Кор-а-кор

Я иронично посмотрел на парня, понял, что он верит в то, что сказал и решил немного раздвинуть его мировоззрение по поводу мотивации:

– Зось, вот смотри. Первое, если бы мы твоего правильного мужика не засекли, то в лучшем случаи, он бы подал какой-то сигнал страже города, чтобы они знали о нашем приближении. Во вторых, пока я не пригрозил ему, что пожалуюсь на него старшему караула, он вообще не сильно стремился с нами вступить в контакт, да и то сказал кому обратится, и при этом все равно придется давать взятку, в которой я уверен на сто процентов есть и его доля. Так что я еще раз повторю свой вопрос. С чего ты взял, что этот стражник правильный мужик?

Зося смущенно потупился, от выдумывания ответа его спасло то, что мы приблизились к городским воротам.

Небольшой высоты крепостная стена окружала город, под стать стене стояли ворота, неказистые из дерева, обиты железными полосами, не для того, чтобы выдерживать удары тарана, а для того, чтобы бревна не распались от старости. Как я предполагал нам открыли вечно заспанные стражники, после того как я потребовал увидится с Петром и сказал ему что мы от его брата, да еще при этом всунул ему в руку пару монет. К нам с Зоськой потеряли всякий интерес и молча пропустили в город. Тут уж я полностью доверился своему спутнику, который уверенно миновал пару улиц, освещенных фонарями. Хоть на это городской совет не пожалел денег и раскошелился на магический огонь для освещения ночью улиц города. Зосим подъехал к двухэтажному зданию с вывеской, на которой был изображен огромный окорок и кувшин вина. Спешился, подхватил лошадь под узды, уверенно прошел за ограду, опоясавшую здание. Как только я прошел, вслед за Зосимом и миновал ворота ко мне со стороны конюшни, бросился паренек лет двенадцати, чумазый, с гривой черных нечесаных волос на голове, в старых, но неожиданно для этих мест, аккуратно заштопанных штанах, великоватой серой рубахе и конечно босиком. Подбежав ко мне, паренек подхватил у меня и Зоськи лошадей, сверкнул белозубой улыбкой, спросил, глядя прямо в глаза:

– Дядь, а що с конягами делать надо? Просто накормить иль полный пансион? А може еще как? Тут столько вариантов есть, можно по всякому подойти.
– Пацан смотрел смело, хитрющими глазами. Прекрасно понимая, что его намеки легко понятны и я их правильно пойму.

Я потрепал пацана по волосам, чуток ухватил за загривок:

– Не с конягами, а лошадьми, понял, малец? А то вырастишь, станешь большим и сильным, а как благородных животных правильно называть, знать не будешь. И получиться еще одним дураком мир пополнится. А оно нужно? Так что запоминай - лошади. Запомнил?

Пацаненок кивнул головой.

– Ну раз понял, то уведешь на конюшню, покормишь, попоишь. И смотри чтоб корм хороший был.
– Я подбросил в воздух мелкую монетку. Паренек ловко поймал её, сунул за щеку и поглаживая коней, повел их в сторону конюшни.

– Эй, малец.
– окликнул я паренька и когда он повернулся, продолжил:

– Если хорошо присмотришь за лошадьми, вот это, - я подбросил воздух серебряную монету, поймал, посмотрел в широко открытые глаза пацаненка: - будет твоей платой. Усек?

Пацаненок так энергично закивал головой, что я аж испугался, что оная отвалится от усердия, но ничего, обошлось. Когда он увел лошадей, мы с Зосей прошли дальше в само здание. По запахам, среди которых главенствующее место занимал запах жаренного мяса на углях, которые меня атаковали как только я очутился внутри постоялого двора, я четко осознал две вещи. Первая, с Зосей мне обалденно повезло, ну во всех смыслах -классный парень. Везде правильно ориентируется, да и пока все правильные места знает. И вторая я был очень голоден.

Хлопнув своего нежданного ученика по плечу и чуток подвинув в сторону, теперь я уже уверенно прошел в середину зала, остановился, огляделся. Зал был полон и в основном тут сидели крестьяне и только маленькая толика мелких торговцев, и лавочников разбавляла основной контингент. Мой компаньон не долго думая, пока я осматривался, прошел прямиком к стойке, облокотился на неё и обратился к трактирщику:

– Привет тебе, Серго, от Трофима Тимофеевича.

Огромного роста мужик, заросший бородой по самое не хочу, благосклонно кивнул, снял с плеча тряпку по видимому заменяющую ему полотенце. Неспешно протер пару кружек, поставил их на стойку, налил до краев пенным пивом, пододвинул их к Зосиму, спросил:

– Как Трофим Тимофеевич поживает? Как жена с дочками? Как со здоровьем у Трофим Тимофеевича? Не хворает часом?

– Хорошо все Серго. Слава светлым богам не болеет. Старшая дочка скоро замуж пойдет, уже из соседней деревни приезжали, сватались. Трофим Тимофеевич добро дал, жених ему понравился. Да и к дочке тот сильные чувства испытывает. Так что по осени на свадьбу поедешь. Я как раз и приглашение тебе устное передаю. Чтобы ты значит того - этого подготовился.

– Эт хорошо, едрить через правую ноздрю. Это правильно. Дочка у Трофима Тимофеевича знатная, кровь с молоком, давно уже было пора пристроить. Это ж сколько ей годков?

– Да вот недавно шестнадцать исполнилось.

– Пора, пора. Ну да ладно, ты со своим гостем наверно и есть и спать будете? Не просто же зашли приглашение на свадьбу передать? Да со мной лясы поточить. Да и твой товарищ, по моему, не тот, кто любит много говорить по пустому.

– Да, Серго. Ты полностью и во всем прав, едрить его налево, как ни крути. На самом деле зашли не только о жизни погутарить, а еще хотим у тебя остаться, да и пожрать, честно слово хочется, аж сил нет, кишки прямо заворачиваются.

Серго довольно захохотал, при этом хлопнул Зоси по плечу, причем сделал это с такой силой, что бедный Зосим чуток даже присел. Отсмеявшись, хозяин постоялого двора спросил:

– И насколько останетесь?

– Думаю самое большее на сутки и завтра уедем. Ближе к вечеру, хотя можем и раньше, как здесь дела уладим.
– Зосим посмотрел на меня. Я же согласно кивнул, полностью соглашаясь с его словами. Однозначно нам в этом городе больше суток задерживаться не стоило. Чревато, причем очень серьезными последствиями, вплоть до фатального исхода, побитый мною Паладин не выходил из головы, парень он по определению горячий, очухается решит еще вдогонку броситься. А вдруг в этом славном городе еще пара его товарищей обитает и будут меня на троих расписывать, а мне такой исход ну ни как не нравился.

Серго погладил бороду, а потом взревел раненым медведем, разом перекрывая весь шум в зале:

– Катька, коза дранная, иди сюда!

На его громогласный крик из подсобки выскочила... Нет не так конечно никто ни куда не выскакивал, просто выплыла такая девушка, при виде которой рот мой наполнился слюной в таких количествах, что, даже сглотнув, я чуть не подавился. Девушка была небольшого роста, её макушка едва доставала мне до плеча, крутые бедра и высокую большую груди обтягивал сарафан ярко красного цвета с ставками белого, глаза черного цвета неотрывно смотрели на хозяина постоялого двора.