Книга борьбы

В планах Божьих было также и наказать Лавана, чтобы воздать ему той же мерой, какой он мерил другим. В жизни каждого человека наступает час расплаты, и Бог для наказания обманщика опять использует другого обманщика.

Посмотрим на все это с другой стороны. Поступки Иакова и Лавана кажутся нам безнравственными. Таким образом Бог через Писание показывает нам греховного человека во всей его наготе. Жизнь этих людей наполнена борьбой и обманом, но над всем остается все-таки направляющая рука Божья, действия которой для нас останутся непонятными, пока мы будем мерить их собственными этическими мерками.

Такое отношение Бога к Иакову становится нам понятным только тогда, когда мы принимаем в расчет обетование, касающееся грешника. В этом и заключается тайна обетования, данного Иакову в Вефиле, в силу которого Бог не оставил свой избранный сосуд, хотя он и оказался несостоятельным. Иаков живет под "отверстым небом".

Итак, Лаван должен был заметить, что причина успеха Иакова кроется в действиях могущественной благословляющей Божьей руки. И это на самом деле так. "И сделался этот человек весьма, весьма богатым, и было у него множество мелкого скота, и рабынь, и рабов, и верблюдов, и ослов" (30:43).

СПАСЕНИЕ ИЗ НЕВОЛИ Быт. 31 гл.

Отправление в путь по Божьему повелению

"И услышал Иаков слова сынов Лавановых, которые говорили: Иаков завладел всем, что было у отца нашего, и из имения отца нашего составил все богатство сие. И увидел Иаков лицо Лавана, и вот, оно не таково к нему, как было вчера и третьего дня. И сказал Господь Иакову: возвратись в землю отцов твоих и на родину твою; и Я буду с тобою" (31:1-3).

В этих стихах указано три причины для отправления на родину: небезосновательные разговоры среди сыновей Лавана, недоброжелательное отношение Лавана к Иакову и Божий призыв.

Как в Вефиле, когда Иаков бежал из дома, так и при возвращении Иакова на родину, Бог дает ему обетование: "Я буду с тобою". Иаков должен сделать вывод, что это и есть главное его богатство и преимущество.

Тридцать первая глава свидетельствует о том, что Бог и на чужбине был с Иаковом.

Иаков призвал своих жен в поле и, оправдывая свой план бегства, сказал: "Я вижу лицо отца вашего, что оно ко мне не таково, как было вчера и третьего дня. Но Бог отца моего был со мною. Вы сами знаете, что я всеми силами служил отцу вашему. А отец ваш обманывал меня и раз десять переменял награду мою. Но Бог не попустил ему сделать мне зло" (31:5-7).

Двадцать лет Иаков находился под властью сильного, но и под защитой Сильнейшего. Иаков видит это и сознает. Богатство, приобретенное им, тоже было исключительно даром Божьим. Иаков говорит об этом женам своим: "Когда сказал он, что скот с крапинами будет тебе в награду, то скот весь родил с крапинами. А когда он сказал: "пестрые будут тебе в награду", то скот весь и родил пестрых. И отнял Бог скот у отца вашего, и дал мне... Рахиль и Лия сказали ему в ответ: есть ли еще нам доля и наследство в доме отца нашего? Не за чужих ли он нас почитает? Ибо он продал нас, и съел даже серебро наше. Посему все богатство, которое Бог отнял у отца нашего, есть наше и детей наших. Итак делай все, что Бог сказал тебе" (31:8-16).

Не только зять, но и собственные дочери хорошо поняли Лавана. Он лишил их всякого наследства, он обращался с ними не как с дочерями, а как с рабынями. Рахиль и Лия отказываются от своего отца.

Итак, Иаков разрывает цепи рабства не самовольно, а по повелению Божьему. "И встал Иаков, и посадил детей своих и жен своих на верблюдов; и взял с собою весь скот свой и все богатство свое, которое приобрел, скот собственный его, который он приобрел в Месопотамии, чтобы идти к Исааку, отцу своему, в землю Ханаанскую" (31:17-18).

Бегство под Божьей защитой

"И как Лаван пошел стричь скот свой, то Рахипь похитила идолов, которые были у отца ее. Иаков же похитил сердце у Лавана Арамеянина, потому что не известил его, что удаляется. И ушел со всем, что у него было; и, встав, перешел реку, и направился к горе Галаад. На третий день сказали Лавану, что Иаков ушел. Тогда он взял с собою родственников своих, и гнался за ним семь дней, и догнал его на горе Галаад. И пришел Бог к Лавану Арамеянину ночью во сне, и сказал ему: берегись, не говори Иакову ни доброго, ни худого" (31:19-24).

Стрижка овец была большим праздником. Все пастухи принимали в этом участие. Этот день Иаков использовал для побега.

Побег Иакова выглядит здесь расплатой за недобросовестное отношение Лавана к своим детям и зятю. Собственная дочь выкрала у него домашних божков, которые олицетворяли, возможно, каких-либо духов предков и которые считались источником счастья в доме. Это было большим ударом для суеверного Лавана.

Одновременно Лавана постигает другое несчастье - Иаков похитил у него сердце. Поражает то, что этот обманщик, как бы ни поступал нечестно, все же доверял Иакову. Доверие - это, пожалуй, самое прекрасное, что оставалось в сердце у Лавана. Но теперь оно потеряно.

Возмущенный Лаван вместе с родственниками погнался за Иаковом и догнал его на горе Галаад. При наблюдении за этой встречей невольно вспоминаются слова благословения, исполнение которых теперь очевидно: "Проклинающие тебя - прокляты; благословляющие тебя - благословенны!" (27:29). Иаков, его семья и все имущество могли стать жертвой мести Лавана, если бы не заступился Господь.

Обвинение

"И догнал Лаван Иакова; Иаков же поставил шатер свой на горе, и Лаван со сродниками своими поставил на горе Галаад. И сказал Лаван Иакову: что ты сделал? для чего ты обманул меня и увел дочерей моих, как плененных оружием? Зачем ты убежал тайно, и укрылся от меня, и не сказал мне? Я отпустил бы тебя с веселием и с песнями, с тимпаном и с гуслями. Ты не позволил мне даже поцеловать внуков моих и дочерей моих; безрассудно ты сделал" (31:25-28).

Бог обещал быть с Иаковом, сказав ему: "Я буду с тобою". Но чем закончится теперь встреча с Лаваном, который дышит злобой и местью? У него есть сила сделать Иакову зло.

Мы должны представить себе Лавана весьма разъяренным. Однако он связан вмешательством Бога и не может действовать, как ему хочется. Он с возмущением обвиняет Иакова в неоднократном воровстве: зять не оправдал доверия, украл дочерей и домашних богов. Это возмущение бессильно что-либо сделать из-за маленького слова "но". Бог Иакова встал посреди и не допустил совершения мести. Сила и средства для этого возмездия есть, но Лаван не может пустить их в ход. Буря в душе и пыл его характера укрощены Богом: "Есть в руке моей сила сделать вам зло; но Бог отца вашего вчера говорил ко мне и сказал: "берегись, не говори Иакову ни хорошего, ни худого"" (31:29).

На этом встреча не закончилась. Лаван вспоминает об украденных богах и приступает к Иакову с вопросом: "Зачем ты украл богов моих?" (31:30).

Обыск

"Иаков отвечал Лавану и сказал: я боялся; ибо я думал, не отнял бы ты у меня дочерей своих. У кого найдешь богов твоих, тот не будет жив. При родственниках наших узнавай, что у меня, и возьми себе. Иаков не знал, что Рахиль украла их. И ходил Лаван в шатер Иакова, и в шатер Лии, и в шатер двух рабынь, но не нашел. И, вышедши из шатра Лии, вошел в шатер Рахили" (31:31-33).