Кобель

Он тут же воспользовался приглашением, принявшись за нежное исследование открывшегося пространства. Вскоре они поигрывали, используя скромные метаморфические способности Поттера и почти безграничные возможности Тонкс, которая то выдавливала его язык последовательным сжатием из глубины, то, наоборот, словно втягивала в себя.

– Продолжай, - попросил он извлекая из лона язык и вставляя туда то, что положено.

Такого не могла даже Нарцисса, хотя общее впечатление совпадало. Гарри нависал, изредка подсказывая:

– Если ускоришься, всё закончится очень быстро.

– Я и хочу быстро, - облизнулась едва не искрящая от страсти возлюбленная. Да нет, не едва. Сморгнув, юноша понял, что завораживающий спецэффект ему не привиделся. Дама начала двигаться так энергично, что привела парня к финишу за считанные посылы. И блаженно обмякла.

Они лежали под тёплыми струями на мягком мокром коврике и никуда не спешили.

– Завтра первое занятие окклюменцией, - напомнила она.
– Снейп серьёзный специалист. Боюсь, он заставит тебя страдать. Но не потому, что хороший мастер, а из-за нелюбви к тебе.

– А я подумал, что он забыл об этой своей нелюбви, - удивился парень.
– Недавно вполне приличную оценку мне поставил.

– Теперь он забыл о том, что забыл - так наезжал на педсовете и на Гриффиндор вообще, и на лохматую головушку моего жениха в частности.

– Скоро встреча по квиддичу между нашими командами. То есть, между нами и Слизерином, у которых он декан. Поэтому и распереживался наш Ужас Подземелий.

– Я вот думаю, что будет, если он выкопает из твоих воспоминаний информацию о твоей настоящей нынешней жизни, и настучит об этом своему белобородому козлу-покровителю, - даже сознавая опасность, Тонкс улыбнулась, представив флегматично-надменного профессора с выпученными от глубокого шока глазами.

– Упс!
– перевернувшись, Гарри случайно задел сосок правой груди, отчего тот мигом напрягся.
– Ой! Придётся всё повторять по-новой, - подхватив Тонкс под бёдра, он пришпилил её к стенке и принялся за дело. Однако, и на этот раз затянуть процесс не получилось - девушка воспользовалась только что отработанной техникой и довела парня до стремительного излияния.

– Похоже, мне нравится взрывной стиль, - призналась она.
– Без всяких прелюдий и прочих подготовок.

– Мне тоже, - согласился Гарри.
– Хотя, хорошо бывает по-разному. А почему Дамблдор вспомнил про окклюменцию вскоре после убытия Тёмного Лорда в зону неопределённости?

– Вот и мы с девочками ломали головы над этим вопросом. Возникла гипотеза, что у директора был какой-то источник информации о Томе Риддле. Но, когда сигнал от объекта наблюдения ослаб, наблюдатель забеспокоился и стал искать путь к нужной информации через твой канал.

– Угу, зашибись, нашли себе радиостанцию. А бледнолицый, значит, на правах главного радиста полезет ко мне в мозги, - пробурчал парень.
– Думается, Снейп на этом уроке устроит мне колоссальную гадость как раз накануне серьёзного матча.

– Согласна. Довести курсанта до головной боли проще простого.

– Курсанта? То есть в Академии Аврората этому учат?

– Да. Серьёзное, кстати, испытание. Но у тебя есть козырь в рукаве. Ты способен сопротивляться “Империусу”, а это, пожалуй, самое сильное из ментальных воздействий. У тебя есть все задатки, к противодействию чтению мыслей. Главное - обнаружить проникновение и превозмочь чужую волю, чтобы вышибить легилимента вон. Если Снейп не скажет, каким заклинанием это полагается делать, а обычно используют “Протего”, как самое щадящее, выбери что-нибудь гадкое из нелетальных.

– У меня заморозка просто сама с палочки соскакивает. А как обнаружить проникновение?

– Или мысли появятся неприятные. Или приятные. Или воспоминания - тоже возможны оба варианта. Тут для легиллимента важно вызвать сильные эмоции, которые сами вытолкнут наружу всё самое тщательно скрываемое.

– От Снейпа можно ждать только неприятного, - рассудил Гарри.

***

Урок окклюменции начался с того, что Снейп направил на студента палочку и прошипел: “Легиллименс”. Тут и сомневаться было нечего - это нападение. Сквозь пелену воспоминания о том, как бульдог тёти Мардж болезненными укусами загоняет совсем ещё маленького его на дерево, Гарри трансфигурировал преподавателя в табакерку - сработал один из ранее наработанных под руководством Гермионы рефлексов. Постулат “лучшая защита - нападение” никто не отменял, поэтому щитами он маяться не собирался. Добавил сверху заклинание закрепления, которому научила заботливая Флёр. Поразмышлял секунду и не стал усугублять, потому что закрепление завершается только отменой извне. Или невероятным напряжением воли попавшего под него мага, что удаётся далеко не сразу.

Трансфигурированного зелевара студент заботливо положил в выдвижной ящик преподавательского стола, затолкав подальше за сломанные перья, высохшие чернильницы и старые свитки. Нет, Дамблдор, конечно, его отыщет. Ну, может ещё Флитвик или МакГонагал. Но, только начав полномасштабные поиски. Учитывая, что завтра суббота, конкретно зельевара хватятся лишь в понедельник.

Но почему так болит голова? Стоит наведаться в больничное крыло. И хорошенько при этом страдать. Покачиваться и мычать что-нибудь нечленораздельное. Хотя, действительно, чувствует он себя паршиво. Теперь Поттер очень хорошо понимал подслушанное у дурмстранговцев ругательство - “мозгоклюй”.

========== Глава 33. Собрание гарема ==========

Комментарий к Глава 33. Собрание гарема

Еду, напитки, бьющиеся предметы советую убрать подальше. Так, на всякий случай. Только сразу не пугайтесь. Соавтор.

Утро субботы началось для Поттера в больничном крыле, где он по причине сильной головной боли был с вечера оставлен заботливой мадам Помфри для дальнейшего наблюдения. Капитан квиддичной команды Анджелина Джонсон, обнаружив на завтраке отсутствие ловца, примчалась выяснять, когда же состоится выписка, но не была пропущена к больному. Повышать голос, яро отстаивая свою позицию, чего не стеснялась даже перед строгой госпожой деканом, старшекурсница не решилась. Она прекрасно знала, что медсестра всё запоминает, и если попадёшь к ней потом - а для игрока это запросто - может такого налить в качестве лекарства… В общем, обломанная в лучших чувствах Анджелина ушла, бормоча:

– Делать нечего, придётся выпускать Джинни.

Следующим заглянул директор, поинтересовавшийся тем, как вчера прошёл дополнительный урок.

– Помню, будто Снейп направил на меня палочку и сказал “Легилименс”, - честно признался Гарри.
– И всё. Больше мне добавить нечего. Но до больничного крыла как-то добрался, хотя голова просто раскалывалась, - опять он не произнёс ни слова лжи, спрятав правду за недоговорками. Помня о том, что Дамблдор - признанный мастер легилименции, юноша держал глаза прикрытыми, направив взгляд вверх, в собственные веки, довершая образ страдающего от удара по мозгам больного. А перед внутренним взором, напрягая всё своё воображение, формировал картинку, на которой в голову ему забивают огромный гвоздь.

– Профессор Снейп, - мягко поправил студента директор, посоветовал не отчаиваться из-за неудачного начала, пожелал скорейшего выздоровления и ушёл. Кажется, пронесло.

Сам пациент во время завтрака изобразил рвоту, что повторил и в момент, когда принесли обед, хотя есть очень хотелось. Но, искусство требует жертв. И жалко было топчущихся за дверью Тонкс и Гермиону, о которых он как-то не подумал. Ведь беспокоятся!

Между тем, головная боль утихла ещё утром, едва он выспался после вечернего приёма зелья, которым напоила его хозяйка больничного крыла. Поэтому за три часа до ужина, пришло время выздороветь.