Контролер

Но все же общий концепт будущего самолета мы обсудили. Королев тут же взял у Андрея Николаевича ватман и схематично нарисовал, как он видит новый аппарат. Где должен располагаться двигатель — тут поспорили, что лучше — один в хвосте или два на крыльях. Решили для начала обойтись одним, хотя Сергей Павлович намеревался прорабатывать сразу оба варианта. От винтов отказались, тут споров не было. Не тот тип двигателя ожидается, где они нужны. Ну и про вооружение не стоит забывать — все же для военных «игрушка» будет.

Расстались мы довольные друг другом, обменявшись адресами, где нас можно найти. Я еще и оба своих номера дал — и кремлевский и домашний, чем изрядно удивил Королева.

Домой вернулся в просто отличнейшем настроении. Тут еще и Настя порадовала всех, что в этом году точно станет «октябренком». До этого она не прошла из-за низкой успеваемости. А тут у нее за год вырисовывались только пятерки. До итоговых результатов еще не меньше месяца, но учеба у нее уже выровнялась, неожиданностей быть не должно.

Когда же вечером в дверь постучалась Люда, я и вовсе хотел занести этот день в самый лучший день в этом году. Вот только на той лица не было. Бледная, с трясущимися руками и растерянным взглядом.

«Неужели экзамен провалила?» мелькнула у меня первая мысль.

Девушка, как меня увидела, тут же кинулась на шею и расплакалась мне в грудь. Успокаивал ее как мог, гладил по голове, шептал ласковые слова. Лишь спустя полчаса она немного пришла в себя и смогла сказать, что так выбило ее из колеи.

— Сережа, я… я беременна.

Глава 14

Апрель — май 1931 года

Люде нездоровилось. Началось больше месяца назад. Боли в низу живота она восприняла за надвигающиеся месячные. Но с чего бы им начаться, если они прошли лишь недавно? Это насторожило ее. Поход к врачу ничего не дал. Принимавшая ее женщина лишь руками развела, сказав, что девушка совершенно здорова.

После боли сами собой ушли, позволив Люде успокоиться. Ненадолго. Вскоре подошел истинный срок месячных, а их все не было! А там и грудь заболела. Все стало казаться мрачным. Советы отца раздражали, а от высказываний мамы о ее отношениях с Сережей хотелось накричать в ответ. Люда еле сдерживала себя.

Тут еще и сам Сергей попал в больницу, заставив Люду сильно понервничать. Когда ей сказали, что с ним все будет хорошо, она облегченно выдохнула. Но непонятное состояние собственного организма напрягало. Неожиданно любимое платье стало слишком тесным в районе груди. И она снова пошла к врачу. На этот раз — удачно. Если можно назвать наконец-то выданный ей диагноз:

— Милая, да ты беременна.

Мир тогда для Люды перевернулся. Она беременна? У них с Сережей будет ребенок? Казалось бы — хорошая новость, но как на нее отреагирует парень? А вдруг он испугается и снова отвергнет Люду? Посчитает, будто она могла ему изменить? Да он даже предложение ей еще не сделал! Как он вообще видит их отношения?

Куча вопросов, которые вызывали настоящую панику. После похода к врачу Люда даже выйти из своей комнаты не могла, настолько ее накрыла новость. В конце концов, первым не выдержал ее отец, и на следующий день чуть ли не ворвался в комнату девушки, требуя ответов.

Долго запираться Люда не смогла. Да и тяжело ей было держать такую новость в себе.

— А я-то себе напридумывал… — облегченно выдохнул Илья Романович, когда дочь поделилась с ним своим «неожиданным» положением.

Не такой реакции она ожидала.

— Ты разве не понимаешь? — закричала она тогда. — Да Сережа меня теперь снова бросит! Он же весь в работе! Карьеру строит. А тут я…

Отец тогда молча прижал к себе Люду, успокоил и чуть ли не приказал ей сходить к Сергею и все рассказать.

— Он должен узнать это от тебя, — заверял ее мужчина. — Иначе точно будет хуже. А так — ты же ему не изменяла?

— Нет конечно! — возмутилась Люда такому абсурдному предположению отца.

— Ну и не переживай. Я Сергея знаю, он от тебя не отвернется.

На следующий день Люда все же набралась смелости и отправилась к Огневым. Правда лишь под вечер, когда Сергей точно будет дома.

Каждый шаг ей давался с трудом. Утихнувшие страхи после разговора с отцом вспыхнули с новой силой и с каждым шагом к давно известному дому лишь усиливались. Как на нее посмотрит мать Сергея? Не посчитает ли приживалкой? Или хуже того — доступной и ветреной девушкой? Что будет, если ее Сережа все же откажется от нее, хоть папа и считает иначе? Институт теперь точно закончить не удастся. И соседи будут смотреть косо.

В итоге, когда она все же пересилила себя и постучалась в дверь Огневых, нервы девушки были на пределе. И стоило маме Сергея открыть ей, она не выдержала и просто разревелась. А тут и сам Сережа выскочил, прижал ее к себе, начал что-то говорить. Когда она все же вслушалась в его слова, сердце стало успокаиваться. Он не бросит. Не предаст. Вон как он ее любит, даже не зная проблемы, утешает, гладит. И она решилась ему во всем признаться.

— Сережа я… — предательский ком снова подступил к горлу, мешая говорить, но удалось его сглотнуть и закончить фразу. — Я беременна.

Вот и все. Она сказала. Теперь — будь что будет!

* * *

Мда, а я ведь только недавно сам хотел ей предложение сделать. Видимо это судьба?

— Выходи за меня, — был мой ответ на ее признание.

Люда почему-то расплакалась. Но сейчас я уже почувствовал, ее слезы были иными. Облегчение, вот что это было.

— Я согласна, — еле слышно прошептала она.

К родителям мы вышли лишь спустя четверть часа. Девушка все никак не могла прийти в себя. Поделилась все же, что ее тревожило, почему она вообще так себя вела, и какие мысли у нее были о будущем. Зато мне пришло в голову, что отсутствие «интимной защиты» — бывает и недостатком вот из-за таких незапланированных последствий. И теперь понятно, откуда была высокая рождаемость в это время и куда она делась в будущем.

Отец с мамой объявлению о свадьбе обрадовались, но поняли, что такое спонтанное решение неспроста. Однако ругать нас не стали, батя так вообще философски заметил, что рад, что я не женат на работе. Вот вообще не ждал от него такой реакции!

В итоге свадьбу наметили на конец мая, чтобы было время и подготовиться и денег на стол для гостей подсобрать. Меня тут же озадачили, кого я хочу видеть в качестве приглашенных. Причем, в процессе обсуждения я с удивлением узнал, что колец покупать не только не нужно, но даже «вредно». Это пережиток буржуазии и церковного засилья! Да и белое платье для невесты — оттуда же. Хотя сама Люда не прочь была бы его надеть. Но свадьбу устроить можно, правда только после официальной регистрации в ЗАГСе, где все проходит очень аскетично. Торжеств никаких там нет. Церемонии тоже. Расписались и на выход. При этом важно было всех уведомить об изменении своего социального статуса — и комсомол, в котором мы с Людой состояли, и партию, и на работе рассказать. У меня слегка голова кругом пошла от этого. Вроде «неважное событие», но рассказать всем обязан. Как так? А вот такой выверт! Создание семьи — это не личное дело двух человек, а важное общественно-политическое событие и никак иначе! Слов нет, одни маты. И ведь в будущем эти перегибы будут убраны, но сейчас только так.