Инкуб
Шрифт:
– Угу... Значит, всё же наказать.
– Ага, ага, накажешь... Ты...
Слова провалились куда-то в глубь от картины, как рука инкуба превращается в длинные толстые щупальца, а в его глазах сверкают недобрые искорки.
– Стой, подо...
Маэвис не смогла договорить, мелкой, наглой дроу заткнули рот рукой, а щупальца сковали руки и обе ноги. Походные штаны были стянуты вместе с ажурными трусиками в одно движение ловких извивающихся щупалец. Самое толстое и бугристое направилось не туда...
Слёзы брызнули из глаз Маэвис, её попка отчаянно сопротивлялась вторжению, доставляя лишь больше боли своей хозяйке. По схеме со своей
– Хмм... Подумать только, я уже стал отцом.
Приблизившись одним усиком и проникнув к оболочке зреющего маленького плода, он коснулся души. Удивительно, это была душа не дроу, это был чистокровный суккуб!
Восстановив небольшую зону плоти, затронутой его манипуляцией за счёт своей, Люпин вытащил щупальце, что переработало все нечистоты в водянистую слизь, а само щупальце обвил вокруг шеи Маэвис и направил его прямо ей в ротик, вызвав несколько спазмов и рвоту, но все содержимое желудка мгновенно превратилось в слизь.
– Ну что, маленькая хитрюга, сейчас ты будешь наказана.
– Мммммм!...
Что-то намного более толстое, чем щупальце, вошло со всей силы в попку дроу, от чего был задавлен ещё один хрип. Маэвис от этой ситуации было чертовски стыдно, неправильно, но хотелось ещё. Она специально провоцировала инкуба всю дорогу, маяча задницей пред глазами, стреляя глазками и действуя на нервы, но она явно не хотела, чтобы её попку рвали большой твердой штукой.
– Хм... А ведь если задуматься, то что у меня член никак не может быть изменён, это большая проблема. При маскировке мой выбор не может пасть ни на кого младше взрослого, иначе компрометация будет моментальной.
Маэвис пыталась извиваться под насилием инкуба, пыталась вырваться, пыталась кричать, пыталась плакать, но щупальца были крепки и сильны, каждый крик душился сжатием удавки на шее и набуханием щупальца в горле, а слёзки быстро впитывались усиками.
Инкуб придавил дроу к полу, вывернул её тело ещё сильнее и начал долбить бедняжку ещё жёстче и беспощаднее. Смазка стекала недостаточно, поэтому Маэвис наслаждалась всей палитрой ощущений и почувствовав ускорение темпа, задержалась ещё сильнее.
Что-то горячее в обилии заполнило нутро Маэвис и как будто бы пропитывало её внутренности.
– *Чпок*. – щупальце вышло из горла.
– Кхе-кхе... – влажный кашель и сбивчивые вдохи – это единственное, что сейчас могла сказать Маэвис.
– Что же, надеюсь, ты поняла, что ты сделала не так.
– Да... Поняла... Прости... Любимый~~~.
На этих словах дроу улетела в страну сладких грёз, а инкуб лишь вздохнул и потащил её тельце к месту привала своей рабыни.
Отдохнув и поев вяленое мясо с грибным хлебом, группа пошла далее, Маэвис поглядывала украдкой на Люпина, а в эмоциях у неё бурлила покорность, любовь и нотки неудовольствия.
– Старший слуга, позвольте узнать, в каких отношениях вы с госпожой Маэвис? Это, конечно, не моих ушей дело, но всё же мне несколько интересно.
– Ты, первый клинок дома, прав, это не твоих ушей дело, и лучше бы тебе вообще не знать, кто я такой и зачем ты выполняешь столь бессмысленное и опасное задание, недостойное первого клинка. – Люпин не мог не ощущать эмоции разумных его окружающих, и от этого дроу сквозило презрением и глухим раздражением.
– Я... Я такого не думал... Я исполняю то,
что сказала матриарх, и делаю это в точности.– Не ври, твоих эмоций вполне достаточно, чтобы судить о твоих мыслях. Ты думаешь, что убить пару дроу из соперничающих кланов в тьме закрытых заслонок генератора было бы куда более правильным использованием твоих навыков, нежели работа провожатым для двух белых тварей. Что же, через пару месяцев, если эта авантюра выгорит, вызовись в миссию на поверхность, так ты поймёшь, в чём был смысл.
– Что же, доверяюсь вашим словам. – Небольшая растерянность в эмоциях от того, что его прочитали как открытую книгу, сменилась на интригу.
Узкие окольные переходы вели всё выше и выше под углами, что заставляли протискиваться вертикально вверх, трясь одеждой об узкие стены пещер.
Если клинкам дома было вполне привычно такое занятие, да и их доспехи были вполне приспособлены под такую задачу, то вот остальные чуть было не свалились с верхотуры на более нижние уступы.
Пещера была явно нерукотворного происхождения или же её делали существа, что на гуманоидов не походили совсем. Люпина же такие пролазы в очередные темные задницы совсем не радовали, особенно с учётом того, что сам он бы мог просто взлететь в этой вертикальной аркологии, не сдирая в очередной раз кожу на руках об острые камни. Конечно, эти проблемы были совсем незначительные, но на разум демона эта однообразность капала как кислота на щёлочь, даже у задней стенки черепа шипело примерно так же.
Чёртов подъем закончился, и обернувшись, инкуб с трудом смог различить небольшой кусочек пола глубоко внизу.
Гнетущая тишина окутывала аркологию, в прошлых помещениях он тоже не то чтобы что-то уверенно мог слышать, но вот только его глаза... Они пасовали пред той тьмой, что ждала их далее. Дроу тоже увидели непроницаемую магическую тьму, а вот Мира, что находилась под действием ритуала, не поняла проблемы из-за непривычности тёмного зрения для её разума.
Клинки перекидывались жестами с Маэвис, выясняя, что перед ними. После Маэвис телепатически спросила, видит ли Люпин что-то во тьме, но получила отрицательный ответ.
Задолбавшись от нерешительности команды, инкуб направился прямо во тьму.
Мерзкие, склизкие, холодные руки охватили его тело, они не были реальными, он это чувствовал, но он также ощущал что-то не от мира сего, что-то малоразумное, что-то дикое, что-то свободное?...
Он не понимал, что стоит сделать, но по схеме, если видишь что-то неразумное, то сначала попробуй это укусить, вдруг ты ошибся, он начал втягивать эту тьму большими глотками, как он делал это с душами ранее. Тяжеловесная, скребущая у самого сердца и на кромке сознания сила всасывалась в нутро демона, более старший план не давал возможности критично изменить его суть, но мелкие прожилки чего-то жуткого будто бы проросли в саму его душу.
Втянув в себя волшебную тьму, он обнаружил то, что скрывала под собой вуаль. Мёртвый старший дракон, что испустил свой дух насильно, а рядом те, кто его и прикончил. Занятно, кто бы это могли быть...
– НИЧТОЖЕСТВА!
– Так, что-то больно многие в мою голову хотят залезть.
–...
– И тишина... Хм... – подумав с полминуты, Люпин решил проверить ещё одно предположение. – Наверное, дракон был слаб, раз его убили какой-то теневой магией.
– НИЧТОЖЕСТВА! Я! Я ЕСТЬ САМА ТЕНЬ ВЕКОВ ЭТИХ ПЕЩЕР! Я И ЕСТЬ ЭТА ТЬМА!