Кор-а-кор

Я пожал плечами, крыть особенно было нечем, но чтобы все-таки сохранить лицо, спросил:

– Ну а доесть мне можно?

Капитан улыбнулся:

– Нет, конечно, члены городского совета не привыкли ждать. Идемте.

И показывая, что разговор окончен, повернулся к нам спиной и вышел из комнаты. Я посмотрел на Зосима, в его глаза читался испуг пополам с обожанием и преклонением. Я надеялся, что ко мне.

– Ну что ж, Зося, пойдем, если приглашают.

Парень встал с кровати, подхватил мешок с вещами и молча, пошел к выходу. Я же, взяв свое оружие со стола, посмотрел на окно, за ним во внутреннем дворике постоялого двора оставалась та, которая подарила мне незабываемую ночь. Я тяжело вздохнул, закинул перевязь с мечом на плечи и пошел вслед за ним. Так мы и спустились, сначала я с Зосей, потом стражники. Пройдя мимо хмурого Серго, кивнув ему по ходу и уловив в ответ взгляд полный неподдельной злобы, я вышел во двор. Про себя послав хозяина постоялого двора куда подальше, решив, что хочешь, чтоб плод был не сорван, то и сторожить надо надежней. Вот. И вообще с чего я взял, что это он на меня из-за Кати сердится. Может просто мужик с утра такой всегда недовольный. И я спокойно откинул мысли о злобе Серго и уверенно пошел к конюшне. Стражники, идущие за нами попытались было нас задержать, но были остановлены капитаном, который уже сидел на лошади в окружении представителей конной городской стражи. Он остановил бойцов окриком:

– Не трогаете их. Пусть возьмут своих лошадей.

Блин, мужик то нормальный оказывается, пока что. Нам навстречу из конюшни, вчерашний дерзкий пацаненок вывел лошадей, совершенно не обращая внимания на вооруженных мужиков заполнивших двор, он подойдя ко мне, требовательно произнес.

– Дядь, гони монету. Всю ночь рядом с вашими коняками провел, даже к себе не ходил. Так что лошадки накормлены и напоены. Я их еще протер полностью. Во как шкура блестит. Так что монету давай! А, дядь.

Я потрепал пацана по голове, достал из кошелька золотую монету и, незаметно, чтобы никто не видел, какую именно монетку я сунул пацану, вложил её ему в руку. Пацан чуть раскрыл ладошку и застыл с раскрытым ртом.

– Рот закрой и беги спрячь, чтоб никто не видел.

Пацан ошалело посмотрел мне в глаза, шумно сглотнул и понесся мимо стражников на задний двор. Я же подошел к коню, вскочил в седло, знаком показал Зосе сделать то же самое, после чего подъехав к капитану, сказал:

– Поехали.

Тот молча в ответ кивнул, развернул свою лошадь, взмахом руки призывая всех присутствующих стражников следовать за ним. Как только мы выехали со двора, я пристроился рядом с капитаном бок о бок, и, поймав себя на мысли что уж сильно все повторяется. Только если меня в первый раз меня просто и по-хамски оглушили, особенно не интересуясь моими желаниями, то во второй раз меня хотя бы для начала просто вежливо попросили следовать за собой. Меня это настолько покорило, что я даже решил завести непринужденный разговор с капитаном:

– Капитан, а все-таки, что хотят члены городского совета от меня и моего друга? А видите ли я просто сгораю от нетерпения.

Виктор Петрович посмотрел на меня внимательным взглядом, дернул себя правой рукой за ус, из чего я сделал вывод, что у него такая странная привычка, но с другой стороны, если бы у меня были такие длинный волосы под носом, то какая у меня была бы привычка. Вот в чем вопрос? Капитан же, подергав себя за усы, все-таки решил, что стоит ответить:

– Наемник, я же тебе сказал, все объяснения после того как ты предстанешь перед городским советом.
– и видя, что я совершенно ни как не среагировал на его слова, тяжело вздохнул и продолжил: - Ладно, поясню. Так как вижу, что ты, наемник, не успокоишься. Почему то у наших членов совета появилось стойкое убеждение, что только ты сможешь решить проблему нашего города.

Капитан замолчал, видимо посчитав, что он мне все объяснил. Но по его задумчивому виду я понял, что в принципе можно, даже нужно задать такой вопросик:

– Капитан, а кто ж нашептал городскому совету, что я такой из себя крутой и везучий?

Виктор Петрович посмотрел на меня довольным взглядом:

– Вот теперь ты задал правильный вопрос, наемник. И на него я отвечу с удовольствием. Пара гномов вчера поздно вечером разбудили уважаемого председателя совета и, воспользовавшись своим правом, разговаривали с ним минут тридцать. После чего с еще двумя гномами покинули пределы города.

Я поднял руку, привлекая внимание капитана:

– Подождите, Виктор Петрович, так город же закрыт на ночь. Как гномы могли покинуть его?

– Я же сказал тебе, наемник, они воспользовались своим правом.

– Каким это правом?

Капитан недовольно дернул себя за ус:

– Слушай, если ты не знаешь таких простых вещей, как получение подгорным племенем прав особых граждан после того как они в последней войне с соседней гранью встали на нашу сторону, то это твои проблемы.

Я замахал руками.

– Капитан, извините меня невежду, ну не знал я подробности последней войны, был от вашей грани ну очень далеко. Хотя о особенном статусе подгорного племени очень хорошо осведомлен, но чтобы такое... Слышу впервые.

Капитан взглянул на меня строго, хмыкнул, но все таки продолжил:

– Так вот после того, как гномы покинули город, уважаемый председатель совета поднял по тревоге городскую стражу, после чего вызвал меня к себя. Заметь, наемник, меня забрали из дома от мирно спящей молодой жены и наложницы. Протащили через пол города к дому уважаемого председателя совета. Потом отдали приказ достать тебя хоть из под земли. Я же собрал своих бойцов, как угорелый пролетел снова пол города, аккуратненько вломился на постоялый двор. И что я там застал? Твой приятель, - капитан рукой махнул на плетущегося в хвосте колонны понурого Зосю.
– мирно дрыхнет, а ты на заднем дворе кувыркаешься с племянницей хозяина двора.

Вот тут меня слегка бросило в пот. Я немного ошарашенно посмотрел на капитана. Тот, видя мою реакцию на его последние слова, лишь тихо засмеялся. Отсмеявшись, посмотрел по сторонам, сопровождающие капитана и меня наездники старательно делали вид, что вообще никакого отношения не имеют к нашему разговору, по принципу, меньше знаю, крепче сплю. Капитан же убедившись, что нас никто не слушает, сказал:

– Парень, ты что вообще забыл кого в свободных городах назначают на капитанскую должность?