Караваль

– У Данте ты наверняка видела такую же, только другого цвета, – сказал Хулиан.

– Это ничего не доказывает. На Каравале розы встречаются чуть ли не на каждом шагу.

Легендо одержим этими цветами. Значит, посланный Айко сон был правдивым. Скарлетт понимала, как неразумно раскрывать последнюю карту перед тем, у которого на руках все козыри, но она устала от этой игры, зашедшей слишком далеко – лежащий в нескольких футах от них труп тому подтверждение.

– Перестань уже мне врать! Я видела тебя на похоронах и знаю, что ты и есть Легендо!

Мрачное лицо Хулиана застыло наподобие маски. Сначала он выглядел ошеломленным, затем его черты несколько смягчились, по губам скользнула тень печальной улыбки.

– Не знаю, о каких похоронах говоришь ты, но мне довелось присутствовать лишь на одних – моей сестры Розы, невесты Данте. Я не Легендо. А здесь я потому, что хочу помешать ему уничтожить кого-либо так же, как он погубил ее.

Роза была его сестрой? Убежденность Скарлетт пошатнулась. Но была ли она готова поверить ему, потому что отчаянно хотела этого или потому что Хулиан действительно говорил правду? Она попыталась разглядеть цвет его эмоций, но ничего не увидела. Должно быть, связующая нить с его чувствами уже истончилась и исчезла.

– Когда я была мертва, мне явились образы, – возразила Скарлетт. – Если Роза была твоей сестрой, почему же ты стоял с таким безразличным видом? К тому же, на тебе был цилиндр!

– Ты решила, что я Легендо, на основе этих «образов» и моего цилиндра? – недоверчиво спросил Хулиан. Казалось, он вот-вот рассмеется.

– Да не в цилиндре же дело! – Хотя Скарлетт действительно придала его головному убору большое значение, также ее насторожило, что он о многом умалчивал. – Откуда ты знал, что нужно делать, когда я умирала?

– Потому что слышал, как люди говорили об этом, когда я смотрел игру в прошлый раз. Это ни для кого не секрет, но мало кто захочет пожертвовать своей жизнью ради кого-то другого, хотя бы и одним днем. – Он многозначительно посмотрел на Скарлетт и грубо продолжил: – Ты, как я погляжу, предпочитаешь никому не доверять. Познакомившись с твоим отцом, не могу тебя в этом винить. Но клянусь, я не Легендо.

– Как же тогда тебе удалось вернуться в «Стеклянную змею» после того, как тебя ранили? И почему следующим вечером ты не пришел в таверну, как договаривались?

Хулиан разочарованно застонал.

– Не знаю, убедит ли это тебя в чем-нибудь, но на встречу в таверне я не явился, потому что прошлой ночью меня ударили по голове, и я проспал. А когда все же пришел, тебя там уже не было, – с улыбкой пояснил он. Скарлетт, однако, она показалась натянутой и ненастоящей.

Даже если Хулиан и не магистр Караваля, все равно он с ней не до конца честен. Он сжал руки в кулаки, словно чтобы удержать свои секреты, как не раз поступала в прошлом и Скарлетт – только она таким образом пыталась побороть свой страх.

– Если ты в самом деле хочешь остановить Легендо, то едва ли мог позволить себе потерять целый день жизни, подарив его кому-то другому. И ты все еще не объяснил, как тебе в ту ночь удалось вернуться на постоялый двор.

– Ну что ты прицепилась? – Хулиан раздраженно покачал головой. – Ладно, так и быть. Раз тебе так важно знать правду, расскажу. – Он наклонился ближе, омыв шею Скарлетт своим прохладным дыханием, и ей вдруг показалось, что весь туннель наполнился свежим запахом его кожи. – Я вообще не спал. Я специально оставил тебя сидеть в таверне, потому что после того, как мы побыли в комнате вдвоем, решил тебя какое-то время не видеть.

Он опустил взгляд на губы Скарлетт, заставив ее содрогнуться. В тусклых туннелях было слишком темно, чтобы разглядеть цвет глаз Хулиана, но Скарлетт они представлялись двумя бездонными озерами жидкого янтаря, окаймленными темными ресницами. Точно так же он смотрел на нее раньше, когда стоял, прижавшись спиной к двери, а она подпирала его своим телом.

– Цель моя в этой игре была самой что ни на есть простой, – пустился в пояснения Хулиан и замолчал. Натужно сглотнув, он заговорил снова грубым низким голосом: – Я прибыл на остров, чтобы отыскать Легендо и отомстить за свою сестру, а наше с тобой общение собирался прекратить сразу, как попаду на Караваль. Так что, как видишь, я не был до конца честен с тобой, но, клянусь, я не Легендо.

Скарлетт подумала, что этим признанием Хулиан вполне мог бы сокрушить камень. Он, похоже, всегда скрывал свои истинные чувства, но его последние слова обнажили жестокую правду, высказанную как есть, без прикрас.

Сделав еще один шаг назад, Хулиан медленно сунул руку в карман и вытащил записку.

– Вот это я обнаружил в комнате Данте и спустился сюда, чтобы поговорить с ним, а не убить.

В сознании Скарлетт мелькнул проблеск воспоминания: Валентина – сестра Данте. Она содрогнулась, воскресив в памяти последний раз, когда видела его живым. Они столкнулись на лестнице, и он был вне себя от беспокойства. Возможно, если бы Скарлетт не лишилась дня жизни, смогла бы помочь ему найти ее.

– Я должна была что-то сделать, – пробормотала она.

– Ничего ты сделать не могла, – резко возразил Хулиан. – Валентина должна была встретиться здесь с нами в ту ночь, когда меня ударили по голове, но так и не появилась.

Хулиан объяснил, что разветвленная сеть туннелей тянется по всему острову. У входа в каждый из них спрятана карта. В первую очередь они используются артистами Караваля, чтобы быстро добираться из одного места в другое.

– А иногда здесь случаются убийства, – скривив губы, добавил Хулиан.

Его глаза запали, скулы выпирали сильнее обычного, черты лица заострились. Скарлетт и рада бы ему помочь, но не знала как. Он казался таким же сломленным, как и она сама.

– Ты все еще настроен на месть? – уточнила она.

– Скажи я «да», ты бы попыталась меня остановить? – Он бросил взгляд на лежащее на полу мертвое скрюченное тело Данте.

Скарлетт чувствовала, что следует ответить утвердительно. Она всегда верила, что насилие ни к чему хорошему не приведет. Но смерть Данте и исчезновение Валентины развеяли ее иллюзии касательно того, что Караваль – всего лишь игра.

Она привыкла считать злодеем своего отца, но теперь оказалось, что и магистр Караваля не меньшее чудовище! Похоже, бабушка не преувеличивала, говоря, что чем дольше Легендо вел себя как негодяй, тем прочнее вживался в эту роль.

Скарлетт осторожно протянула руку и сжала холодные напряженные пальцы Хулиана.

– Я сожалею о твоей…

Она осеклась, услышав эхо шагов: они были тверды, решительны и неумолимо приближались. Голосов она не слышала, но могла бы поклясться, что узнала поступь. Она испуганно выдернула руку из ладони Хулиана.