Корабль времени

Мама поколебалась, прежде чем ответить. Она пока ещё не поняла, придумывает ли Мюррей одну из своих историй или говорит серьёзно.

– Это приключение важно для тебя?

– Ещё как! – признался Мюррей.

Может, её сын и правда пытается сказать ей что-то важное?

– И как долго продлится это приключение?

– Одно воскресенье, – ответил Мюррей.

– Значит, воскресенье с приключением?

– Да, этого хватит, чтобы узнать, говорит ли этот мальчик правду или всё это выдумки.

– Какой мальчик?

– Мальчик, который отправился в это путешествие до нас. Его зовут Лэрри.

– Один из твоих друзей?

– Нет. Он из Исландии.

– Это далеко отсюда.

– Да, верно. Поэтому нам хотелось бы вернуть его домой.

– Лэрри – хорошее имя, – пробормотала мама. – И вернуть его домой кажется мне хорошим делом.

– Вот и я об этом, – подтвердил Мюррей и сделал глоток.

– Да, – решила мама. – Это хорошая идея. Но ты ведь не собираешься путешествовать до самой Исландии, правда? – спросила она, поднимаясь из-за стола.

– Что ты! Конечно нет.

Мама улыбнулась:

– И в воскресенье, перед тем как уйти, ты попрощаешься со мной, верно?

– Да, обязательно. Только… – Мюррей помедлил. – Я хотел бы выйти пораньше.

– Конечно, – ответила мама. – Чем раньше отправишься в путь, тем раньше вернёшься. Что ж, когда ты вечером вернёшься домой, живой и здоровый, с твоими друзьями и Лэрри, ты расскажешь мне об этом приключении?

Мюррей улыбнулся:

– Обещаю!

Мама вздохнула. Когда на лице её сына появлялось это задумчивое выражение, отказать ему было невозможно! Тот же лукаво-романтичный взгляд, что и у его отца…

Она открыла было рот, чтобы дать ему парочку советов, но потом решила промолчать. Ей хотелось вырастить смелого парня. Он должен самостоятельно принимать решения.

– Я очень рада этому твоему приключению, Мюррей… – заключила она, стараясь не показать беспокойства. – И ещё больше рада, что ты рассказал мне о нём. Можешь отправляться в путь… но с одним условием. Даже нет, с двумя.

Мюррей недовольно вздохнул.

– Первое – ты должен хорошо себя вести. Нет ничего хуже героя, которому не знакомы хорошие манеры.

– И второе?

– Второе – это то, что ты немедленно идёшь спать!

Согласившись с обоими пунктами, Мюррей задержался, чтобы убрать в кухне. В голове роилось множество мыслей.

Ополоснув чашки в раковине, он отправился наверх. Сквозь окошко над входной дверью струился слабый лунный свет.

Мюррей прошёл мимо родительской спальни и увидел, что мама уже заснула. По спине вдруг пробежали мурашки.

Медленно, стараясь не наступать на скрипучие ступеньки, он стал подниматься в мансарду.

Дверь мансарды была приоткрыта, словно ожидая его.

Всё было так, как всегда, – старая мебель, поблёкшие шторы, потёртый ковёр, пьянящий аромат лепестков в вазе… Письменный стол… Но вот странно – он не ощущал чувства неловкости, которое сопровождало его каждый раз, когда он входил в эту комнату. Наоборот, мансарда словно приглашала его войти и воспользоваться бумагой и ручкой, лежащими на столе.

Повинуясь этому зову, он подошёл к письменному столу, присел и начал писать: «Дорогая мама, не беспокойся за меня…»»

Может быть, он хотел написать прощальное письмо, может, что-то другое, но после нескольких слов старая чернильная ручка поставила жирную кляксу.

Мюррей полез в ящик, чтобы найти другой листок, и совершенно случайно попал пальцами в какую-то щель, которую не замечал раньше.

Ощупывая щель, он нажал на что-то. Клик – раздался щелчок старого механизма.

Мюррей распахнул глаза. Неужели это и есть потайной ящик, о котором говорил старьёвщик Фэнни?

– Значит, он и в самом деле существует… – пробормотал Мюррей. – Папа, ты ведь верил в это…

Вспомнив отца, он почувствовал, как к коже прилила кровь.

Внутри потайного ящика находился блестящий предмет. Мюррей вынул его и повертел в руках, будто во сне.

Это был золотистый компас, размером не больше наконечника дверной ручки.

«Я здесь. Я жду тебя, – говорило, казалось, остриё иглы. – Иди за мной. Я укажу тебе путь».

Глава 22 Суббота

…перед отъездом важно попрощаться, но иногда прощание оставляет горький привкус…

– Привет, сынок! – поприветствовал его человек в тюремной одежде, присаживаясь по другую сторону стола. Худой и невысокий, коротко остриженный, с тёмными кругами под глазами, он казался постаревшим и уставшим. – Вот это я понимаю, сюрприз! Ты один? Мамы нет?

– Привет, папа, – поздоровался Мюррей. Его руки лежали на виду, как было приказано. – Нет, я пришёл один.

Пэдди спросил у полицейского, нельзя ли им остаться наедине.

– Пять минут, – согласился тот.

Как только полицейский вышел, Пэдди схватил сына и прижал его к себе, целуя в обе щёки. Потом взял его за руки и сказал:

– Не надо было приходить сюда одному, ты это знаешь? А школа? Какой сегодня день? Разве ты не должен быть в школе? Или уже начались каникулы?

– Я… я хотел тебя видеть, – проговорил Мюррей, стараясь сдержать слёзы.

– Ладно, правильно сделал, что пришёл, – сказал отец. Он с трудом сглотнул, словно горло его сжал спазм. – Ну, как дела? Что расскажешь? Давно мы с тобой не виделись. Я боялся… – он снова сглотнул, – что ты больше не придёшь.

– Я так злился, – ответил Мюррей, отводя глаза. – Но это уже прошло.

– Злился на меня?

– Нет. Злился на себя самого.

– Да, это нелегко – перестать злиться на самого себя, – согласился отец.

– Я нашёл потайной ящик… – пробормотал Мюррей.

– Что? – не сразу понял отец.

– Помнишь, потайной ящик в нашем письменном столе? О нём ещё говорил господин Фэнни?

– Да, конечно! – кивнул Пэдди, пронзённый этим неожиданным воспоминанием о прошлой жизни. – Потайной ящик, ты всё же нашёл его! И что… что там было?

– Компас.

– Компас? Кто это, интересно знать, спрятал там компас? Какой-то путешественник?