Император соло

– А если его ложкомойник нас заложит? А?
– зловещим голосом просипел Фубрик.

– Чего вдруг заложит?
– отверг Жомка.
– Лысый его вторым гов.маршалом назначит, точно, Лысый? Небось после этого он хошь ты что вытерпит - хоть водку носками твоими занюхает! В натуре, Фубрик!

– В натуре, бля!
– подтвердил император.
– Я его и сам уже думал гов.маршалом поставить, да... Кенты!
– вдруг сообразил государь.
– А вы как знаете, что я это... ну, то есть...

– Че не знать-то,- сплюнул Фубрик.
– Мы, урки, все знаем. Ла, кенты, разбегаемся.

Двое воров приказали императору быть здесь завтра на следующий день и снова будто растворились в воздухе. Император так и не понял - то ли эти двое знают, кто он, то ли... Он не стал гадать, а попросту смирился с судьбой. Безымянного придворного государь, действительно, назначил гов.маршалом. Однако имени его император так и не запомнил. Теперь ему уже было не так страшно своих таинственных новых друзей. Государь даже как-то вошел во вкус всего предприятия. Вечером он несколько раз щегольнул блатными словечками, а за ужином обмолвился:

– Ха, кенты, вы тут, в натуре, не знаете настоящей жизни! А мы, блатные, мы такие дела делаем... Мы все знаем!

Двор стал хором упрашивать:

– Ваше величество, расскажите, расскажите нам про блатных, умоляем вас!

Императрица с завистью смотрела на своего супруга, божественный светоч Азии. Этот человек, как уже единогласно решили ее фрейлины, заткнул за пояс Харун-ар-Рашида, предаваясь неслыханной дотоле двойной жизни. Теперь всем тоже хотелось окунуться в ее стремнину вслед за своим государем. "Вот им, мужчинам, все можно,- с негодованием размышляла императрица,- а нам, женщинам, ничего нельзя! А может, я тоже хочу ночью бандершей быть в Монте-Карло! В натуре!"

Император меж тем снисходительно улыбался и уклонялся от расспросов:

– Мы, урки, шухер зря не подымаем... знаем чего, да не звоним зазря... точно, гов.маршал?
– и он подмигнул новоиспеченному гов.маршалу.

– В натуре, бля! Так точно, ваше величество!
– закивал стремянной придворный.

– Гавкать не буду,- продолжил император,- одно скажу: у меня авторитет знаете какой? Меня братва во как уважает!..

– В натуре, бля!
– подтвердил гов.маршал.
– На стрему кого попало не поставят.

– Во, бля!
– поднял палец император.

Он уже чувствовал себя вполне уверенно в новой роли.

Опасность, однако, нагрянула с совсем неожиданной стороны. С утра к императору явился с экстренным докладом министр внутренних дел или, как еще его называли, обер-полицай. Звали его Кули-ака. Он наклонил коротко стриженную голову и сообщил, глядя маленькими глазками из-под дымчатых очков:

– У меня есть сведения о готовящемся ограблении, ваше величество.

– Что?
– изумился император.
– Кого-то хотят ограбить? У нас?.. в Некитае?!. Не может быть!..

– Увы,- возразил Кули-ака.
– Сведения совершенно точные.

– Во, ништяк!
– возликовал император.
– Ну, наконец-то! А то везде есть преступность, а у нас нету. Бисмарк, правда, завел ее было в Неннаме, да после аббата Крюшона и там все повывелось.

– Святой человек,- почтительно нагнул голову министр.

– Килда с ушами!
– подтвердил император.
– Ну, а кого будут грабить-то?

– Вас, ваше величество,- отвечал Кули-ака.
– Точнее, ваш дворец. Есть агентурные данные, что цель грабителей - большой императорский сейф со всеми императорскими драгоценностями - короной, скипетром и всем прочим.

– Да ну? А кто же грабители?
– продолжал расспросы обрадованный император.

– Точно пока не установлено,- из-под очков глянул Кули-ака.
– Но согласно некоторым данным это двое заезжих иностранцев.

– Неужели барон Пфлю и лорд Тапкин?
– удивился император.

Обер-полицай покачал головой.

– Это не исключено, однако маловероятно. Внешность послов не соответствует имеющемуся у нас описанию.

– Ну, а каково же описание?

– Один косоглазый, чернявый, другой повыше,- зачитал министр ориентировку и снова исподлобья взглянул на императора,- тот, что повыше,светловолосый, оба американца, кличка одного - Жомка, другого - Фубрик, хотя это еще точно не установлено.

Только после этого император сообразил, что речь велась о его новых друзьях. Он перепугался - а вдруг что-нибудь известно о его участии в деле? "Надо выведать, что легавым обо всем известно",- мудро рассудил государь. Он поинтересовался:

– А еще что-нибудь известно? О сообщниках, например? Кто у них на шухере стоит?

– Да, ваше величество,- кивнул обер-полицай,- кое-что известно. Есть сведения, что у них есть сообщник среди высокопоставленных лиц нашего двора.

Император и вовсе перетрухал. Сердце его так и екнуло: "Конец! Сейчас выволокут из-за стола да потащат на допрос! И в колодки!.. В тюрягу!.. А потом по этапу!.. Эт-то было во вторник!.." Из последних сил сохраняя самообладание, он постарался придать своему лицо невинное выражение и спросил, изображая государственную озабоченность:

– Его личность установлена? Этого... фраера во дворце?

Кули-ака остро глянул из-под очков и развел руками:

– Пока еще нет, сир... Но мы уверены, что сумеем выявить его и задержать с поличным в самое ближайшее время.

Император покачнулся и чуть не упал со стула. "Накроет! Загремим под фанфары! Каюк!" - загудело у него в голове. Срочно надо было что-то предпринять, что-то очень государственное - такое, что было бы достойно его высокого звания и признанной мудрости во всех общественных вопросах. И государь показал себя достойным этого ответственного момента. Он прищурился, нагнулся из-за стола ближе к министру и заговорил, заговорщицки понизив голос:

– Слышь, министр,- и государь подмигнул,- ты этого дела шибко не шевели, я сам им займусь.

– Вы?
– удивился Кули-ака.
– Но...

– Я, блин,- и государь снова подмигнул,- я про это все уже до хрена знаю, по-ал?

– Из каких же источников, ваше величество?

– Из самых секретных, каких же еще,- ухмыльнулся император.
– У тебя свои сексоты, у меня - свои. Ты, главное, не спугни никого, по-ал?

– Понял, ваше величество,- наклонил лысеющюю голову обер-полицай. Будем действовать аккуратно.

– Во-во, на цирлах чтобы вокруг, по-ал? Я тут сам со всем разберусь... И главное, ты этого... высокопоставленного не спугни... Обходи его, по-ал?

– Слушаюсь, ваше величество.

– Если выяснишь, кто он - ну, или там еще чего узнаешь - немедля мне брякни, по-ал? А сам поодаль ховайся, поодаль... Нишкни, по-ал?

– Слушаюсь, ваше величество,- сверкнул лысиной министр. Он вновь посмотрел исподлобья.
– Ваше величество, а как быть с прессой?

– А что с прессой?

– Ну,- уклончиво качнул головой Кули-ака.
– Эти газетчики, их ведь хлебом не корми, дай какую-нибудь пакость тиснуть... Сочинят утку про то, например, что во дворце пособник грабителей окопался. Представляете заголовок, ваше величество?
– "Вор на троне". Это я к примеру, конечно...