Кондотьер

Конечно, всё пошло по плану… в мечтах тех, кто на это надеялся. Скариотис лишь саркастически усмехнулся, вспомнив, к чему всё привело. Удалось лишь вывести из строя большую часть авиации и внести нарушения в работу основного центра управления. Резервный так и не получилось затронуть вирусами и прочими факторами. Про колоссов и говорить нечего — их людей повязали ещё до того, как те успели что-либо сделать. И не местные недотёпы, а люди из кондотты Тайгера. Это было лишь началом доставленных ими неприятностей.

Отражённая атака эскадрилий смертников, предоставленных Гегемонией наряду с собственно истребителями и штурмовиками? Подобное предполагалось, целью то было всего лишь сделать одну-единственную пробоину в доселе едином контуре обороны, заставить секту и её лидера, Проводящего Гармонию, засуетиться, действовать, опираясь на эмоции, а не на трезвый расчёт. И на советы тех, кого слушать умному человеку точно не следовало.

Всё должно было получиться. Несмотря даже на глупое решение дукса перемешать отряды, сведя в них как его, Ричарда, пилотов, так и из числа находящихся на их стороне союзных сектантов. Результатом была недостаточная слаженность, поскольку не столь большого числа тренировок на симуляторе не хватало. О совместимости манеры боя наёмников и этих вот откровенных безумцев с «гармонией» и прочим «совершенством» вместо мозга говорить тем более не приходилось. Ведь союзные ему сейчас сектанты были… э-э, более радикальными, чем те. от которых раньше откололись. Потому и в колоссах сидели исключительно те, кто полностью разделял те самые странные идеи секты. Насколько странные, что Ричард даже поверхностно вникать в них опасался, беспокоясь за сохранность уже собственного разума. Особенно если вспомнить, что чем выше был «градус совершенства», тем более ядрёные смеси из наркотических веществ и псионического стимулирования мозга применялся к адептам секты. И вот не просто союзничать с такими, а ещё находиться в одном отряде… Жаль, что попытки переубедить Пинкмана так ни к чему и не привели.

Тогда не привели, а теперь поздно. Из шести сектантских колоссов остались лишь два, один и вовсе едва удерживал вертикальное положение, не иначе как волею их божества удерживаясь от саморазборки на оставшиеся запчасти. Его люди, конечно, тоже не обошлись без потерь. Потерян один «Кочевник», заметно повреждён второй такой же колосс. Зато от обороны Тренвилля ничего толком не осталось, они прорвались к порту и полностью очистили от присутствия защитников этот сектор. Колоссы местных? Три потеряно, один вроде как ещё передвигается, но всерьёз воспринимать древнего «Отбойщика» ему и в голову не приходило сразу по нескольким причинам. В отличие от кондотты, которая не потеряла ни одного из пяти своих колоссов. Сверх того, ввела в строй одного из своих резервных, посадив внутрь одну из местных, чем-то им приглянувшуюся. Вот обо всём об этом он сейчас и хотел поговорить как с дуксом Пинкманом, так и находящимся на орбите, внутри боевой баржи, комитом Карлом Жоффруа.

Увы, как первый, так и второй — особенно второй — особо разговаривать желания не испытывали. Считали, что потери приемлемы, а оставшихся сил достаточно, чтобы если не уничтожить оставшихся колоссов защитников, так уж точно оттеснить их за пределы Трентвилля. Но сперва добраться до главного места, которое и являлось основной целью вторжения — подводного исследовательского комплекса, в который вот уже долгие годы шла колоссальная часть средств от Постижения Гармонии. Именно из-за него сектанты-раскольники, будучи не в силах самостоятельно захватить власть на планете, обратились к Гегемонии, многое пообещав. Точно многое. иначе те не стали бы так вкладываться в эту… Нет, авантюрой это назвать уже не получалось. Тут уже скорее высокая политика, проводимая посредством не самых пристойных инструментов. А Прикоснувшиеся к Совершенству являлись именно инструментом. Временным или постоянным, тут Скариотис затруднялся с ответом. Зато с чем не затруднялся — это с вызовом на связь пилотов оставшихся трёх колоссов, помимо своего собственного.

Грег Сколари. Билл Криштек и Айзек Риджесс. Первые двое, пилотирующие сейчас «Уравнителя» и «Кочевника», были с ним уже без малого четыре года, ухитрившись уцелеть даже там, где гибла большая часть сражавшихся с ними на одной стороне. Айзека, того он взял в свой отряд недавно, чуть более года назад, но парень показал себя неплохо. Это несмотря на то, что пилотировал «Попрыгунчика», а смертность на этих лёгких колоссах порой заходила за верхний край риска по представлениям многих и многих. Но сейчас речь шла не только и не столько о их личных талантах, сколько об общей стратегии, которую, по мнению Скариотиса, дукс Пинкман и комит Жоффруа того и гляди могли окончательно опустить на дно. В переносном понимании этого слова, так как спускаться в глубины все равно придётся. Скорее всего, если им повезёт, и никто больше не совершит серьёзных ошибок.

— Плохо, — одним словом высказался Ричард, как только все трое пилотов оказались на общем с ним канале, защищённом по возможности от прослушивания со стороны. — Они не хотят как можно скорее использовать имеющийся перевес в силах. «Можно оттеснить от порта, а добьём их потом. Или сами сдадутся, как только мы войдём внутрь исследовательского комплекса». Так говорит комит Жоффруа. Пинкман ему подпевает, добавляя, что там, под водой, ещё и здешний главный сектант.

— Дык одни наёмники против нас остались, — хмыкнул Сколари. — Им нет причины собой рисковать. В бой они вступили, неслабо трупов покрошили. Биржа против такого и не возразит. Что если сначала с ними порешать, а там, дав проход до форпоста, уже делать, что хотим? Или что эти комит с дуксом пожелают.

— Ты что ль с ними говорить станешь?

— Не, Ричард, у меня язык не того, я красиво трепаться не умею. Лучше ты.

— И дукс с комитом мне это так возьмут и позволят?

— Не позволят, — процедил молчавший доселе Криштек. — Комита тут вообще как бы нет, а дукса типа в отставку попёрли. Он весь из себя важный, ему как болегенератором по яйцам, если такого как мы вперёд себя даже на такие переговоры пропустит. Но если его того, самого подтолкнуть?

— Попробую… ещё раз, с новой идеей, — немного подумав. согласился Скариотис. — Что вообще по бою скажете, если придётся продолжать?

Все трое не особо хотели говорить, будучи скорее исполнителями. Однако пришлось. И первым вызвался наиболее молодой и где-то даже горячий пилот «Попрыгунчика».

— Я со стороны только видел, Ричард, но и это помогло немного понять. Они очень сработались друг с другом. Полное доверие. Когда отбивались от совместной атаки с воздуха и пары «Бумерангов» — никакого внимания к тому, что не было в собственном секторе. Шесть колоссов, пять отсутствий перекрытия. Исключение тут только эта, местная.

— Доверчивые, — скривился Скариотис, но этим и ограничился, осознавая, что и доверие может быть силой. Ему чуждой, но всё таки силой. — Билл, а ты вместе с твоим племянником с ними лично столкнулся. Что скажешь?

— Про племяша? Жить будет, но лечиться несколько суток. Его уже отправил в форпост. За деньги там и не таких лечат.

— Твой родственник, ты и возись! Я про бой.

Особой да и вообще душевной теплоты Криштек от своего командира не ожидал. Потому и реагировать на подобное не думал. Так, пропустил мимо ушей, словно комариный зуд на пляже или посреди леса.

— Тайгер, Бельская и Меерштайн — псионы.

— Знаем.

— Они сработавшиеся друг с другом псионы, чувствующие не только себе подобных, но и тех, кто с ними рядом долгое время, — поторопился уточнить Криштек. — Айзек вот про доверие у них сказал. Так они ж псионы, один менталист, другая с прогнозами, как и все эти Бельские. Они не опасаются доверять, потому что почуют предательство. Гегемония не просто так силы псионов боится, Директорат не для забавы их в клетке из золота содержит. Они — это ж главная сила. Их только числом давить, даже не успевших в полную мощь войти. Тебя спрашиваю… есть она у нас сейчас, такая мощь?

— Ты спросил — сначала сам и ответь.

— А вот не знаю, — покачал головой пилот «Кочевника». — Они наш отряд перемололи не быстро, но деловито так. Чувствовали, что мы не одно целое, это и использовали, кроме остального. Пельш, сектант этот, в свою «Крепость» столько кредитов вбухал, а ведь расковыряли, сыграв на слабостях и железа, и пилота. Они как камень без трещин. Мы — склеенные. Двое сектантов, трое напыщенных пилотов Гегемонии, к нам как к дерьму относящихся. Вроде как платим — вы лаете. И мы, теперь уже четверо. Я племянника подхватил, рискнул. Меня ты вытаскивать не станешь, насмотрелся за эти годы. Я тебя тоже, сам из той же глины слеплен и в похожей печке обожжен. Не оскорбить хочу. Просто говорю, что есть. Ты спросил — я отвечаю. Опасность, рядом она, Ричард. Ты должен чувствовать, подольше моего от смерти сбегаешь.