Итоги № 33 (2013)
Шрифт:
Учеба на мастер-классах — это почти всегда игра: посетители играют в студентов, работники индустрии — в преподавателей. Удовольствие получают и те и другие, и главное тут, конечно, процесс, а не результат. Однако мастер-класс по написанию сценария сериала, например, проходит как настоящая творческая лаборатория: участники под руководством сценариста разбирают детективные ситуации, учатся создавать в тексте «крючки» для зрителя и обсуждают, что нового можно придумать для спасения отечественного телевидения. Сколько из этой сотни в момент придуманных сценариев будет дописано до конца? Скорее всего, нисколько.
«Я не раз бывала на лекциях по сценарному мастерству, и полученная информация меня разочаровала, мне кажется, что несомненная польза теории переоценена, — говорит сценарист Ольга Никифорова. — Вся эта машина по ковке из человека сценариста скорее мешает индустрии в России, чем помогает. Огромному количеству людей без искры
Но абсолютное большинство мастер-классов — это просто форма интересного досуга и для слушателей, и для мастеров. В последние годы в Европе и Америке, а следом, как всегда, и в России не имеющее практических целей обучение основам творческих и даже самых прозаических — вроде огородничества — профессий стало безусловным трендом. Мастер-классы теперь и заменяют советский дом культуры, и становятся клубом по интересам. Речь не идет о профессиональной подготовке или хотя бы о подготовке к подготовке, скорее мастер-классы — это собрания любознательных. Мода на дополнительное и лишенное прагматических целей образование — это мода на еще одно — наряду с ночами музеев и библиотек, открытием культурных центров в зданиях заброшенных фабрик и заводов — развлечение для креативного класса, на которое ориентирована культурная политика нынешнего московского правительства. Движение культуры в сторону развлечения — мировой процесс, и то, что российская столица вовлекается в него, только радует.
За прошлое лето мастер-классы только в рамках программы «Киноизнанка» Московской школы кино посетили более 4000 человек, в этом году итоги еще не подведены, но уже очевидно, что слушателей было еще больше.
Цена вопроса
Мастер-классы бывают и платные — они преследуют исключительно материальный интерес организаторов. Деньги в этой сфере обращаются не слишком большие, но и не совсем маленькие: от курсов рисования, которые рекламируются возле каждого метро (10 000 рублей за один день — и станешь Шишкиным), и занятий по вокалу (3000 рублей за 60 минут) до программ, преподносящих себя как дополнительное образование (150 000 рублей — и умение снимать кино через два месяца). Кто-то считает все это шарлатанством, но на каждый мастер-класс находятся желающие, иначе все эти студии просто перестали бы работать. Самая популярная (и, видимо, самая дорогая) из такого рода институций — известная Школа акварели Сергея Андрияки. А заурядных курсов всего на свете, от актерского мастерства до поварского искусства, в Москве сотни.
«Мне понравилось в художественной студии, — рассказывает врач Юрий Кузьменко. — Художником я, понятное дело, не стал, но удовольствие получил. Сидишь, кисточкой по листу водишь — и ни о чем другом не думаешь».
В общем, деньги люди платят не просто так, а за уход от действительности и одновременно удовлетворение жажды творчества. Качество результата не важно, важен сам результат: «Это я нарисовал!»
Впрочем, на фоне тысяч услуг, которые мегаполис предлагает своим жителям со средним уровнем культурных запросов, всякого рода студии, курсы и наиболее претенциозные из них — мастер-классы не слишком выделяются. Безобидный и сравнительно честный способ извлекать деньги из кармана потребителя. Как было сказано по схожему поводу, все лучше, чем водку пить.
Играть — так королеву / Искусство и культура / Художественный дневник / Театр
Играть — так королеву
/ Искусство и культура / Художественный дневник / Театр
«Аудиенция» с Хелен Миррен — в кинотеатрах страны
Лондонский королевский Национальный театр, следуя примеру оперных театров, уже давно показывающих свои спектакли в формате TV HD в кинотеатрах, тоже начал такие трансляции. В России пробный показ был прошлым летом, когда поклонницы Шерлока, точнее, Бенедикта Камбербэтча, брали штурмом кинотеатр, где шел «Франкенштейн» с этим артистом. Теперь программа расширяется, становится более регулярной: в сезоне 2013/14
будут показаны «Привычка творить искусство» (о встрече Бенджамина Бриттена и Уистена Хью Одена), «Отелло», «Макбет», «Гамлет» и «Кориолан» (здесь, видимо, будет наибольший ажиотаж — в главной роли Том Хиддлстон). При этом к современным постановкам Национального театра будут добавлены и спектакли театра «Глобус», старающегося играть Шекспира так, как его играли в XVII веке: пять шекспировских пьес (в «Двенадцатой ночи» Мальволио играет Стивен Фрай) и «Доктор Фауст» Кристофера Марло. Трансляции пройдут в 24 городах России — как выяснилось после «Франкенштейна», спрос на английский театр велик. Кстати, «Франкенштейна» покажут еще раз — по заявкам зрителей.А ближайшая трансляция из Национального театра в Россию — «Аудиенция» Питера Моргана, который сочинил дюжину блестящих диалогов, и режиссера Стивена Долдри, предположившего, как могли эти диалоги происходить. Спектакль, в котором, как и в знаменитом фильме, ее величество королеву Британии Елизавету II играет Хелен Миррен, можно увидеть в августе на экранах кинотеатров Москвы и Петербурга. Идет трансляция, естественно, на английском языке — в сопровождении русских субтитров.
«В карьере каждого премьер-министра есть ужасный момент, когда ты понимаешь, что это не ты выиграл выборы, это предыдущее правительство их проиграло», — сообщает очередной замученный делами премьер ее величеству. Королева участливо кивает — таких жалоб на жизнь она выслушала немало. Вот уже 61 год она каждую неделю встречается с главой своего правительства: премьер отчитывается за минувшие семь дней и рассказывает, что собирается делать в будущем. О чем именно идет разговор, никогда не сообщается прессе. Поэтому спектакль лондонского Национального театра «Аудиенция», в котором и звучат откровения премьеров, целиком плод фантазий драматурга и постановщика. Хелен Миррен, в 2007 году получившая «Оскара» за главную роль в фильме «Королева», привлекает публику и на спектакль. Так работает лондонский театральный бизнес: после успеха в кино актера или актрису приглашают этот успех «закрепить», собрать и театральную кассу. У нас по этому принципу устроена антреприза, но не стоит сравнивать родную актерскую халтуру с английским театром. Различие и в классе пьес, и в классе игры.
«Аудиенция» не придерживается хронологии: на сцене то сегодняшний день (ну почти сегодняшний, Дэвид Кэмерон, которого играет Руфус Райт, пытается узнать у Ее Величества, кого ждет герцогиня Кембриджская, и получает в ответ: «Ха! Вы потом сорвете ставки у букмекеров!»), то год 1952-й, когда еще некоронованная Елизавета впервые встречается с премьером — и это Черчилль (Эдвард Фокс), брюзгливо поучающий, как ей следует вести себя на дальнейших встречах. Нервничающий Гарольд Вильсон (Ричард Маккейб), лейборист, выходец из крохотного городка, неуютно чувствующий себя в пространстве королевского дворца, и резкая, акулоподобная Маргарет Тэтчер (Хейдн Гвин). (Ох как не любят Тэтчер театральные люди, что и понятно: она существенно урезала дотации на театр в свое время.) Обстановка не меняется — все те же два кресла в центре сцены и — в сторонке — бюро, к которому иногда подходит королева. Меняются лишь платья Ее Величества — и фантастическая актриса мгновенно преображается то в юную отличницу, пришедшую на встречу с Черчиллем с блокнотиком подготовленных вопросов, то в уже не слишком бодро передвигающуюся старую даму. Аудиенция следует за аудиенцией, а меж ними королева разговаривает с самой собой — подростком (Бебе Кейв) и задает себе те вопросы, что, наверное, задает и каждый зритель: что ж это за профессия такая — быть королевой?
Роман с баррикадами / Искусство и культура / Художественный дневник / Книга
Роман с баррикадами
/ Искусство и культура / Художественный дневник / Книга
Вышла в свет книга Сергея Шаргунова «1993»
Интерес к политической теме в литературе идет по синусоиде. Последний всплеск случился четыре года назад. Тогда на волне мирового кризиса влияние левых идей росло как на дрожжах. Имена Захара Прилепина, Германа Садулаева, Сергея Шаргунова и их гуру Эдуарда Лимонова часто повторяли литературные критики. Даже «Русский Букер» присудили писателю Михаилу Елизарову (за роман «Библиотекарь»). Елизаров, старательно создававший репутацию политического экстремиста, на церемонию вручения явился в высоких ботинках военного образца и оборвал обратившегося к нему журналиста пародийным «Я вам не господин, господа все в Париже!»... Кураторы молодежной премии «Дебют» отмечали, что немалая часть опусов, присылаемых на конкурс молодыми да ранними, полна революционных идей.