Инкуб

Наконец я помыл её, вылил первый тазик воды, вылил второй, чтобы точно смыть нечистоты, а после сам сел на табурет и дал ей мыло.

Она поняла, что нужно делать, и аккуратно, нежно начала совершать ответную услугу, вот только замешкалась, когда дошла до паха. Когда она села на колени, я встал и не только на ноги, оттого она зарделась как рак, но продолжила банную процедуру. Довольно неловко натирая член, она также старалась на него не смотреть, но получалось это у неё из рук вон плохо.

Наконец она закончила мылить моё тело и магической рукой вылил на себя и как следствие и на неё таз с водой.

После того как она отфыркалась, к её лицу в притык оказался дергающийся в возбуждении фаллос.

Она встала на ноги, но вот незадача, теперь он уткнулся ей прямо в живот.

Я не дал ей отойти и наоборот взял её стройное тело в свои объятия, а к губам прильнул мой поцелуй. Афродизиак из моей слюны сломал последнюю преграду мнимого приличия в глазах зверолюдки, её ноги слегка подкосились, оттого она села на табурет.

Руками я зафиксировал её челюсть и бесцеремонно вошёл в её ротик. Её шершавый язычок ответил на моё вторжение со всем усердием. Через пару минут уже более сильный афродизиак влился в ротик зверолюдки. Так её разум уже был в помутнении.

Я решил с ней поиграть и попытаться провести не по обычному пути, который был извежан с другими женщинами, а договориться так, как это делают духи с шаманами.

— Ну что? Как тебе похоть, мелкая нелюдь? — ментальный канал открылся даже слишком просто, видимо, опыт в общении таким способом у шаманов большой.

— Что?! Ты? Ты живёшь в члене этого мужчины?! Оставь его!

— Нет. Не совсем.

Я сменил своё обличие. Крылья, два полноценных рога, что выросли не так давно, внешность ещё более притягательная, чем была, хвост, что уплотнился и стал куда сильнее, а также длинные ногти чёрного цвета.

— Ну? Поняла?

— Т-ты?! Демон?!

— Ага.

— И ты, ты хочешь мою душу?!

— Если честно, пока не особенно заинтересован, но твоя всесторонняя помощь сейчас была бы кстати, — указал я на свой член.

— П-постой. Я девственница, я не смогу помочь тебе в этом на уровне, что будет тебе приемлем.

— Тише, тише. Маленький шаман. Я всё сделаю сам.

— Что?! Нет, подожди! Не надо.

— Да тише ты. У меня есть к тебе предложение. Ты сказала, что твой род уничтожен вместе с племенем, так?

— Ну... Да, — с грустью кивнула она.

— Иные племена вряд ли будут точно того же вида, что и ты, но моё семя имеет свойство оплодотворять любую женщину, хоть и с куда меньшим шансом. Твои дети будут иметь души с зерном демоническим, или и вовсе демонические, от чего заимеют сильную магию с рождения, но тела их будут полностью зверолюдскими. Мне кажется, это хороший шанс на возрождение твоего рода, а мне же от тебя нужно лишь служение, твоя верность, и это в принципе всё.

— Про тело и душу ты забыл упомянуть, да?

— Ну что ты, я никого не принуждаю, все женщины хотят ночь с инкубом сугубо самолично и никак иначе. Что же насчёт души, полагаю, она тебе понадобится для воспитания детей, да и наоборот, я хотел бы выстроить с тобой доверительные отношения ещё и из мотивации экспериментов с моей кровью. Вижу, тебе понравился её вкус.

— Хорошо. Я Зава'ас, последняя из рода, заключаю договор с этим демоном и клянусь своей жизнью, что буду верна и услужлива ему.

— Я клянусь именем матери своей Слаанеш, что помогу завести потомство этой зверолюдке за её верность и служение.

— Заверено, — прошептали великолепные шепотки из самого тёмного угла комнаты.

Без слов я взял на руки мою новую служанку и направился на кровать. Изящное тело, закалённое ветрами и холодом диких чащоб, сейчас так и плавилось под моими руками. В украденном мной эльфийском облике я ласкал самые чувствительные её складки, упивался сладостью её поцелуя, слизывал слёзы её экстаза, когда наконец понял, что её лоно готово принять меня.

Поразительный факт, но член инкуба оказывается нечто большее, чем просто удобная волшебная палочка для иссушения женщин. После того как я дошёл до какой-то отсечки силы, его рост в длину и ширину остановился, и я научился его слегка видоизменять. Самое интересное, что мне удалось изобразить, это ребристый фаллос, что так радовал задницу Миры.

А в моей уже нечеловеческой форме, что была взята из фантазии Миратиэль и доработана мной, я мог... Хмм... Как бы это даже объяснить, скорее это похоже на клонирование члена или снятие его точной копии, из-за чего я могу не ограничиваться даже одной женщиной за раз. Это интересные ощущения, не передаваемые словами, чувствовать себя сразу в двух женщинах.

Но я отвлёкся.

Сейчас разгорячённая зверолюдка мутными глазами с натянутыми до визга струнами нервов смотрела на меня.

— Эй, это больно?.. — спросила она.

— Лишь в начале, дальше приятно. Расслабься и доверься мне. Кому как не инкубу можно доверять в постельных игрищах.

— Л-ладно. Но нежно... Пожалуйста.

Вот мой член касается её лона, раздвигая разгорячённую плоть, и натыкается на тонкую преграду. Несколько раз я слегка надавил на плеву. Потом переместил руки от грудей нелюди к её промежности и пальцами растянул дырочку так, что плева стала упруго натянутой внутри её лона, а через мгновение я её порвал резким, но довольно медленным движением.

Дав прочувствовать ощущения я несколько секунд не двигался. Зверолюдка ожидала явно большую боль, но спазмов её киски не было, а значит, я просто продолжил.

Через пять минут я уже ускорился до приличных скоростей, а Зава'ас лишь стонала с закатившимися глазами от каждого толчка.

Непристойные соки хлюпали при каждом шлепке, киска этой маленькой кошечки истекала, не думая останавливаться, в порыве чувств она поцарапала мне спину, укусила за шею и обхватила мою талию ногами.

Её мольбы залить в неё семя стали последней для меня каплей, и слившись в страстном поцелуе с ней я наполнил её содрогающуюся и едва в сознании.

Так перепачканная в пошлых жидкостях она лежала подо мной.

Следующей остановкой снова была баня, а там разврат продолжился уже с её инициативы. Помнится, я думал, что она лёгкая? Да что-то не очень.

Она из раза в раз вдалбливала свои бёдра в мои, пытаясь выжать последние соки своими половыми губами. Яркости добавлял её шершавый язык, что облюбовал мою шею.

Я же тоже не остался в долгу и частично преобразившись засунул свой хвост ей в попку. Она остановилась на пару мгновений и уже было хотела что-то сказать, но похоть ещё сильнее наполнила её разум, и в болезненном исступлении она принялась ещё более рьяно прыгать на мне.