Колдун
Шрифт:
– Зачем тебе? Хочешь выслужиться в Инессе?
– Нет. Она нужна лично мне. Покажешь?
И он послал её в четвертый раз. Развернулся и нырнул в переулок, между двухэтажных домов, по лестнице вверх, к высокому сурово-красивому зданию.
Хенрика Аарского видели у телепортационной башни. Там же видели и его отца - Корада Аарского. К Майорину присоединился Лавт Борец и Вабель Звонкий Лис. К башне пришлось торить дорогу. Лавта Борца ранил маг. Поняв, что уходить некуда, город пал, крепость взята, а последний рубеж обороны прорван, маги сражались насмерть, руководствуясь только желанием забрать
Оборотень упал захлебываясь кровью. Вабель спалил мага заживо, надавил Борцу на порванное горло.
– Не жилец.
– Обратиться можешь?
– выкрикнул Майорин. Лавт моргнул. Вроде как согласно.
– Тогда валяй!
Вабель оторопел, отнял руки. Мышцы под кожей оборотня заходили узлами, сама кожа стремительно серела и истончалась. Лицо вытянулось, суставы выворачивались из пазух, чтобы встать иначе, по-звериному.
Перед ними лежал волк в драном кожухе.
– Лавт, иди назад!
– посоветовал колдун. Борец ударом лапы, отразил летящий навстречу огневик, кубарем прокатился по мостовой и бодро вскочил. Бодрость далась Лавту с трудом, но никто этого не заметил.
К чести Аарских башня устояла. Немногочисленные ратники, дошедшие до неё, лежали вокруг раненые или убитые. На появление чужаков башня ответила однозначно недоброжелательно.
Просить Хенрика выйти и умереть достойно никто не стал. Не дурак он, всем ясно. Не откроет.
Казна хранилась в укрепленном помещении на первом этаже. Тройные толстые двери с тройной магической защитой уберегали возжелавших от соблазнов. Ивен ковырялся около получаса, за это время дракон, поместившийся с трудом в достаточно просторном коридоре, сжег семерых поинтересовавшихся: а что собственно за возня.
Айрин периодически помогала магу с силой, но больше отдыхала, наслаждаясь иллюзией покоя. Шип отпускал ехидные комментарии, чем весьма раздражал мага. В драконьем понимании мира человеческая смерть была событием если не хорошим, то мало достойным внимания. Исключением являлись истоки, которых Шип отнес в разряд потерпевших от человеческо-магического террора.
Исток показательно дремала, даже не отругиваясь и не споря. Сил у Айрин не было. Ей казалось, что её выпили до капли, высосали кровь, а потом попытались подзакусить свежим мясом. Но таки не успели.
– Всё.
– Ивен пнул ногой дверь и та послушно подалась.
– Иди. Я рассчитался?
– Вполне.
– Прощай, Айрин. Удачи тебе, может у тебя и получится жить той жизнью, которую ты мне рисовала.
– И у тебя получится. Подумай об этом.
Маг протиснулся в узкое пространство меж стеной и драконовым боком.
Айрин зашла в "кладовую" магов.
Ожидала она большего...
Проигнорировав тяжелое золото, непонятно как обналичиваемые векселя, долговые расписки, девушка перешла в сундучкам с драгоценными камнями. Особо крупные и явно применяемые для магических изысканий отложила сразу. А вот поменьше да попроще сгребла в сумку.
– Этого хватит с лихвой.
– Издеваешься?– Шип посмотрел на худую кошелку.
– И за каким бесом я сюда летел?
– Больше камней нет.
– Бери золото.
– Оно
тяжелое...– Набери свой вес, его я почти не чувствую.
– На хрена нам столько денег?
– Истратим! Давай! Грабить, так грабить. Чего мелочится!
К башне пробился Ерекон с пятью отрядами. В каждом осталось по три-пять колдунов. Злющих как бесы.
Идея Хенрика дождаться утра, а потом сбежать, была как на ладони.
– Где ваш исток?
– буркнул Вабель. Майорин пожал плечами. Он как-то позабыл, что у кого-то может истечь резерв, а маги сидят на источнике силы.
– Аарский!
– гаркнул Ерекон.
– Сдавайся, Аарский. Город взят. А мы всё равно тебя найдем.
Башня выразительно выстрелила залпом черных шариков.
– Не поможет, ты знаешь, как выглядит взорванный портал. Снесет половину крепости вместе с вами. Мы-то отойдем, вас только сперва здесь замуруем.
Теперь башня молчала.
– Запечатать их!
– Тут женщины и дети!
– сказала башня хмуро.
– Так спаси им жизнь. Выйди.
Ничего.
– Запечатываем.
– Я согласен поговорить. С братом государя. Пусть он войдет.
– Ага, сейчас же!
– обиделся воевода.
– Приготовиться!
– Я не причиню ему вреда. Только поговорю. Он все-же наследник трона. Мы обсудим...
– Ну, уж нет.
– Постой, Ерекон. Я пойду.
– Майорин стоял с опущенной головой, пряча за паклей волос лицо.
– Сдурел?
– Открывай ворота, Аарский. После этого вас запечатают, если я не выйду оттуда до рассвета живым, взрывайте.
– Крикнул колдун, голос был хриплый. Сорванный и измученный.
– Ну и дурак ты, колдун.
– Буркнул Ерекон. Майорин пожал плечами, так и не подняв глаз, и пошел к башне. Медленно, не торопясь, прогуливаясь, будто по парковой аллее теплым летним вечером, наполненным ласковой ленью заходящего солнца.
– Без оружия!
– посетовала башня.
Колдун расстегнул ножны, бросил неодобрительно кусающему ус Хорхе. Воин поймал.
Майорин шагнул на первую ступеньку, потом на вторую.
Створка, выполненная в изящной манере, с острыми лепестками, вырезанными в толще дубового массива, с латунными гвоздиками и витыми кольцами, отворилась. Ровно так, чтобы боком прошел человек. Колдун протиснулся внутрь.
Двери захлопнулись, колыхнулись в пазухах кольца, слетела с рельефа пыль.
– Запечатать башню!
– приказал Ерекон, неодобрительно качая головой, и добавил себе под нос: - Придурок.
– Эй, Ерекон.
– Оборотень ткнулся носом в то место, где только что стоял колдун.
– Погляди!
– Что, Лавт?
– воевода посмотрел вниз, на сером снегу темнели кружочки.
– Кровь?
– Его кровь.
– Вот и всё.
– Сказала Айрин Шипу, закрепляя ремни.
– Отлично, залезай!
– Но...
– Мы все выполнили, сестрёнка. И даже больше.– От слова "сестрёнка" она сглотнула. Шип щурился. Знал.
– Пора делать отсюда крылья.
– Не могу я...
– Сами разберутся. Полетели!