Хорошая девочка
Шрифт:
Сара кивает и, закусив губу, проходится по мне странным взглядом, смысл которого я не могу понять, как ни пытаюсь.
– Тут шампанское. Тут… морские гады.
– Откуда ты знаешь, что я люблю морепродукты?
– У меня есть шпиён.
– Ясно-понятно. Ох уж эти шпиёны. Надеюсь, тебе дорого обошлась информация.
– Я обещал Давиду тебя отвлечь. У него, похоже, все-таки срослось с Леськой.
Разговор быстро надоедает. Даже такой – шутливый. Я несколько дней на Сару облизывался. Ждал, пока здесь хоть мало-мальски все приведут в порядок. Уж не знаю, что так на меня подействовало, но мне
– Коварство – твое второе имя.
– Угу. Давай уж, что ли, поедим? Стульев нет. Только надувной матрас.
Тянусь за бутылкой, скручиваю мюзле. И тут слышу ее тихий смех.
– Что?
– Бросай уж свою бутылку.
– Зачем это?
– Вижу ведь, не терпится матрас испытать.
Чувствую, как у меня от стыда начинают гореть уши. Что мне – пятнадцать лет? Что я – не подожду?
– Вот еще! Ешь! – тычу вилкой в соте из морепродуктов и протягиваю Саре кусочек. Она склоняется над столом и послушно открывает рот. Арррр… – Тебе кто-нибудь говорил, что ты чересчур раскована как для почти девственницы?
– И в этом нет ничего удивительного, – заявляет Сара, активно жуя. – Я давно хочу расширить свои горизонты в этом отношении.
– А как же твои страхи? – стираю с ее шикарных и явно натуральных губ кисло-сладкий соус. Вообще не представляю, почему я решил, что она прибегала к каким-то процедурам. Наверное, я просто не мог поверить в то, что именно мне достался тот самый эталонный экземпляр, который взят всеми за основу прекрасного.
– Думаю, это ситуативная история, – глядя в глаза, Сара берет в рот мой палец. Ее щеки горят, в глазах – шальной блеск. – Просто не дави…
Ну, даже не знаю. В сексе обычно веду я, да, может, излишне грубо указывая женщине на ее место… подо мной. Но зная историю Сары, меня совершенно не обламывает ей уступать. Скорее напротив. Я нахожу в этом какой-то новый для себя кайф. Который вполне компенсирует такую сложную для меня штуку, как безучастие.
– Я оторвусь, когда ты привыкнешь.
Мое дыхание замедлилось и углубилось, а голос стал будто чужим. Глубоким, томным…
– И что же ты сделаешь?
– Нагну раком и оттрахаю до звезд перед глазами.
– Грубо.
– Что такое грубо, ты поймешь, когда мы перейдем к делу.
Да-да, понимаю. Звучит действительно на любителя. Но ведь я внимательно за ней слежу, а потому вижу, что Сару такие разговоры заводят. Она вся раскраснелась и невольно подхватила ритм моего дыхания – вдох, выдох… Тут уж не до еды. Решительно откладываю вилку. Демонстративно медленно вытираю руки салфеткой и начинаю пятиться.
– Ты куда?
– Догадайся.
– Сергей! Подожди. Нужно хотя бы затушить свечи, а то пожар начнется.
– Если пожар начнется, то, гарантирую, возгорание случится совсем в другом месте. Пойдем.
Сара, как завороженная, обходит остров и медленно шагает за мной.
– А как же душ?
– Я там был сразу после тренировки.
– Дава рассказал, что ты включился в процесс, – часто-часто кивает Сара. – Почему ты мне не сказал?
– Зачем?
Мои пятки касаются матраса. Тренировки – последнее, о чем я хочу думать в этот момент.
– Затем, что это наверняка для тебя важно.
– Прямо сейчас важно то, что происходит между
нами. – Я стаскиваю через голову худи, расстегиваю ремень и приспускаю джинсы с бедер.– Боишься, что не сможешь довести до ума начатое?
– Сара, я ничего не начинал. Это просто тренировка.
– А это… мог бы быть просто секс. Но ты утверждаешь, что хочешь большего.
– И?
– Нет. Ничего… Не бери в голову.
Мелькает мысль, что этот разговор не стоит оставлять так. Мелькает, и ее тут же вытесняет следующая. Когда же Сара касается ладонью моей груди, чуть оцарапав сосок ноготком, голова и вовсе пустеет, а тело, напротив, наливается тяжестью…
– Поцелуй меня.
– Как?
– Как хочешь.
Сара начинает с не самого очевидного. С ребер… Ведет по дуге языком, прикусывает сосок и медленно-медленно опускается. Ниже по ложбинке на животе, косым пресса. Я пытаюсь наслаждаться этой медлительностью, затолкав подальше желание подчинить свою женщину тому темпу, к которому привык сам. И это нелегкая, блин, работа. Вдох… Выдох. А? Что?
– Ты куда? – изумленно открываю глаза.
– Прости. Там телефон звонит.
– И что? – сощуриваюсь.
– Прости. Номер незнакомый. Давид непонятно где…
– Да что ему будет? Взрослый ведь парень! – возмущаюсь я, да только Сара уже не слушает. По тому, как бледнеет ее лицо, понимаю, что трубку она взяла вовсе не зря. – Что такое? Сара!
– Дава в полиции.
– Чего?
– Не знаю. Говорят, он кого-то избил. Извини, мне нужно ехать. Ты только скажи, какой назвать адрес таксисту.
Вынимаю из ее руки телефон. Демонстративно сбрасываю вызов. Сара реально первым делом позвонила в такси! И в ответ на ее возмущенный взгляд я не менее возмущенно рявкаю:
– Я что, тебя не отвезу?!
ГЛАВА 14
ГЛАВА 14
Дорогой меня трясет. Я то хватаюсь, за телефон, чтобы позвонить матери, которая точно подскажет, что делать, то, напротив, сжимаю руки в кулаки. Я же взрослая. Хотела самостоятельной жизни? Вот она. Во всей красе. Расхлебывай.
– Ты не мог бы ехать быстрей? – зужу на ухо Бекетову.
– Мы почти приехали.
– Да? – произношу, загнанно оглядываясь. Боже мой! Я точно не в себе – света белого не вижу. А все потому, что я ни разу ни с чем подобным не сталкивалась. Давид – покладистый воспитанный мальчик. Будто понимая, как мне сложно растить его в одиночку, он никогда не доставлял мне каких-то серьезных проблем. Что же могло произойти сейчас? Те версии, что лезут в голову – одна другой хуже. А тут еще у Сергея телефон звонит, прокатываясь неуместно веселым гудком по нервам.
– Привет, Дэм, я за рулем. Ты на громкой, – коротко обрисовывает ситуацию Бекетов.
– Дай угадаю. В ментовку едешь?
– Да. А ты откуда…
– Мне позвонил Таир. Ему – родители Ника Голунова. Похоже, что-то не поделили наши парни. Голунова тоже загребли. Во дают.
– В каком смысле? – не сумев скрыть истерики в голосе, вклиниваюсь в разговор: – Они подрались, что ли?
В динамиках на секунду повисает тишина.
– Эм… Привет, Сара. И ты тут. Я мог догадаться.
Пропускаю мимо ушей последнее ироничное замечание.