Кондотьер

Посмотрел я на такого рода баржи, ещё когда мы из Директората сваливали. На одной такой, принадлежащей Звёздной Страже, и отправили нас в Синдикат. «Неистовство Люциуса», так она называлась, в честь одного из легатов Стражи, проявившего себя в боях как с железками, так и при искоренении предателей человечества. Мощный был мужик, ярко жил, да и смерть его в последнем отчаянном бою надолго запомнят.

Впрочем, речь сейчас не о павших героях, а о боевых баржах. Вот реально хочется такое себе заполучить! Сильно-сильно хочется, даже несмотря на то, что цены на такую прелесть измеряются не десятками, а сотнями миллионов кредитов в самом скромном варианте. Потому и проходит это желание по разряду далёкой мечты, наряду с ещё несколькими.

Деньги, кредиты, будь они неладны! Они реально были немаленькими относительно всей боевой техники. Самый паршивый колосс прошлого поколения вроде безнадёжно устаревшего сорокатонного «Гоплита» в минимальной комплектации стоил от пяти миллионов. Его младшего брата, относящегося к лёгкой категории двадцатипятитонного «Велита», при удаче можно было хапнуть за три с половиной. Хорошие такие цены, аж за душу берущие! Особенно если учитывать, что далеко не всякий контракт оплачивался хотя бы единичкой и шестью ноликами после неё. Кредит, он «весил» действительно много, достаточно сказать о том, что месячное жалованье офицера, инженера средней руки, врача, оно редко когда превышало несколько тысяч. И то не в Окраинных мирах, не на периферии крупных государств даже, а в самых что ни на есть приближенных к метрополиям планетах и системах.

Ах да, это ещё не всё. Колоссы прошлого поколения по сути были откровенно устаревшим хламом, которые шли как расходный материал, потому и стоили недорого. Ага, недорого, по меркам цен на современные модели. Тот же базовый вариант «Попрыгунчика» влетел бы покупателям миллионов этак в двенадцать. Лёгкий колосс, распространённый, считающийся вот прямо бюджетной моделью, способной действительно хорошо показать себя лишь у настоящих энтузиастов, к которым относился и Свирский.

Базовая комплектация, как много в этом слове. Многое, но не очень хорошее, поскольку все мало-мальски разумные пилоты стремились поскорее избавиться от базы, заменяя оружие, броню, реакторы с антигравами и прочие узлы на нечто куда более продвинутое, специфическое, подходящее именно их представлению о надёжной и эффективной боевой махине. Вот и ещё подрастание цены и отнюдь не на несколько процентов. Сам пилот, то есть импланты либо симбионты… это, конечно, не для Директората и Гегемонии, ну так и мы сейчас отнюдь не там, а в Синдикате, который, если что, хватает и скупает новейшие технологии обоих путей развития, да ещё и собственные разработки создавать пытается. Успешно так пытается, результаты многих спецов радуют.

Кстати, о спецах. За время полёта мы старались выполнить если не полноценное боевое слаживание, то хотя бы на уровне тактических взаимодействий и вообще притирки между нами, пилотами колоссов, и бойцами сквада Беннигсена. Получалось не идеально, но и провалом нельзя было назвать. За нас играло то, что, несмотря на вроде как первый выход в качестве сформировавшейся кондотты, уже имелась репутация бойцов, склонных к нестандартным действиям, умеющих выживать и не боящихся принимать серьёзные решения. Ну и известность, хоть и скандального толку.

Сквад же под командованием Беннигсена, он был остатком куда более крупного подразделения, раздолбанного несколько месяцев назад просто в хлам. От колоссов рожки да ножки плюс куча перекрученного металла. Репутация выживших близка к нулю, но не по причине поражения, а из-за подозрений, что кондотьер банально слил своих же, за что получил солидный куш, после чего свалил в неизвестном направлении. Не знаю уж, правда или нет, но слухи, они такие — если пошли, остановить крайне сложно.

Отсюда и проблемы у остатков кондотты, что попали в действительно тяжкое положение. Прежние покровители предпочли, зажав нос, выпереть подозрительных персон куда подальше, благо остатки не были действительно ценным активом для довольно значимой в Синдикате семьи, а непонятно куда исчезнувший — или тихо где-то упокоившийся — кондотьер реально являлся неоднозначной фигурой. Трое уцелевших пилотов, оставшихся по факту без колоссов, по отдельности свалили в разные уголки Синдиката, пытаясь наняться сами по себе. Остатки технарей… кто-то ушёл вслед за теми одиночками. Кто-то предпочёл временно перейти на более спокойную работу. Благо спецы по техно и биоколоссам всегда требовались как на первичном производстве, так и в ремонтно-восстановительных комплексах.

А вот тяжёлая пехота, которая только и была в разбитой и разбежавшейся по итогам кондотте — это дело иное. Отдельный пехотинец находится априори в куда более невыгодном состоянии, нежели в составе хоть небольшого, но подразделения. Почему так? Нанимают то не отдельных головорезов, а уже сложившуюся команду в большей части случаев. Одиночки нужны лишь при пополнении потерь, да и то стараются брать не совсем со стороны, а через имеющиеся связи. А кому нужны одиночки из сгинувшей кондотты с изгаженной репутацией? То-то и оно, что товар тот ещё, проблемный и с невеликой стоимостью. Равно как и целый сквад.

Репутация! Если она имеется, то присутствует и неплохой выбор, к кому податься, в какую из кондотт встроиться. Это я, если что, про положительную репутацию, никак не про подмоченную, какая и была у сквада Беннигсена. С подобной только поближе к Окраинным мирам работать, да отнюдь не на серьёзных контрактах. Это если в самостоятельное плавание пуститься. Прибиться же к новому отряду — отдельная головная боль. Серьёзные игроки на рынке наёмнического труда редко когда хотят связываться с проблемными сквадами. Податься к тем, кто позарится на действительно неплохое оснащение сквада и солидный опыт? Это да, это можно, но опять же велик риск пропасть ни за грош на дурном контракте или откровенно гнилом.

Ларс Беннигсен предпочёл рискнуть, согласившись на поступившее именно от нас предложение. По ходу, сыграла свою роль та самая известность плюс истинные причины нашего побега из Директората, которые никто — помимо самих Директоров и их шавок, конечно — скрывать даже не пытался. А вот лично мне ещё предстояло как следует присмотреться к нанятым бойцам. И говоря про «как следует», я вовсе не имею в виду доступное уже сейчас эмпатическое прощупывание. Его то я сразу использовал при беседах с каждым из бойцов сквада. И бегло, ещё при первом знакомстве, и более тщательно, за время нашего пребывания на «Сладкой девочке»… дурное, мать его, название.

Что удалось уловить? У большей части вообще ничего сколь-либо подозрительного, а вот у меньшей… Подозрительных эмоций тоже ноль, зато «белого шума», мешающего менталистам прощупывать чужой разум, хватало в избытке. И это при том, что активный, хоть и очень скромный псионический потенциал имелся лишь у командира сквада. Ещё один боец являлся «спящим» псионом, к своим более чем тридцати годам так и не сумевшим (не захотевшим) активировать свой потенциал.

Импланты! Они ж, затейливые, пригодны для использования любым. Те из них, которые банально помогают закрывать создание в пассивном режиме, без каких-либо усилий со стороны пользователя. Да, пробить их можно и отнюдь не так сложно, только вот не мне, едва начавшему развитие псиону. Нужен опыт, желательны длительные тренировки и. разумеется, уже собственные усиливающие импланты. На них, увы, банально не было денег. Что кибер, что биодополнения к организму стоили пусть и не как колоссы, но на несколько десятков тысяч за каждый действительно качественный имплант счёт таки да шёл. И это я сейчас не про те, которые связаны с псионикой, там цены ещё выше. Я про относительно стандартные вроде дающих возможность видеть в каком угодно диапазоне, отфильтровывать придыхании немалую часть вредоносных примесей и всё в таком духе.

Нужные дополнения, дополнения важные… и запретные в богами проклятом Директорате. Именно доходы от первого найма должны были дать нам возможность прикупить хотя бы импланты. Не блажь, но важная необходимость для кондотты, где из пяти пилотов три активных псиона, желающих повысить собственные возможности, а тем самым усилить и общую боевую мощь. Простыми тренировками развиваться, конечно, можно, но сроки, но эффективность…

Тренировки, да. Бойцы сквада поддержки как раз и занимались тренировками в пустом трюме, на скорую руку приспособленном под тир и площадку для отработки ближнего боя. Стреляли, понятное дело, имитаторами, да и в ближнем бою использовались как защита, так и болегенераторы вместо плазменных клинков. виброножей и прочего высокотехнологичного «холодного» оружия. Но и смотрелось хорошо, и нам прок был. Ага, именно нам, поскольку у опытных бойцов было чему поучиться. В Железной Академии хоть и давали неплохую базу, но наработка практического опыта — это совсем-совсем другое. Требовалось пройти через немалое количество одиночных боёв, групповых, групповых против уступающего числом и превосходящего противника, чтоб в итоге приподняться на следующую ступень мастерства.

Вот сейчас, кстати, Виктор Свирский ужом крутился, пытаясь уходить из-под ударов сразу двух противников, не гнушающихся никакими приёмчиками, в том числе ни разу не благородными. Бой, он штука такая, где требуется исключительно победа, где никто не будет с тобой миндальничать. Уж я это хорошо знал. Тот самый опыт, о котором порой приятно вспомнить, а порой откровенно хочется убрать воспоминания в дальний уголок разума.

Непривычное, с этаким присвистом, дыхание, но уже вполне себе опознаваемое, потому как за прошедшие дни успел я с Беннигсеном пообщаться. А дышал он так потому, что вместо обычной системы дыхания, свойственной хомо сапиенс, он давно встроил себе не имплант, а симбионта, ставшего привычной частью тела. Цель? Возможность дышать под водой — тут кислород извлекался из воды — в условиях сильной загрязнённости воздуха — фильтры задерживали всё постороннее, просто накапливая постороннюю гадость и при переполнении «накопителей» исторгая всю пакость обратно в атмосферу. От отравления специальными ядами симбионт тоже помогал, но не от всего, не в любой концентрации. Ах да, ещё эта специально выращенная в биореакторе и сращенная с исходными тканями плоть позволяла создавать небольшой, но запас кислорода, минут так на семь-десять активного действия.