Кондотьер
Шрифт:
Что тут сказать, целоваться она умела. Равно как и быть абсолютно безразличной к присутствию кого-либо. Плевать ей было на всех, проще говоря. Однако… Только и оставалось, что взять стервозную, но очаровательно-безумную Марию на руки, да и отправиться в сторону жилого модуля. Благо и недалеко, и я на слабость сроду не жаловался, да и сама Бельская отнюдь не массивная. Но и не миниатюрная, подобно Карине. Посмотрим, чем ещё меня удивит эта бывшая неформальная королева Железной Академии, а ныне… Даже не знаю, кем она себя считает в настоящий момент. Хотя не отказался бы краем подсмотреть, что за мысли бродят в её голове.
Утро вечера мудренее? Возможно, так оно и есть, только я скорее мало-мало не выспался, потому периодически зевал, да так, что до хруста в челюсти. Зато посмотришь на Бельскую, которая спала ровно столько же, немалую часть ночи постельной гимнастикой
Несколько усталой выглядела Карина, но явно не от того, от чего вымотался я. Бельская до неё точно не добралась — просто не успела бы — а Сэм не по девочкам. Ну и Виктор, этот может и рад был бы, но его О’Мэлли в себе в гости ночной порой однозначно не приглашала. Впрочем, он и не претендовал, благо в Кирвелле девочек совсем не тяжёлого поведения имелось более чем достаточно.
Как бы то ни было, но все мы, числом пять, собрались в одной комнате не просто чаю/кофию испить, а по делу куда более важному. Ага, тот самый выбор контракта из имеющихся в общем доступе вариантов. Где имевшихся? На Бирже, представительства которой были на всех планетах, контролируемых Синдикатом, а также во многих Окраинных мирах, где Синдикат имел значительное влияние, куда более мощное, нежели остальные крупные игроки. Биржа вообще солидная контора, которая хоть и снимала от пяти до двадцати процентов с получаемых наёмниками денег, но и гарантии предоставляла серьёзные. Кинули клиенты? Кондотта всё равно получала выплаты незамедлительно по выполнении работы из фонда самой Биржи, а вот на особо хитрожопых натравливали мастеров по «агрессивным переговорам», которые взимали и долг, и проценты за беспокойство плюс моральный ущерб. Между прочим, проценты эти были такие, что просто ой. И плевать, сдерут их с самого неплательщика, получат из оставшегося после скоропостижной кончины имущества или и вовсе сложными путями вырвут своё. Когда за тобой стоит не просто серьёзная сила, а по факту раскинувшееся на много звёздных систем государство, пусть и очень своеобразное, мало найдётся хитрожопых ублюдков, готовых играть в гнилые игры.
Мало, но всё ж найдётся. Велик оптимизм человеческий у отдельных представителей рода хомо. Ну да и бес с ними, не о них речь. Главным для нас, тут собравшихся, было то, что контрактам, полученным от Биржи, можно и нужно было доверять. Доверять и выбирать из немалого числа вариантов.
Почему из немалого? А просто количество доступных для выполнения контрактов прямо зависело от того, какой именно состав был у зарегистрировавшейся на Бирже кондотты. Ну вот право слово, глупо рассчитывать на что-то серьёзное и масштабное тем, у кого либо вообще не было колоссов, либо имелись один-два доходяги прошлого или вовсе позапрошлого поколений. Зато мелкая возня в отдельном секторе отдельно взятого Окраинного мира — это вполне нормально, там вообще такой древний хлам в еле функционирующем состоянии поддерживается, что таки ой. Да и для отрядов без колоссов, с простой бронетехникой или и вовсе пехотных сквадов дело найдётся. Всем своё место, всем подходящие контракты — на этом Биржа вот уже не первый век стоит и рушиться вовсе не намеревается.
Пять современных, пусть и не эксклюзивных, колоссов, техподдержка, сквад тяжёлой мотопехоты в дополнение… Это позволяло подобраться к достаточно вкусным, высокооплачиваемым контрактам. Но именно что подобраться, потому как действительно серьёзные контракты требовали минимум десятка колоссов и солидную поддержку вспомогательного состава. Ну или идти в поднайм, тем самым добиваясь достаточной численности, но теряя самостоятельность в принятии решений. Нам такого точно не требовалось. Я и сам неплохо представлял себе ситуацию, и Меерштайн с Бельской многое порассказали. Насчёт чего? Да по поводу того, что идущие в поднаём к более мощной кондотте отряды частенько бросаются в самое пекло, после чего или несут самые большие потери или и вовсе вырезаются почти под ноль. Нафиг-нафиг такое счастье!
— Ну что, леди и джентльмен, пришла пора окончательно определиться с выбором, — начал я уже вполне предметный разговор. — Биржа получила обновлённую инфу о нашей кондотте, а значит, открылись ещё несколько контрактов, которые до сего момента находились вне зоны доступа. И вот как раз в них есть пара-тройка действительно интересных.
— Интересных там и без того хватало, — проворчал Свирский, выводя на зависший над столом голографический экран список из пяти пунктов, которые действительно заслуживали внимания по сочетанию выгоды, уровню риска и соответствия исповедуемым нами принципам, нарушать которые я лично не собирался. — Мы вроде
как хотели Директорат побольнее укусить.— Можешь не напоминать, я про это никогда не забуду, — сверкнула глазами Саманта. — И поводов они достаточно для этого предоставили, не забывая дополнять. Одно вчерашнее покушение на нас с Рольфом чего стоит. Вот, смотрите!
Мы и посмотрели. На тот краткий отчёт, который Фрэнки Салазар, комбатенте семьи ди Лацио с позволения своего начальства счёл возможным отправить столь впечатлившей его леди Меерштайн. Те двое подранков, что достались патрулю, при первом же нажиме растеклись лужами словоохотливого дерьмеца и запели на два голоса, стремясь выторговать себе хоть минимальное облегчение участи. Хи-хикс, однако, полный такой хи-хикс! Дело всё в том, что облегчение наказания в Синдикате — понятие очень своеобразное. Доны семей очень ценят все ресурсы, попадающие к ним в руки, даже такие вот, откровенно хренового качества. И ждёт эти ни разу не добровольные ресурсы печальная и не шибко длинная жизнь, если, конечно, для репутации не выгоднее будет их просто грохнуть, дабы не мараться.
Нападение на нас, как оказалось, было не банальной попыткой грабануть показавшуюся денежной парочку. О нет, это был… не прямой заказ, а попытка получить объявленное за головы каждого из нас, беглецов из Директората, вознаграждение. Большое вознаграждение, жирное, притягивающее многих словно магнитом. Даже за голову самой непричастной, Карины О’Мэлли, была назначена награда в полтора миллиона кредитов. Вика оценили в два, меня в три, ну а за Сэм и Бельскую давали аж по пять лямов кредитов, пускай и по разным причинам. Награда за Меерштайн. ясен пень, большей частью была проплачена её поехавшей на преданности Директорату мамашей. Тут даже сомневаться не приходилось. Что до Марии Бельской, так тут мотивы несколько иные, да и кредиты выделялись чисто из контролируемых Директорами фондов. Очень уж многим как серпом по яйцам пришёлся тот факт, что смылся не абы кто, а одна из родственниц того Бельского, что тоже был из их числа. Быть то был и оставался при своём кресле Директора, даже влияния, как доносили слухи, не утратил. Только ни он, ни иные родственники от беглянки отрекаться даже не думали, лишь признав право Директората на месть. Сами же объявили нейтралитет в этой охоте, что уже было… знаком. Нехорошим знаком для всей директоратской системы.
Впрочем, ближе к теме. Та банда, напавшая на нас в Ромбе, не была с кем-либо связана, просто польстилась на большие деньги. Глупо польстилась, потому как немалая часть семей Синдиката и особенно принявшие кондотту под свой патронажди Маури являлись заинтересованными именно в нашем здоровье и даже благополучии. Причины? Серьёзные разногласия с Директоратом в целом и отдельными Директорами в частности. Мы же были не самой значимой, но полезной картой в бесконечной партии. И уже частично отработали, подтвердили свою полезность, в красках описав то дерьмо, которое происходило в Железной Академии, щедро изваляв в говняном кляре и сбрызнув немалой толикой помоев всю политику Директората по отношению к подрастающей элите. Ох и бесились же власть имущие в покинутой нами системе, ох и дрыгали ручками-ножками! Посмотреть приятно было, благо галанет штука такая, во все уголки галактики проведённая, даже в самые глухие. Правда для подгрузки новых пакетов данных в информационные кластеры отдельных звёздных систем требовалось некоторое время, ну да оно и понятно, тут возмущаться никто не думал. Расстояния в десятки и более световых лет, они не голубиный чих.
И вот она, первая ласточка, то бишь попытка получить назначенную награду. До сего момента как-то остерегались, опасались вызвать неудовольствие донов. Но жадность всё превозмогает, в том числе и рассудок, и инстинкт самосохранения.
— А убежавшие? — проворковала Бельская с мечтательным таким огоньком в глазах. — Хорошо бы их… наказать.
— Семья ди Маури возмущена, за это можно не сомневаться.
— Возмущена, б*я! Вот любишь ты, Вик, всё смягчать. Да этих трёх ушлёпков если ещё не прихватили, то прихватят и, накинув петли на яйца, приведут перед капо каяться. Они ж своими лапами помойными неуважение изобразили. И срать, что на территории ди Лацио. Та семья с ди Маури даже не враждует!
Меерштайн, как и всегда, была груба и даже чересчур, но к сути сказанного ею придраться не получалось. Те трое действительно конченые, ибо живя на земле Синдиката гадить семьям в лазанью или там ризотто было крайне глупым занятием. За такое карали и быстро, и нещадно.
— Саманта, ты такая… раздражённая, — мягко так произнесла О’Мэлли. — может тебе травяного сбора приготовить? Я умею.
— Вот ты ж… Карина, — выдохнула Сэм. — Как скажешь, так на тебя даже наорать не получается. Чудо ты без перьев, но с выразительными глазищами. И чего тебя в кровавое пилотское дело то занесло, а?