зените и все живое старалось укрыться в тени, любая из них чувствовала себя превосходно. Вот и Сурджаг шла через поле, не замечая ни пожухшей травы, ни пыли, клубящейся вокруг ее ног, и думала лишь о том, как подкараулит зара у логова и как тот, взревев от ярости, поднимется на задние лапы и бросится на нее, чтобы разорвать огромными когтями, и как потом будет визжать перед смертью, когда поймет, что такой противницы, как Сурджаг, ему не одолеть.

И вдруг Сурджаг услышала, как кто-то окликает ее. Оглядевшись, она увидела сидящую под деревом Йиширг, свою названную сестру. На руках та держала своего гзартму Ландиса.

– Что случилось, сестра? – спросила Сурджаг, подойдя к ним.

– Хорошо, что ты шла мимо, – сказала Йиширг. – Нет ли у тебя с собой воды? Ландису стало плохо от солнца, и я уже отдала ему всю воду, которая была у меня с собой.

Сурджаг посмотрела на Ландиса и увидела, что тот выглядит больным и его бьет озноб.

– Зачем же ты взяла с собой на охоту гзартму? – спросила Сурджаг. Она достала из сумки флягу и протянула Йиширг. – Вот, возьми, но там осталась всего пара глотков.

На самом деле у Сурджаг в сумке лежала еще одна фляга с водой, но она не стала говорить о ней Йиширг. Вода была необходима, чтобы устроить ловушку для зара. Почти все источники в округе обмелели, до ближайшего идти было не менее часа, и Сурджаг не хотела тратить время, опасаясь, что зар уйдет на охоту, и они разминутся.

– Спасибо тебе, сестра! – поблагодарила Йиширг, дав Ландису напиться. – У него закончились целебные травы, вот он и упросил меня взять его с собой в лес. Только тут растет синий чертополох, помогающий от ломоты в костях…

– Не стоило тебе слушать гзартму, – покачала головой Сурджаг, а про себя подумала, что Йиширг поступила глупо не только в этот день, но и много раньше, когда решила привести в свой шатер человека…»

Тут Миджирг вдруг закашлялась. Похоже, она и в самом деле испытывала смущение. Ханета это почему-то обрадовало.