Художник

– Не могу. Он подписал мне подряд на застройку южного района.

– Может, тогда не пойду я? Снова с женитьбой начнут приставать... Бернат... Алло! Ты что, хочешь продать младшего брата за квадратные километры?

В трубке раздался хохот, слышный даже охраннику.

– Оглушил, коняга! Так ты приедешь? Кого возьмешь?

– Приеду, конечно. Один. Подарок от нас куплю. Стол закажи сам. Есть для тебя интересные новости. Обнимаю.

Иржи закрыл аппарат и убрал в пиджак.

– Столик этот же. Накрыть на четыре персоны. И еще: я могу как-то связаться с госпожой Эстер?

– О, конечно!

Пока официант расставлял заказанные блюда, Сапеш потыкал пальцем в свой коммуникатор.

– Госпожа Эстер? Добрый день, прекраснейшая! Это Сапеш, администратор ресторана. Да. Тут господин Измирский... Да. Спрашивает Ваш номер... Нет, абонентский... Хорошо. До вечера! Она согласилась Вам его дать!

– Улыбаясь во весь рот, поведал метрдотель.

– А она приглашена участвовать в концерте?

– Да, открывает программу.

– Замечательно.
– Иржи набрал данный администратором номер.
– Здравствуйте, госпожа Эстер. Рад слышать Вас в добром здравии.
– Мурлычущим голосом произнес Измирский-младший.
– Сегодня в зале ресторана "Хрустальной звезды" состоится празднование дня рождения госпожи Линды. Я бы хотел пригласить Вас после выступления к нам с братом Бернатом Измирским за столик. Спасибо.

Иржи убрал аппарат и пояснил:

– Согласилась.

– Еще бы.
– пожал плечами Сапеш.
– Кто ж от такого отказывается?

Когда Иржи съел овощной суп с клецками и мягкой булочкой с кунжутом, Фаркаш поднял голову от своей тарелки и запыхтел, то и дело кося глазом в сторону хозяина. Тот немного, минут пять, потрудился над выдержкой охранника, да и собственной тоже. Сопение все не прекращалось.

– Йожеф, - Измирский немного повернул голову в сторону затрудненного дыхания, - У тебя ринит?

– Что, господин?

Сопение прекратилось, зато наморщился лоб и приоткрылся рот.

– Ты простудился?
– Снова задал вопрос Иржи.

– Нет, господин, со мной все в порядке.

– Хорошо.
– Иржи отвернулся и занялся гарниром и рыбой.

– Можно задать вопрос?
– Наконец насмелился Йожеф.

– Говори!
– Рыба в этом ресторане была выше всяческих похвал: нежная и без единой, даже микроскопической, косточки. А белое вино прошлогоднего урожая изумительно добавляло неожиданные оттенки бесподобному блюду.

– Господин Измирский, а Вы эту женщину, певицу, Эстер, приглашаете для себя или для господина Берната?
– Выпалил Фаркаш и покраснел.

Изумленный Иржи развернулся и посмотрел на помидорного охранника.

– Мм... Странный вопрос. Не находишь, Йожеф? Тебе так понравилась эта девица, что ты решил развлечь ее сам?

– Нет!
– Резко отмахнулся тот.
– Просто господин Бернат распорядился не допускать никого...

– Да-а? А чулочки под подушкой? Они мне приснились?
– Иржи поднял брови.

– Простите...

– Ну, если тебе так дорога профессиональная честь, господин Бернат сегодня сам будет блюсти мою невинность. Не переживай. Вдвоем справитесь.

– Я просто хотел спросить, - Фаркаш совсем опустил голову и чуть ли не зашептал, - кто за столом будет четвертым?

И тут художника осенила идея. Он прищурил глаза и, нагнувшись к охраннику, спросил:

– Ты и в самом деле так переживаешь за меня? Или все-таки за свое место? А? Только честно!

Молодой парень, лотереей судьбы попавший в этот закрученный великосветский мир в роли охранника, поднял на Иржи чистые серые глаза:

– Я переживаю за Вас! Они, - он помахал рукой, - богатые женщины, всегда врут. Понимаете, я обычно стою, и на меня обращают внимания столько же, сколько на мебель в гостиной. Я вижу все их уловки, и как они пытаются подцепить кого-нибудь, чтобы только получить деньги. В них нет любви, огня... Они, как водяные пиявки: скользкие, холодные и вечно голодные. А Вы - такой искренний, честный... Я просто не хочу, чтобы к Вам присосалось одно из этих существ, пожирая душу и содержимое кошелька!

– Бог мой, Йожеф! Да ты - поэт! До тебя женщин мало кто воспевал подобным образом.
– Иржи отпил глоток вина.
– Я могу тебе сказать, что ты и прав, и не прав. Женщине Богом предназначена роль хозяйки дома. Согласен? Вот! И конечно, каждая мечтает о своем уютном гнездышке с добрым мужем и детьми. А их, дорогой мой Йожеф, хочется вырастить достойными членами общества, дать хорошее образование, чтобы впоследствии они могли сами основать свой бизнес и завести детей. Правильно? А для этого требуется что? Деньги. Женщина, в силу своей внутренней сути, не должна вести дела, не должна принимать ответственные решения. Это все разрушает ее психику. Она - советчик и хранитель домашнего очага. В идеале, она должна беречь и направлять своего мужчину, а он - принимать верные решения и отвечать за последствия, в том числе и за обеспечение своей семьи достаточными средствами. И женщина инстинктивно ищет финансово успешного мужчину, предполагая, что его решения, как успешного человека, наиболее правильные и дальновидные. Так? А чем она может привлечь такое, в-общем то примитивное существо, как мы с тобой? Верно думаешь, внешностью. Когда ты встречаешь девушку, дорогой друг, ты думаешь об ее уме, а? Не-ет. Ты облизываешься на ножки, личико и сиськи, совершенно не думая об остальном. Чем мужчина богаче, тем больше желающих дам заставить сделать его выбор в их пользу. В ход идет косметика, духи, ну и весь прочий, доступный к просмотру и возможному тестированию, товар. В нас заложено, Йожеф, матушкой-природой: женщина красива, значит, здорова. И от нее родятся здоровые дети. Сплошная физиология, мон шер.

– Но там одно вранье!
– гнул свою линию упрямый охранник.
– Кругом силикон, ботокс и ни капельки любви!

– А ты, Йожеф, когда-нибудь пытался разобрать, что такое, эта любовь?

– Мы с женой любим друг друга!
– пылко ответил тот.

– Хорошо, уговорил. Давай на твоем примере. Представь, что за какой-либо проступок ты вылетаешь с работы. Естественно, рекомендаций тебе никто не напишет, и высокооплачиваемая должность больше не светит. Ты ничего не умеешь, кроме как воевать и драться. Военных действий в ближайшее время, надеюсь, не предвидится. Поэтому ты, после месяца безнадежных хождений, нанимаешься грузчиком и получаешь гроши. А теперь, - Иржи откинулся на спинку стула, достал из кармана сигареты и прикурил.
– Расскажи, как будут развиваться ваши отношения с нежно любимой женой.

Охранник покосился на сигарету в руках Иржи.

– Бросьте эту заразу, пожалуйста!
– попросил он.

– Уеду отсюда, брошу. Честное слово дворянина!
– Поклялся художник.
– Итак?

– Ну, она сначала будет плакать.

– Дальше?

– Ругаться.

– А ты?

– Не знаю. Наверное, с горя напьюсь.
– Усмехнулся Йожеф.
– Мне будет трудно.

– А потом она начнет устраивать истерики каждый день. Ты - сопьешься. Она - найдет более успешного человека. Так что, ваша любовь - это сплошная биохимия без проблеска разума.

– А как в этом случае надо поступать?

– Ты потерял работу. Обижен, растерян. Правильно? Идешь к самому близкому человеку: жене. Обрисовываешь ей проблему. Она утешает, говоря, что вместе вы обязательно что-нибудь придумаете. Тебе становится легче, и ты занимаешь выжидательную позицию, периодически обходя потенциальных работодателей. А она, тем временем, продумывает варианты, подключив родню, друзей, малознакомых и совсем незнакомых людей, убеждая, уговаривая, упрашивая. Это ведь ее гнезду грозит нищета! Или ты думаешь, что ей хочется снова искать и бороться за более успешный мужской вариант, когда она уже завоевала этот? Тем более, что потенциал у тебя вполне достаточный. И вот, через несколько дней на тебя начинают сыпаться предложения. Твоя задача - собрать в кулак все свои аналитические способности и сделать самый удачный выбор, не забыв впоследствии поблагодарить супругу за спасение своего брака и собственной психики.

– Так как же жить?

– В идеале - сочетать аналитику с физиологией. То есть, оценить понравившуюся женщину не только как объект сексуального удовлетворения, но и как разумное существо. Причем, мыслящее по-иному, не так, как ты, но, тем не менее, подчас добивающееся больших результатов. Обычно это видно, когда люди делают одно дело. К примеру, работают вместе.

Иржи докурил сигарету и бросил окурок в пепельницу:

– Редкостная гадость! А в связи с нашим откровенным разговором у меня к тебе деловое предложение. За небольшую дополнительную оплату, разумеется.