Ханет. Том 1
Шрифт:
– Ты очень хороший, Ханет, – Далий прикоснулся к его руке и серьезно посмотрел ему в глаза.
– И это качество пригодится тебе везде, а не только в Копях, – подхватил Нейтан. – А еще – красивый. Так что тебя наверняка будут продавать дороже, чем, скажем, меня или того же Паоло.
– Скажете тоже! – отмахнулся Ханет, чувствуя, как вновь прилила к щекам кровь. – Видал я себя нынешнего в это ваше зеркало, срамота одна, смотреть тошно. Мужчина должон быть хорошим мужем и отцом, добытчиком, хозяином, да воином, ежели придется кого оборонять, вот его главное дело! А морда что – не солнце поди, в темноте не посветишь, да жилье не согреешь,
Далий покачал головой.
– Не запросят. Для огр важна красота, а происхождение и ученость не играет никакой роли. Так мне говорили, по крайней мере.
– Стало быть, меня может купить какая-нибудь богачка или даже знатная госпожа? Если у них там есть знатные госпожи…
– Вот именно! – подтвердил Нейтан. – А мы можем достаться каким-нибудь… рудокопшам, к примеру. И отправимся в копи в буквальном смысле этого слова.
– Не думаю, что у рудокопш есть деньги на слуг, – в голосе Далия послышалось сомнение.
Ханет ухмыльнулся.
– Неужто ты не все знаешь про огрш?
Далий развел руками.
– Пока нет, но, возможно, за то время, что мы проведем в Огровых копях, я узнаю многое и смогу – ко знает? – написать посвященный им научный труд. Так что проведу там время с пользой в любом случае.
– Метите в Академики-огроведы? – усмехнулся Нейтан.
– О, так далеко я не загадывал! – смутился Далий.
– В любом случае, восхищаюсь вашей способностью искать хорошее в самой неприятной ситуации… верно, Ханет?
– Должно быть. А я, ежели позволите, хотел спросить вот что. Богачи-то обычно сторонятся нашего брата, ну вот, как Паоло, а вы – совсем другое дело. Отчего так?
– Я к этому привык в Академии, – пожал плечами Нейтан. –Преподаватели там обращают внимание не на происхождение, а на способности. И будь ты даже принцем, если у тебя нет дара, первым на курсе не стать.
– А я знаю, что в Копях мое происхождение не будет иметь никакого значения, поэтому не вижу смысла задирать из-за него нос, – сказал Далий.
– Да и вообще, задирая нос из-за чего бы то ни было, рискуешь споткнуться, упасть и расквасить его, – фыркнул Нейтан. – Но ты, Ханет, не думай, что все без исключения богатые или знатные люди умны и разделяют нашу точку зрения, или могут приспособиться к условиям, в которых оказались. Возможно, мы с Далием единственные в своем роде, по одному на Табирнию и Килдерейн.
– Тогда выходит, свезло мне, что повстречал вас.
Нейтан отвесил Ханету поклон и взглянул на Далия.
– Предлагаю оставить церемонии и перейти на «ты»… господин Тивиар. По-моему, это будет вполне уместно, учитывая обстоятельства.
– Тогда уж и обращаться нам друг к другу следует только по именам. Кажется, наши родовые фамилии отныне не будут иметь никакого значения, как и наше происхождение, господин… Свитграсс, – Далий также отвесил Нейтану поклон.
– Да, верно, – согласился тот. – Никакого значения.
Со стороны лагеря прозвучал сигнал рожка, созывающий путешественников обратно, и юноши поспешили к повозкам. Никто не говорил, что не хочет ехать дальше, не жаловался на страх и не поносил судьбу, вынудившую их бросить семьи и отправиться навстречу жизни, к которой все они, возможно, за исключением Далия, не были готовы. К своей повозке Ханет, Далий и Нейтан подошли одновременно с
нидинцами, и те поприветствовали их так бурно и радостно, словно были старыми добрыми друзьями. Паоло явился последним, молча уселся на свое место и снова отвернулся от всех. Ханет хотел было заговорить с ним, но Нейтан, заметив это, покачал головой. Ханет чуть заметно пожал плечами и кивнул. Паоло ясно дал понять, что не желает общаться ни с кем из них, и даже не извинился перед Далием. Значит, так тому и быть.***
– Застава, – сообщил через несколько часов пути Оскат. После привала у реки, он так и ехал на гнедом жеребце рядом с их повозкой в голове каравана.
Юноши бросились открывать окна, чтобы по очереди выглянуть наружу, сидеть остался лишь Паоло. Из-за их спин и голов стражников было видно, что дорога далеко впереди упирается в огромные кованые ворота, перекрывающие вход в узкое темное ущелье, по обе стороны которого высятся две скалы – абсолютно голые, выпуклые и округлые, словно…
– Так вот почему пограничный город Копей называется Запопье! – воскликнул Далий. – А я-то все голову ломал…
Все удивленно уставились на него, а после грохнули смехом. Паоло даже не улыбнулся, но на него никто уже не обращал внимания.
– Ты это выдумал! – воскликнул Нейтан.
– Правда! Я ничего не придумал! – смеясь, оправдывался Далий. – Господин Оскат, прошу вас, подтвердите, что я говорю правду!
– Так и есть, Далий, так и есть. К вашему сведению, молодые люди, самим ограм это название вовсе не кажется смешным, – невозмутимо отозвался торговец. – Если что-то выглядит, как задница, так они это и называют.
– Ну нет, они называют это нежно и ласково: попа! – Нейтан вытер выступившие на глазах слезы. – Знал бы я заранее, куда еду!
– Да-да, приятель, мы все скоро попадем прямехонько в задницу! – Гаррет легонько пнул Эвана коленом и потребовал уступить ему место у окна. Паоло раздраженно хмыкнул и вжался в спинку сиденья, чтобы нидинцы не коснулись его.
Далий предложил Нейтану поменяться с ним местами, чтобы тот тоже мог взглянуть на горы, сел рядом с Ханетом и несколько раз глубоко вздохнул, стараясь успокоиться.
– Фу, это так грубо! Но невероятно смешно!
– «Окажемся в попе» получше будет? – сделав серьезное лицо, спросил Ханет, и Далий, бросив на него укоризненный взгляд, снова расхохотался.
– В Запопье, – посмеиваясь, поправил их Оскат. Наверняка он слышал похожие разговоры каждый год и знал все возможные шутки относительно названия города, да и самой заставы, но было не похоже, чтобы они ему наскучили.
Гаррет сел, и Ханет снова высунулся в окно – как раз в тот момент, когда из открывшихся ворот навстречу остановившемуся каравану вышел отряд темнокожих стражников, вооруженных мечами и облаченных в шлемы и полудоспехи.
– А вот и огры, – сказал Оскат, похлопав по шее своего жеребца. – Когда они подойдут, сидите смирно, не говорите с ними, а еще лучше даже не смотрите на них. После того как проедем заставу, задерните шторы на окнах и не смейте их открывать, пока я не разрешу.
Прежде Оскат еще не разговаривал с ними так строго, но сейчас Ханету было не до того, чтобы размышлять о причинах подобной перемены. Он смотрел на огрш, огрих, огр или как там было правильно их называть. Издалека те походили на людей, но, когда подошли ближе, стало заметно, что огры намного выше и крупнее, а мускулы на обнаженных руках перекатываются под кожей словно булыжники.