Хорошая девочка

– Кстати, что означает это твое «из-за меня наплыв»? Нет гостей – я виноват. Есть гости – тоже. – Изобразив на лице вселенскую обиду, оттесняю Сару к двери. Открываю шкаф, чтобы достать ее плащ и сумку. Назвав этот баул сумочкой, я явно погорячился. На самом деле – это нефиговая такая сумяка, с которой, потерявшись в лесу, можно будет спокойно прожить неделю. Я как-то заглянул – и впечатлился. Зачем я рылся в чужих вещах, спросите? Ничего личного. Просто чертова гиперактивность. Кстати, Сара ничуть не обиделась, когда поймала меня за этим занятием. Просто несколько озадаченно свела брови.

– Нет-нет. Я ни в чем тебя не обвиняю. Если у тебя есть еще друзья – любители сладкого, можешь их смело звать.

– Ты смотри, как запела, – смеюсь.

– А чего теряться?

– Нечего. Все правильно, – чмокаю в щеку. – Ну что, пойдем?

– Секунду. Только сыну позвоню.

– Ты звонила ему три минуты назад.

– И не дозвонилась. – Хмурится. Вслушиваясь в гудки, вытягивает указательный палец, призывая меня к тишине. Ладно. От женщины с ребенком было глупо ожидать чего-то другого. Помолчать я могу, а вот постоять спокойно – вряд ли. Опускаю руку на ее упругую задницу и, поймав расфокусированный взгляд, веду вверх.

– Дава? Ну, слава Богу. Я уже начала волноваться. У тебя все хорошо? Ага… Ты когда домой явишься? Да нет… Я больше из-за твоей учебы волнуюсь… Ты уроки вообще делаешь? Ясно. Если что, пожалуйста, не забывай о презервативах. – Выпалив это, Сара резко сбрасывает вызов и прячет телефон в карман. Видно, что разговоры подобного толка даются ей нелегко. Но, тем не менее, она их заводит. И правильно делает, я считаю. За пацанами глаз да глаз нужен. Особенно в таком возрасте. Удивительная она все же. Переплетаю наши руки. Веду за собой к выходу.

– Ты прелесть.

– Серьезно? – морщит нос.

– Конечно. А у тебя есть сомнения?

– Не знаю. Дава какой-то странный в последнее время. Может, потому что влюбился.

– В Леську?

– Он пока не говорит в кого. Но она уже мне не нравится, – Сара смешно поджимает губы.

– Почему? Ильина умница. Хороший боец…

– Была бы умницей, так оценила бы моего сына по достоинству.

Как тут не засмеяться?

– Сарка, ну ты просто классическая еврейская мама из анекдота.

– Серьёзно? – напрягается. – Так со стороны выглядит, да? Я перегибаю?

– Нет. Ты отличная мать. Только мнительная очень. – Помогаю ей устроиться на пассажирском сиденье. – Пристегнись.

– Ты ошибаешься. В свое время я здорово наломала дров.

– Тебе было всего шестнадцать. Ошибки совершают даже взрослые состоявшиеся тетки. Например, твоя мать.

– А что с ней? – невольно взвивается.

– Она тебя во сколько родила?

– В двадцать восемь.

– Вполне осознанный возраст, согласись! Для того времени – так точно. А теперь ответь себе на вопрос – госпожа прокурорша была тебе идеальной матерью?

– С некоторыми нюансами, – вызывающе вздергивает подбородок эта несносная женщина.

– Сара!

– Ладно, твоя взяла… – смеется. – Мама хорошая, но ее слишком много в моей жизни. Может, я неблагодарная, но меня очень радует, что ей пришлось вернуться домой.

– Ты так и не выяснила, что это была за спешка?

– Не-а.

– А что твой отец?

– Я его не знала. Мама родила меня для себя.

– И тебе никогда не было интересно, кто он? – перестраиваюсь в правый ряд. От нетерпения немного потряхивает. Я потому и завел этот разговор – надо как-то отвлечься.

– Даже не знаю. В детстве я, конечно, интересовалась, кто мой папа, а потом перестала.

– Почему?

– Не хотела расстраивать маму. Единственное, что мне известно – та связь была случайной. У нас даже контактов отца не сохранилось.

– Думаешь, это правда?

– Понятия не имею. Однако мне нравится думать, что отец тупо обо мне не знает. Гораздо хуже было бы, если бы он знал, и не захотел общаться. Ой, а где это мы?

– Сюрприз. Закрой глаза.

– Надеюсь, это не похищение.

– Надейся.

– Сережа! – смеется.

– Да не бойся. Верну я тебя домой. Осторожно! Ступенька. Эй! Не подглядывай.

Осторожно завожу Сару в парадную. Прикладываю палец к губам, знаком веля охране помалкивать. Вызываю лифт.

– Есть какие-нибудь идеи? – улыбаюсь, с удовольствием наблюдая за нетерпением, написанным на красивом личике моей женщины.

– Ресторан на крыше?

– Нет.

– Закрытое мероприятие для извращенцев?

– Нет! А что… – не могу скрыть заинтересованности, – ты бы хотела на нем побывать?

– А они что, правда проводятся?! О-о-о… Я так, наобум била, думая, что о таком только в книжках пишут.

– Интересные ты книжки читаешь.

– Эй! – смеясь, толкает меня в бок.

– Не дерись. – Целую Сару в макушку. Лифт с мягким толчком останавливается. Наши тела сильней вдавливаются друг в друга. Почти невыносимо для того, кто вот уже сколько дней не может получить вожделенного.

– Не буду! Только предупреди, когда мне можно открыть глаза.

Это так трогательно, что она ни разу не попыталась сжульничать и подсмотреть. Честная она, совершенно необыкновенная. Как хорошо, что мне в ленте однажды попалась та реклама. Кстати, недавно мне пришлось объяснить Саре, что рекламщики у нее весьма посредственные – вот как они настраивали таргет, если мне в Шри-Ланке ее рекламу показывали? Дерьмово – вот как. Сара очень расстроилась. Начала считать потенциальный убыток… Тут пришел мой черед оскорбиться. В конце концов, она встретила меня! Разве я не стою всех ее несостоявшихся гостей, вместе взятых?

– Пахнет как будто известкой, – ведет носом Сара.

– Если обанкротишься, можешь пойти работать в таможню. Нюх у тебя что надо.

– Чего это я обанкрочусь? – взвивается.

– Ну, мало ли. По команде открывай глаза.

Подхожу к кухонному острову, зажигаю быстренько свечи. Бабы такое любят. Но далеко не все из них стоят того, чтобы заморачиваться… Выключаю центральное освещение. Горят только подсветка на обшитой деревом стене, свечи и огни города. В окно монотонно стучит осенний дождь. Пожалуй, музыка будет лишней.

– Можешь смотреть!

– Ух ты! – глаза Сары потрясенно распахиваются. Ну, да. Я действительно постарался. Нанял флориста, который здесь все украсил цветами. Если честно, я даже сам не ожидал, что выйдет настолько красиво. – Это твоя квартира?!

– Угу. А ты первый человек, который ее увидел.

– Обалдеть, Сереж. Невероятно красиво. А как просторно!

– Да это потому что мебели нет, – отчего-то смущаюсь. – Видишь, вон, только кухонный гарнитур. И то его только сегодня собирать закончили.