Из пепла

Одаренный смог бы справиться с парой агентов, но их было четверо, да еще и Катаир. Глава телохранителей не оставлял никаких шансов на победу. Он был искуснейшим воином из всех, что когда-либо видел Моркант: могучим, ловким, решительным и верным…

«Никто из нас не совершенен».

Король мельком оглядел библиотеку: разбросанные по полу пыльные фолианты, высокая и массивная лестница, дубовый письменный стол, занимающий четверть библиотеки, и несколько кресел. Ничего острого или колюще-режущего, как, впрочем, и должно быть в библиотеках.

На Одаренного вдруг накатил порыв пугающего веселья. Это покушение было полной глупостью, причем обе стороны оказались совершенными идиотами. Сам Моркант пропустил заговор, подобравшийся настолько близко, что к нему присоединился даже Катаир. А его противники своими руками собирались лишить жизни возможно единственного человека, который мог бы остановить Бледную Погибель.

«Алхимики пообещали, что эпидемия скоро закончится, а до того времени всем высокопоставленным друзьям будет предоставлено достаточно эликсиров».

Он наконец понял мотивы гильдии. Сантия ослабла и находилась на грани краха, только страх перед болезнью мешал её соседям устроить пиршество на костях. Отдав власть этим алчным идиотам, алхимики вынут несущий камень из шаткой кладки мира на западе континента. Начнётся война, а война всегда приносит деньги тем, кто стоит от неё в стороне.

– Достаточно ты просидел на троне, чёртов колдун, – Дей шагнул вперёд, вырывая Морканта из оцепенения.

Блеск лезвий в руках убийц не оставлял времени на раздумья, и королю Сантии оставалось надеяться лишь на то, что его противники, как и все обычные люди, совершат ошибку. И если эта надежда не оправдается, значит скоро Сантией будет править новый король.

«Хватило ли зелья на всех?» – Моркант тяжело вздохнул и отпустил свою силу, пронизывая взглядом душу Катаира. Его страхи и сомнения отступили, сметённые волной незамутнённой силы, сочащейся из потустороннего мира. Могущество текло по жилам Морканта и возвышало его над этими жалкими ничтожествами, которые возомнили себе, что могут справиться с ним.

Одаренный пронесся мимо сожалений, стыда и ненависти к себе, оттолкнул беззаветную любовь к сестре и раскинул свою сеть, получив полный контроль над бывшим капитаном телохранителей. Опьянённый силой он не мог поверить своей удаче – отсутствие зелья или внутреннее нежелание Катаира идти против своего короля, полузадушенная принуждением преданность дали Морканту шанс, от которого он не собирался отказываться.

Телохранитель короля обнажил клинок и одним ударом располосовал Каламиаса Дея. Тот успел только вскрикнуть, когда лезвие перебило ему позвоночник. Кровь пропитала темные одежды и бездыханное тело рухнуло на пол библиотеки.

Миг оцепенения, вызванный предательством Катаира, прошёл, и оставшиеся в живых убийцы начали движение. Но за этот короткий миг расклад сил кардинально изменился. Моркант больше не дрожал, а на его губах играла жестокая ухмылка.

Двое убийц, вращая клинками, наступали на Катаира, в то время как третий решил напасть на «беззащитного» короля. Заговорщик нанес колющий удар кинжалом, надеясь пронзить грудь Морканта, но тот неожиданно пришел в движение и уклонился от удара.

«Слишком медленно».

Нити, протянувшиеся от Одаренного к его покорному слуге, не только позволяли контролировать поведение несчастного Катаира, но и давали Морканту возможность позаимствовать у него часть воинского искусства.

Сияющие синим огнем глаза, не моргая, смотрели в лицо наемника, в то время как лезвие клинка описывало в воздухе сложные узоры. Убийца не решался напасть, пытаясь выгадать удачный момент, когда в защите Морканта появится брешь.

«Похвальная осмотрительность, но, к сожалению, бесполезная».

Кинжал вдруг разорвал узор, нарушив завораживающую геометрию движений, его лезвие рассекло убийце горло и тот упал, хрипя и обильно орошая кровью дорогой ковёр.

Катаир тоже не терял время зря. Сделав обманный финт клинком, он могучим ударом обезоружил одного из убийц и послал его в нокаут своим громадным кулаком. Хруст костей сменился глухим ударом, когда мужчина врезался в стену и повалился на пол, подобно мешку с репой.

Два клинка встретились, высекая искры, и последний оставшийся на ногах убийца сделал шаг назад. В горячке боя тряпки на его лице сползли, и перед Моркантом предстал Ремус Эоган, сын Алвиана Эогана, главы рода Эоган.

Глаза молодого мужчины выпучились, а по лицу стекали ручейки пота. В нём больше не было высокомерия, которым, Моркант готов был поспорить, сочились эти жалкие заговорщики, когда только вошли в библиотеку.

«Они посмели думать, будто король Сантии позволит зарезать себя в собственном дворце?!»

– Это будет великая потеря для гордого рода Эоган, – ядовито усмехнулся Моркант, видя, как Катаир теснит мужчину к стене.

Неудачливый убийца пропустил несколько ударов, а его движения становились все медленней и неуверенней. Он бросил отчаянный взгляд на Морканта, словно раздумывая, готов ли тот пощадить заговорщика. Но это стало его последней ошибкой. Катаир сделал пируэт, сталь свистнула, и меч Ремуса вместе с его рукой отлетел в сторону. Мужчина закричал, но телохранитель короля прервал его мучения, снеся голову наследника Эогана с плеч.

«С первой партией заговорщиков покончено».

Одаренный подошел к своему телохранителю и положил руку ему на плечо:

– Прости, Катаир, но мне придется воспользоваться твоими услугами. Один я, очевидно, не справлюсь.

Воин не ответил своему повелителю, его разум находился под полным контролем и каждое движение совершалось по желанию Морканта. Одаренному раньше ни разу не приходилось использовать столько силы, и он ощущал, как огонь наполняет его лёгкие, струясь по венам. Это может быть опасно, но ещё опаснее будет получить кинжал под ребро, так что ему приходилось рисковать.

– Поторопимся, я не смогу удерживать тебя слишком долго! – король подошёл к столу и взял два фолианта, оба за авторством Одаренного, описывавшего влияние Тени на людей. – Теперь за Алоркантом и в конюшню! Эти идиоты ведь не оставили там людей на всякий случай?

Моркант проверил воспоминания Катаира на предмет неприятных сюрпризов и выругался.

– Вот ведь крысиные отродья!

Он ожидал, что заговорщиков окажется больше, чем пятеро, но увиденное потрясло его до глубины души. Убийцы предусмотрели возможность побега короля и оставили по пять человек у каждых ворот. Они поставили трёх агентов в конюшне, а также уже позаботились об Алорканте, младшем брате короля. Скрипя зубами от едва сдерживаемой ярости, Моркант увидел в обрывках воспоминаний телохранителя смерть юноши – ему вероломно перерезали горло во сне. Предательство проникло глубоко, и Морканту нужно было бежать не просто из дворца, но из города, или даже из страны.

Если заговорщики посмели убить брата короля, значит остальным его сторонникам грозит такая же опасность, но раз никто не предупредил его о заговоре, то так ли много сторонников у него осталось на самом деле?

«Так или иначе, выбора у меня нет».

Сначала быстрым шагом, а потом и бегом преданный всеми король направился в конюшни.

***

– Думаете, они убьют Морканта? – три тени, едва слышно переговариваясь, сидели за перегородкой в конюшне на случай, если король предвидит покушение и попытается скрыться.