Книжник

— Почему другое?

Сила умолял Господа помочь все ему объяснить, но слова не приходили. Куриат ждал, просительно глядя на него. Сила развел руками, сказать было больше нечего.

Мальчик изучал его лицо.

— Ты просто не хочешь брать меня с собой. В этом все дело, да?

Сила не мог вынести его взгляда. Куриат медленно поднялся и, сгорбившись, зашагал

прочь.

Сила закрыл лицо руками.

До него донесся голос Епенета, слова звучали тихо и неразборчиво, но по тону все было

ясно. Тот утешал мальчика. Сила ждал, что хозяин явится в триклиний и начнет ему

выговаривать. Но его оставили в одиночестве.

Вечером на собрании Сила читал послания Петра к пяти провинциям. Дианы с

Куриатом не было. Сила почти обрадовался этому. Он прощался с людьми и старался не

думать о мальчике и его матери. Для него собрали пожертвование, чтобы поддержать в пути

— выражение любви. Братья и сестры со слезами возложили на него руки и молились, чтобы

Бог благословил и сохранил его везде, куда бы он ни пошел. Он тоже плакал, но по

причинам, о которых ему не хотелось слишком глубоко задумываться.

— Мы каждый день будем молиться за тебя, Сила.

Он знал: они сдержат обещание.

Рано утром он проснулся с уверенностью, что знает, если не куда, то хотя бы каким

образом ему двигаться. Ему приснилось, что Господь жестом зовет его на корабль. Он

облачился в новую тунику — подарок Епенета. Затянул пояс, заткнул за него кошелек с

монетами. Прикрепил серебряное кольцо и завязал узлом кожаные ремешки, на которых

держался футляр, где лежали его тростниковые перья и ножичек для исправлений и резки

папируса. Пристегнул чернильницу. Взял плащ, подаренный Павлом, надел, вскинул на плечо

мешок со свитками.

Во дворе ждал Епенет.

— У тебя есть все, что нужно в дорогу?

— Да. Спасибо. Мне случалось брать с собой гораздо меньше. Ты и другие обошлись со

мной более чем щедро.

— Для меня было честью принять тебя в этом доме, Сила.

Он крепко пожал Епенету руку.

— Для меня это тоже честь.

95

— Ты пойдешь на север в Рим по дороге или отправишься морем?

— Морем.

Епенет как-то странно улыбнулся.

— В таком случае, я тебя провожу.

Они вышли из дома и двинулись по извилистым улицам. На агоре было полно народу.

Урбан кивнул им, когда они проходили мимо его лавки. В порту взгляд Силы перескакивал с

одного юноши на другого.

— Ищешь кого-то? — спросил Епенет.

— Куриата. Надеялся попрощаться.

Вон они.

Сила повернулся, и сердце, подпрыгнув, забилось где-то в горле. К нему шли Диана и

Куриат, оба с какими-то узлами. Он поздоровался.

— Рад вас видеть! Вчера мне вас не хватало!

Диана опустила свою поклажу.

— Нам надо было собраться.

Собраться?

Куриат обозревал пристань.

— Так какой корабль наш?

Сила уставился на него.

— Что?

Епенет, смеясь, взял его за плечо.

— Идем, мой мальчик. Посмотрим, где есть место.

Сила перевел взгляд с них на Диану.

— Он не может ехать со мной.

— Мы должны.

Мы?

Она серьезно посмотрела на него.

— Сила, мы всю ночь молились, чтобы Господь нам ясно показал, что делать. Вся

церковь молилась за нас. Ты знаешь, что на сердце у моего сына. Мы отдали все в руки Бога.

Если ты пойдешь на север, значит, тебе идти одному. Если придешь в порт — то нам ехать с

тобой. — Она улыбнулась, глаза ее сияли. — И вот — ты здесь.

Он изо всех сил пытался сдержать слезы.

— Я не могу взять вас с собой, Диана. Не могу.

— Потому что боишься за меня. Я знаю. Епенет мне сказал.

— Ты не понимаешь.

— Мое тело могут разорвать, меня могут убить, но это не причинит мне вреда, Сила. И

Куриату тоже. И потом, не говорит ли Писание, что трое сильнее, чем один? Господь не даст

нам больше, чем мы способны понести, а впереди нас ожидают Небеса. И Он будет с нами

везде, куда мы ни пойдем.

— Подумай, как посмотрят на это люди, Диана. Женщина путешествует с мужчиной.

Ты же знаешь, что подумают. Как я буду учить святости, если будет казаться, что… — Он

отвел взгляд. — Ты понимаешь, что я хочу сказать.

Она кивнула.

— Что мы живем во грехе?

— Да. Это решает все.

Взгляд ее стал нежен.

— Разумеется. Нам нужно пожениться.

Он покраснел.

— Тебе нужно остаться здесь и выйти замуж за кого-нибудь помоложе.

— С чего бы это, когда я люблю тебя? — Она приблизилась к нему вплотную и, привстав на цыпочки, взяла его лицо в ладони. — Сила, я с первого взгляда знала, что хочу

стать твоей женой. А когда Куриат так решительно вознамерился уговорить тебя взять его с

96

собой, для меня это было просто подтверждение: Бог направляет твои шаги. Господь привел

тебя сюда не только отдохнуть, но обрести семью, которую Он для тебя приготовил. — Она

смотрела на него блестящими глазами.— Мы так долго ждали.

Сердце его колотилось.

— Я не смог бы вынести ваших страданий.

— Если ты не возьмешь нас с собой, разобьешь сердце нам обоим.

— Я не заслуживаю этого.

— Почему? Сам Бог сказал, что нехорошо человеку быть одному. Все эти годы ты жил

для того, чтобы помогать другим — Павлу, Петру, Тимофею, Иоанну Марку, церквям, где

служил. А теперь Господь дает тебе собственную семью. Я знаю — это то, чего тебе не

хватает. То, чего ты хочешь. — Она подняла глаза, в них отражалась ее душа. — Господь

изливает свои благословения на тех, кто служит Ему, Сила. Ты сам так учил. Ты знаешь — это правда.