Король-странник

Девушке ничего не оставалось, как присесть под ивами на траву. Она обхватила коленки, потому как они мелко дрожали, и виновато посмотрела на рыцаря.

Фредерик же методично расстегнул свои пояса, снял сапоги и куртку, разложил все это на солнце, отцепил с предплечья арбалет. Потом распустил завязки на своей льняной рубахе, снял ее и хорошенько выжал. Размотал повязку на руке.

Роксана смотрела во все глаза. Она никогда не видела мужчину без одежды. Никогда… Поэтому вид спины Фредерика, его плеч и груди, где под загорелой кожей при каждом движении играли мышцы, произвел на девушку самое огромное впечатление. А когда он выкручивал рубашку и мускулы на его предплечьях и плечах натянулись тугими жгутами, Роксана совсем округлила глаза.

Потом Фредерик сделал еще хуже: он начал развязывать шнурки своих кожаных штанов. Девушка, густо краснея, отвернулась и услыхала его ворчание:

–  Только от дождя просох - и нате вам, пожалуйста, искупнитесь-ка в озере…

–  Простите, - довольно жалким голосом отозвалась Роксана, уткнувшись лицом в колени: очень уж сильным был соблазн взглянуть на него именно сейчас.

Он же с громким шлепком встряхнул штаны и повесил их на ивовый сук, туда же пристроил рубашку. Девушка подняла глаза… Слава богу - он обернул бедра полотенцем.

–  Чего уж тут прощения просить.
– Фредерик сел рядом, хмыкнул.
– От этого одежда быстрей не высохнет… Я так и не поспал, - с укоризной сообщил он.
– Так что, если позволите, вздремну чуток.

Роксана кивнула, все еще смущаясь. Фредерик вздохнул и кивнул на плащ, в который куталась девушка:

–  Оденьтесь и отдайте мне его. Спать голышом на траве малоприятно.

Она, спохватившись, сгребла в охапку свою одежду и скрылась за ракитником, откуда через секунду бросила рыцарю плащ.

–  Ну дите, - пробормотал Фредерик, завернулся в него и устроился поудобнее на траве.

К тому времени, как из ракитника вышла Роксана, он уже крепко спал.

–  А я пить хочу, - сказала уже в пустоту девушка.
– И есть…

Взгляд ее упал на седельные сумки, которые Фредерик снял с Мышки. Насколько она помнила, именно оттуда появлялись еда и питье. 'Что ж, поищем', - решила девушка, присаживаясь рядом с сумками.

Нашлись половина хлебного каравая, кольцо копченой колбасы и пучок зеленого лука, а вот фляжка была пуста. 'Озеро рядом, балда', - сказала сама себе Роксана. Вооружившись едой, она села под иву и по очереди стала кусать: от хлеба, от колбасы, от лука, и снова по кругу. Живот приятно наполнился, и Роксана взглянула на мир веселей. Было тепло, светило солнце, и про дождь напоминал лишь мокрый песок крошечного приозерного пляжа.

Взгляд ее упал на белевший в траве хитрый механизм, который, она помнила, легко превращался в арбалет. 'Какая штуковина', - восхищенно думала девушка, взяв в руки это оружие. Ее тонкие чуткие пальцы быстро нашли нужную пружинку, и арбалет со щелчком раскрылся. Он был искусно сработан, из белого легкого, но прочного металла, украшен изящной гравировкой, изображавшей тонкотелого дракона, свернувшегося причудливыми кольцами. Роксана вспомнила про меч Фредерика: там тоже вроде был дракон.

–  Дракон, дракон, - бормотала она, рассматривая клинок рыцаря.
– Тут целых два дракона, и они переплелись.

Она что-то слышала о драконах юга? Отец рассказывал… Роксане было тогда лет восемь, и она болела. Лежала в своей комнате с горлом, обмотанным пуховым шарфом, и уныло смотрела в стрельчатое окно, за которым моросил осенний дождь. Было сумрачно и скучно. Даже плакать хотелось. Няня ушла готовить травяной лечебный чай. А мамы у девочки давно не было.

Но вот пришел отец, сгреб ее сильными большими руками вместе с одеялом в объятия и устроился в кресле у окна. Как же тогда было уютно и приятно…

–  Что сделать, чтоб ты поправилась, золотко?
– вздохнул могучий бородатый барон.

–  Сказку расскажи, - мурлыкнула девочка, сворачиваясь клубком на его груди.

–  Про мельничиху-ведьму или двухголового коня?

–  Нет, что-нибудь новое.

–  Новое? Хм.
– Отец задумался, озабоченно шевеля усами.
– А вот далеко на юге жили давным-давно драконы. Это такие вроде ящериц, но большие, как сосны в бору, и крылатые. И еще - они умели огонь выпускать изо рта. И чешуя у них необычная: каждая чешуйка - камень драгоценный, переливчатый, а самый большой и красивый алмаз - в голове, в междуглазье. Поэтому драконы мудры были и никого зазря не убивали. Хорошие люди за советом да споры разные разрешать к ним ходили. Но были такие, которым очень уж хотелось до драгоценных камней драконьих добраться. Ведь убей одного дракона - сразу богатым станешь, как чешую с него снимешь. Так начали на них охотиться. Особенно же хотелось людям алмазы из междуглазья получить. Могли-де эти камни самые сокровенные желания исполнять. Много драконов убили, много охотников стали богатыми людьми, но алмаза из междуглазья никто ни разу не нашел. Как разрубали дракону голову, так в том месте, где камень вроде должен был быть, черная дыра оказывалась… И случилось так, что осталось всего два дракона на юге: он и она. Решили они отказаться от своих волшебных личин, чтобы не угас совсем их род. Ведь каждый знает, что могут драконы обращаться в людей и жить среди них, хоть и недолго. Если же затянется это время, забудет дракон, как он выглядел на самом деле и навсегда человеком сделается. Вот так и они, последний дракон и драконица, остались людьми и стали жить, как люди. И пошел, говорят, от них род южных Королей, потому что дети их были благородны, сильны и справедливы…

–  А камень в междуглазье?
– сонно спросила тогда Роксана.

–  Ну это уж совсем выдумки, - улыбнулся барон в свою светлую бороду.
– А вот подрастешь, да понадобится мне ехать в южный край, возьму тебя с собой; поглядишь, что у тамошних Королей и в самом деле драконы на гербах…

'Драконы на гербах', - пробормотала девушка, рассматривая оружие Фредерика.

Ее отвлек от таких мыслей странный звук: кто-то хлопал крыльями над головой. Роксана подняла голову: над Мышкой, что объедал ветки ивы, кружился крупный пестрый голубь. Птица плавно опустилась на спину коня и принялась спокойно чистить перья. Девушка увидала небольшой деревянный цилиндр, болтавшийся у нее на лапках. 'Почтовый', - догадалась она и подошла ближе, протянула руку к цилиндру. Голубь вдруг хлопнул крыльями и взмыл повыше - на дерево.

–  Гули-гули.
– Роксана поманила его крошками.

Но голубь был неподкупен. Он демонстративно смотрел в другую сторону и намеревался, судя по всему, ожидать пробуждения Фредерика.

–  Драконы, голуби, - забормотала Роксана, пожимая плечами.
– Да, вот уж приключение.

Роксана услыхала ворчание за спиной. Это Фредерик чем-то был недоволен во сне. Он перевернулся с боку на бок, хмуря брови.

Девушка подошла, села рядом. Теперь его можно было прямо так и рассматривать. 'Красивый. Только мрачный очень. И волосы, хотя молодой… Интересно, почему?.. А это что? Шрам. Ого'. Роксана осторожно протянула руку, чтоб дотронуться до небольшого рубца под левой ключицей Фредерика, но не успела: рыцарь вдруг с глухим рычанием подхватился и так сжал, перехватив, ее пальцы, что девушка вскрикнула от боли. Глаза его сузились, отливая сталью, губы поджались - хищник, безжалостный…

–  Б-больно, - пискнула Роксана.

Он моргнул пару раз, словно приходя в себя, отпустил ее, выдохнул воздух, сказал глухо:

–  Больше так не делайте - я и убить могу.

–  Я заметила, - кисло ответила девушка.
– Вы мне чуть руку не сломали!

–  А вы мне спать не даете!

–  А к вам почта прилетела!

–  А вы… Что?
– Он вскочил так быстро, что потерял полотенце, и Роксана поспешно закрыла глаза.

–  Так, - через какое-то мгновение услыхала она его ставший резким голос.
– Вы пытались прочитать?

'Догадался? Как?'

–  Очень просто, - ответил Фредерик на ее мысли.
– Голубь обычно ждет меня, сидя на спине у Мышки, а теперь вон куда залетел. Ведь неспроста. Я прав?

Девушка взглянула на него с вызовом. Он тем временем сердито затягивал шнурки штанов, которые поспешил надеть, хоть они и не высохли.

–  А что если и правы? Я хочу знать как можно больше о вас. Может, вы шпион и прибыли с тайным заданием в наш край. Может, у вас в голове такое, по сравнению с которым Роман просто детски пошутил со мной…