Игла

Баян указал топором на Мяуна.

— Ты, вперёд.

Тот, тряся головой, сглотнул и промямлил дрожащим голосом:

— П-прошу, за мной, гости д-дорогие...

Какое-то время за столом царила мёртвая тишина. Никто, кроме Забавы и Баяна не ели. А те за милую душу уплетали разносолы Мяуна и то и дело отправляли его за добавкой. Игла переглядывалась с Даром, пытась понять, что теперь делать. Из одной западни они угодили в другую. И этих двоих напугать вспышкой света не выйдет, да и у вымотанной Иглы не хватит сил даже на это. Ласка смотрела в пустую тарелку перед собой и тряслась, похоже, встреча с мучителями, заключившими её в злополучный ларец, сильно ранила её. Ветер не понимал, что происходит, с любопытством вертел головой, оглядывая новое для себя пространство, полное приглушённого света свечей, но то и дело с опаской и немым вопросом в глазах косился на Забаву. Дар сидел неподвижно, с каменным лицом, не выражающим ничего. Можно было даже подумать, что его совсем не трогает происходящее, если не замечать, как сильно сжаты челюсти.

Обглодав куриную косточку, Забава бросила её на тарелку и глотнула мёда из серебряного кубка.

— Знаешь, когда Славна сказала мне, что ты возобновил поиски сердца, я сперва даже не взяла в толк, о чём речь, — она хихикнула и ударила себя по лбу. — А потом ка-а-ак вспомнила! С ума сойти, скажи? Спустя тысячу лет!

Баян глухо засмеялся, откусывая кусок от целой курицы, которая в его лапище казалась не больше цыплёнка. Дар не ответил, но Забаву это не смутило и она продолжила:

— А ведь прошлый раз ты даже до первого испытания не дошёл, хотя и книга Баяна, и проводник были, можно сказать, у тебя в руках!

Брови Дара дрогнули, и он бросил на Забаву непонимающий взгляд. Она состроила смертельное удивление.

— О, нет! Неужели ты не догадался? Лада же так старалась ради тебя!

Лада? Игла вздрогнула.

— Бабушка? — сорвалось с губ.

Белые глаза Забавы метнулись к ней, на губах появилась хищная улыбка.

— Он тебе не рассказывал? — Она облокотилась на стол и постучала длинными острыми ногтями по подбородку. — Или сам не понял? — Она посмотрела на Дара. — Да ты ещё глупее, чем я думала, братец.

Игла сжала юбку, пытаясь вернуть взгляд Забавы себе.

— Я не понимаю, причём тут...

— Ладушка? — Забава встрепенулась, благосклонно принимая условия. — Думаю, ты уже заметила, что придумала прекрасную игру! Не слишком сложную, — хотя кто-то, может, и поспорил был, — она снова стрельнула взглядом в Дара, — но и не слишком лёгкую. Одно испытание ведет ко второму, второе к третьему и — бах! — Она хлопнула в ладоши. — Вы получили свою награду! Но игру нужно с чего-то начать, верно? — Она прищурилась. — И я отправила к любимому братцу свою любимую дочь вместе с книгой заклинаний.

Игла покосилась на Дара, тот сидел неподвижной статуей, мертвенно бледный.

— Ты знал мою бабушку?

Дар посмотрел на неё с мукой в глазах.

— Я не...

— Он прогнал её! — захохотала Забава. — Прогнал своё спасение, даже не зная об этом! Видишь ли в чём дело, красавица, Ладушка хоть и была его проводником, но она же была и его первым испытанием. Ах, Ладушка, прекрасная моя девочка! Перед тем, как отправить к Кощею, я её прокляла. Обратила в старуху. И если бы Кощей полюбил её добрую, прекрасную душу, проклятие бы спало и Ладушка бы смогла рассказать ему всё-всё-всё, что знает! Как я придумала, а! Поражаюсь своей смекалке! — Забава довольно сощурилась, будто сытая кошка. — Но, как ты уже догадалась, красоту и богатство души в Ладе он не разглядел, дураку подавай бедность молодости. — Она выразительно смерила взглядом Иглу. — Было Ладе семнадцать годков, а в итоге прожила тысячу лет старухой. Как она поживает, к слову? Всё в лесу своём торчит?

— Умерла, — тихо сказала Игла, сердце её быстро колотилось от услышанного. За все годы бабушка ни разу не упомянула ни о Кощее, ни о Даре, ни о забытой в сундуке книге.

— О, что ж, стало быть, слава богам, отмучилась, — сказала Забава без всякого сочувствия, отпивая из кубка. — Так, значит, она тебя к Кощею послала? Неужто она любила его настолько? Все эти века...

— Нет, она никогда... — Игла нахмурилась, не желая делиться с Забавой сокровенным. — Так получилось.

— Так получилось? — вскинула брови Забава и усмехнулась. — Как интересно! Значит, сама судьба решила нас развлечь! — Она ткнула локтем Баяна в бок, и тот согласно засмеялся, впрочем, больше увлечённый едой, чем беседой. Облизнув губы, Забава обвела взглядом стол. — Вы, наверно, задаётесь вопросом, зачем же мы решили вас навестить? Раз уж я пропустила начало игры и не сумела толком понаблюдать за тем, как разворачиваются события, я решила разнообразить собственную задумку и самостоятельно принять участие в этом представлении! А то вы такие унылые, сил нет!

Она встала с лавки и, сбросив на пол блюда, которые ей мешали, присела на край стола. Забава показала пальцем на грудь Иглы.

— Вижу, тебе понравился мой подарок. Носишь, не снимая?

Игла не ответила, похолодела и сжала в кулаке подвеску.

— Ты... — начал было Дар, но Забава его перебила, вскидывая раскрытые ладони.

— Никакого подвоха, подарок от чистого сердца! Со своей ценой, разумеется, но за всё нужно платить, правда? Так или иначе, мне кажется, я внесла интересный поворот в эту историю, как думаете? — Она с улыбкой посмотрела на каждого, но никто ей не ответил, она продолжила как ни в чём не бывало. — Выбор — это очень непросто, правда? И чем он сложнее, тем интереснее игра. Интересно посмотреть, кто мы на самом деле. Ведь нас определяет наш выбор...

— Ближе к делу, Забава, — не выдержал Дар. — Чего ты хочешь?

Реакция Дара привела Забаву в восторг и она осклабилась.

— Я хочу Иглу.

Дар окаменел, Игла нахмурилась.

— Хочешь заставить меня бросить Д... Кощея и уйти с тобой?

— Хочу, чтобы ты выбрала уйти со мной.

Игла не сдержала смешок:

— Этого не будет.

Забава снова обвела взглядом комнату, постукивая себя по подбородку.

— Вам не кажется, что кого-то здесь не хватает? Скажем, одного юного призрака...

Сердце Иглы ёкнуло, когда Забава извлекла из-под платья подвеску точь-в-точь как та, что носила она.

— Ой! — Забава изобразила удивление. — Кажется, тебе придётся пойти со мной, если хочешь снова увидеть его. Или ты можешь остаться, и я его развею. Но ты ведь не очень расстроишься? Он же и так уже мёртв.

— Ты лжёшь! — воскликнула Игла, вскакивая. Забава оскалилась, бросилась к ней, но Дар преградил ей дорогу. Баян схватился за топор. Ласка закричала, закрывая голову руками, а Ветер юркнул под стол.

— Я никогда не лгу! — зашипела Забава, запуская когти в грудь Дара, тот схватил её за руки, пытаясь отодвинуть от Иглы. — Кто из нас лгунья? А? Кто лжёт самой себе каждый день, ведьма!

— Ещё раз назовёшь мою сестру лгуньей, — пробасил Баян, проверяя остриё топора. — Игра закончится здесь и сейчас. Вы живы только потому, что мы позволяем.

Дар отодвинул от себя Забаву и повернулся к Игле.

— Это правда, Забава не способна лгать. Это подарок от нашей матушки.

— Правильнее сказать «от злобной суки», — сплюнула Забава, которая всё никак не могла успокоиться. Дар не ответил, спорить с сестрой он перестал ещё в детстве. Забава выпрямилась, медленно выдохнула, приглаживая волосы и возвращая себе самообладание.

— Ты сказал, что я могу призвать Светозара, — тихо зашептала Игла, но Забава её услышала.

— Не оттуда, где я его держу, маленькая. Думаешь, я об этом не позаботилась? Ну, так что? — Она сложила руки на груди и вернула на лицо игривую улыбку, будто не бесновалась только что будто гневная вештица. — Пойдёшь за призраком своего возлюбленного или останешься с моим братцем? К кому тянется твоё маленькое сердечко?

Игла сжала кулаки.

— Это равноценный выбор...

— Будь он равноценным, не был бы таким весёлым, — хмыкнула Забава. — Так куда ты побежишь, курочка? Бросишься спасать своего ненаглядного? Оставишь своих новых друзей ради него?