Идеальная девушка

Власть в империи не делилась пополам — давно вышла за предел игры в перетягивание каната. Такое бывало в истории Земли. Религия отбирала власть у правительства, правительство отбирало власть у религии, временами пытаясь вовсе истребить конкурента. Президент и отклоняющий его решения сенат, глава компании и совет директоров… Ничего нового, все та же бесконечная спираль истории. Император ничего не мог сделать с Компанией, хотя, любой гражданин империи мог подать на Компанию в суд и даже выиграть разбирательство.

И император, и рабы — продукт психологической обработки. Считают ли верхушки Компаний их одинаковыми? Понимает ли эту тождественность император?

Я потерла лицо руками, пытаясь прогнать лишние мысли. Что от них толку? Вновь, пытаясь заесть одно другим, вернулась к чтению. На этот раз про действующего правителя.

Обычная, непримечательная внешность. Куча законопроектов, планетарных и секторных, которые так просто не осознаешь, не охватишь.

Какое-то время, даже не заметив, когда это началось, я бездумно читала о сыне императора, мальчишке, десяток лет находившемся в заморозке на Мийитии и «оживляемом» раз в год, когда в резиденции императора наступало лето, а император мог уделить сыну целый день. Сам правитель никак это не комментировал, а мнения СМИ разделялись, обрастая бахромой домыслов: от невероятно слабого здоровья ребенка, до стремления императора операциями и лекарствами продлить свою жизнь на несколько сотен лет и, стало быть, необходимости не допустить наследника на трон…

Вначале, обнаружив, что забрела куда-то не туда, я с раздражением отбрасывала эту бесполезную информацию, но натыкаясь на нее вновь и вновь, задумалась, что на самом деле за ней таится. Намеренное создание загадочности? Какая-то иная причина? В конце концов, именно нынешний правитель призвал на обязательную службу телепатов, организовал их в единое ядро. А значит, что-то в этом человеке определенно есть. Или все не так?

Запросы об истории телепатов до времен нынешнего императора оборачивались ничем, в лучшем случая являя ошибку доступа, а в худшем — не находилось ни одного результата. Только несколько давних судебных дел с Компаниями, забравшими в рабство телепатов, всегда заканчивавшихся одинаково спокойно — мирной капитуляцией той или иной Компании. Я бы даже сказала, демонстрацией удивительной покладистости. Телепаты с давних времен находились под защитой империи, что означало — поступали на службу, дабы эту силу никто не мог использовать в личных целях. Но какую форму они имели раньше? Образовывали ли объединение?..

Внезапно, голова пошла кругом. Что, если не император обратил внимание на телепатов, а телепаты выбрали молодого правителя, чтобы обрести стабильность? Кто кем на самом деле управлял?

И… почему, обладая такой способностью, они просто-напросто не покончат с Компаниями?

Простой, закономерный вопрос, способный прийти на ум даже маленькому ребенку, вызвал что-то вроде шокового состояния.

Дело в императоре, который считает рабство нормой? В непогрешимости Компаний, понимающих, что от телепатов им ничего не скрыть? В самих телепатах, предпочитающих не баламутить в империи воду? А сколько их на самом деле? Может, слишком мало? Чем они занимаются, кроме охраны императорской семьи и расследований особо важных, космических масштабов, дел?

Что, если на самом деле я одна из них? Реальность подернулась туманной дымкой.

Я не помнила мыслей своих родных, ни отца, ни брата, ни бабушки. Марк служил в имперских войсках не на последней должности, но тем не менее, не выдал меня никому. Не за красивое личико же! Вокруг хватает девушек и привлекательней, так зачем из-за меня рисковать не только карьерой, но и жизнью в целом? Однажды я уже пришла к мысли, что Марк может быть моим наблюдателем. Ведь не случайно он изо всех сил крутит в голове фигуры, скрывая часть своих мыслей. Быть может, на работе я перенапряглась, вследствие чего меня снабдили фальшивыми воспоминаниями и отправили на отдых. Надеюсь только, это не проверка перед вступлением в ряды имперских телепатов, иначе я ее вот-вот провалю, если еще не провалила.

Нет! Есть ли смысл выбирать для отдыха воспоминания кого-то, кто почти дошел до самоубийства, кто страдает от тоски по дому, полетам и всему, чего нет, и не будет на Лэтэтоне? Не отдых, а наказание? Но тогда меня бы не оставили одну — за время, проведенное здесь в одиночестве, я могла бы сотню раз оборвать свое существование. В то, что это своеобразный смертный приговор, тоже не верилось. Каким бы на самом деле не было число телепатов, избавляться даже от одного — грандиозное расточительство. К тому же, я не ощущала никакой вины.

Опустившись на пол, сжав голову руками, я попыталась силой воли прогнать перед мысленным взором все свои воспоминания. Разгадка оказалась так проста, что из груди вновь поднялся истерический смех, колючий и хриплый.

Ключ крылся в первом дне на Лэтэтоне. В больнице.

Я не читала мыслей Эверлин, я прочла ее всю и ее слова стали неотличимы от мыслей, утратили разницу для моего восприятия, хоть я и отдавала себе отчет, что она произносит вслух, а что остается «за кадром». То же происходило и со всеми окружающими. Я воспринимала их как скопище проблем, соцветия чувств. Прекрасные изменчивые картины подобные бегущим по небу облакам. И только Марк выбивался из общего строя со своими частично спрятанными мыслишками. Эта аномалия и заставила считать, будто я должна помнить отдельные мысли людей — так, как воспринимала отдельные мысли Марка.

Мои воспоминания — действительно мои.

Вздох облегчения, и я снова лежу на полу, только на этот раз по артериям разносятся остатки адреналина, а небо за окном светлеет. Похоже, ночь наступила и закончилась, пройдя для меня незамеченной.

* * *

— Ты еще не пустила здесь корни? Нет? А говорить не разучилась? — Геркахаанон критически осмотрел меня, с особым неодобрением отметив черные круги под глазами. — Может, случилось что?

— Нет. Сказать по правде, Марк подкинул работенки — многовековое наслоение всевозможных статей и документов, — ложь далась без особых усилий.

Геркахаанон не стал ворчать, несмотря на то, что явился лично, потому что я раз за разом отказывалась покидать дом. Женщины, способные настолько погрузиться в работу, вызывали у него восхищение. Странно только — он считал воздушные платья с Юфофадета более вульгарными, нежели «металлические» одежки, в которых я предпочитала разгуливать дома. Кстати, если одежду с Юфофадета легко получить, заказав в любом принтерном магазине, то с этой одеждой все обстояло иначе, словно я привезла ее с какой-то очень дальней, неконтактной планеты.

Подгоняемая желанием найти полезные связи и, если повезет, утрясти всю информацию, я быстро привела себя в порядок.

— Ты там познакомишься с женой моей. Типа официальной, — предупредил Геркахаанон, пропуская меня к своему мобилю.

— Она славная, — добавила Сэйя.

— Спорим, я ее сама узнаю? — весело заявила я.

— А спорим, сеструха! На желание, а то не интересно, — улыбнулся Геркахаанон.

Он не пытался представить, кого я могу выбрать, зато предвкушал, какая славная шутка выйдет — пристать к человеку, основываясь на том, что посторонний заявил, будто это его жена.

Это действительно могло стать отличным времяпровождением, для тех, кому скучно, и вполне стать модным. Нужно только выбрать правильного человека, способного поддержать игру, прежде чем угадывать настоящую жену Геркахаанона. Я давно планировала лично познакомиться с Алодией, немного строгой деловой женщиной, приходившейся Геркахаанону скорее другом и союзником, нежели женой. Определенно стоило заручиться ее поддержкой.

Большой двухэтажный комплекс, облицованный мелкими плитами песчаника и увитый плетущейся зеленью, издалека привлекал внимание матовыми белыми стеклами. Кипящий океан лениво ворочался внутри. В нескольких сотнях глаз плескались его стены, блики света на дне бокалов, изгибы материи на платьях, вкус закусок, легкие отзвуки шагов, ароматы фруктов…