Королевский отбор, или Попаданка под прикрытием

– Ты родишь мне прекрасного дракона, Тереза, - раздается возле рядом и ухо обжигает горячее дыхание Кайруса. Рука мужчина по-собственнически ложится на оголенную грудь, сжимает ее, а затем скользит вниз… Мурашки бегут по коже и я блаженно закрываю глаза.

Я не одинока. Я любима.

Год проносится на быстрой перемотке.

Пыль легко слетает с каминной полки от моих уверенных движений ручной метелкой. Но я не замечаю танца соринок, я сосредоточена на толчках внутри живота. Таких легких, как будто от крыльев бабочки. Я так жду вечера, чтобы сообщить об этом Кайрусу.

Как же он будет рад.

Теперь он будет любить не только меня. Он будет любить нас.

– Тереза?

Любимый голос заставляет обернуться. Нога предательски цепляется за ведро с водой, и я спотыкаюсь. Лечу прямо на пол и чуть ли не теряю сознания от боли, когда тупой край метелки упирается в живот.

Боль невыносима.

Воспоминание размазывается кровавой пеленой, смешенной со слезами и горечью, которую невозможно передать словами.

После целого года безрезультатных попыток Кайрус становится отстраненным. Он как будто потерял интерес. Мое тело больше не привлекает его, ведь в нем больше не может зародиться жизнь. Мой любимый дракон увлечен работой и делами. Все чаще он находится за пределами поместья, и все реже я слышу его голос. Единственное, что осталось неизменно - это уроки ментальной магии.

И я делаю все, чтобы добиться успеха. Чтобы заслужить хоть каплю внимания со стороны Кайруса.

Я так хочу быть нужной.

Картинки мелькают все быстрее.

– Он мой сын, Тереза!

От правды перехватывает дыхание.

– Как?

– Ты же не думала, что одна у меня? Да и где ты, и где Марион.

Я так злюсь. Я так обижена. Но не могу показать это Кайрусу.

Я все еще люблю его. Но я опять одинока.

И вновь череда воспоминаний. Мазки художника, похожие один на другой при близком рассмотрении. А издалека - страшная правда реальности.

– Мой сын должен взойти на престол.

Слова Кайруса в его кабинете звучат подобно молоту о наковальню. И эти слова забивают в мое сердце гвозди.

– Что это?
– указываю на огромный камень, лежащий на столешнице. Предчувствие подсказывает, что Кайрус принес эту вещь в дом не просто так.

– Усилитель, моя дорогая Тереза.

– И для чего он нужен?

– Для того чтобы восторжествовала справедливость. И ты мне поможешь. Ты же хочешь, чтобы мой сын стал правителем Алтарии.

Киваю, а шею словно стискивают невидимые обручи.

– Я помогу тебе, любимый, - через силу выдавливаю слова, отмечая, как губы мужчины растягиваются в довольной улыбке.

Он еще не знает, что его ждет.

Зато я теперь вновь не одинока. Во мне горит жажда мести.

Чувствую, как в груди разливается тепло. А затем все тело сковывает болью. И я кричу…

– Ох, Лика! Хвала Многоликому… Ты очнулась.«Алхимия между нами»Ардана ШатзСамый красивый, самый талантливый и богатый парень на моем факультете, Нейтан никогда не был объектом моих фантазий. Но теперь я каждый день думаю о нем и мечтаю… отомстить! Ведь он подсунул мне приворотное зелье, чтобы украсть мой первый поцелуй! И пускай он – лучший алхимик выпускного курса, но и у меня есть свои секреты.Ты еще пожалеешь, что связался со мной! Что значит, нас связала истинность? Верни все как было!

Глава 106

Дамион

Анжелика резко распахнула глаза и села в постели, крепко вцепившись пальцами в одеяло. Ее бледное лицо выражало крайнюю степень удивления и непонимания.

– Тише, - попытался я ее успокоить.
– Лика, все хорошо. Я рядом.

Девушка перевела на меня свой затуманенный взгляд и как будто попыталась сконцентрироваться на моем облике. Я даже заволновался, что память ее подведет, и она меня и вовсе не вспомнит. Хотя лекари уверяли меня, что состоянию жены ничего не угрожает, в это было сложно поверить.

Ведь прошла целая неделя с того кошмарного дня, когда арка нас обручила.

Я протянул ей стакан с чистой прохладной водой, и Лика, благодарно кивнув, отпила из него пару больших глотков.

Внутри меня все бурлило и взрывалось. Мне до рези в пальцах хотелось прижать девушку к себе, сжать с силой, втянуть дурманящий аромат волос и кричать от радости. Она очнулась. Я не потерял ее...

Но не мог. Не сейчас.

Затем Лика поставила стеклянную емкость на прикроватную тумбочку и, поднеся руку к груди, спросила:

– Что произошло?
– согнув пальчики, девушка чуть царапнула кожу в том месте, где все драконы ощущают свою ипостась.
– Дамион, расскажи...

Воспоминания о том дне давались мне тяжело. Не потому, что я смутно их помнил. Как раз наоборот. Все слишком явно и отчетливо врезалось мне в разум. И прогонять мысли одну за одной было сущей пыткой. Однако всю неделю, что Анжелика пробыла в забытье, я только и делал, что думал, думал и думал… Вспоминал, крутил мысли, представлял, что можно было сделать иначе.

Мне понадобилось время, чтобы попытаться структурировать тот день по частям, не забыв рассказать о важных деталях. Потянувшись к затылку, я уже привычно пробежался по брачной метке на задней части шеи, возвращая себе уверенность.

– Ты потеряла сознание, - начал я с самого очевидного.
– Я еле успел тебя подхватить, чтобы ты не ударилась о землю.

Лика не сводила с меня своих пронзительных глаз, вникая в каждое сказанное мною слово.

– Дайвы поженили нас и... По какой-то причине в тебя влилась неимоверная ментальная сила. А вместе с ней и...

– Дракон, - закончила за меня девушка и кивнула. Удивленной, надо сказать, она не была.
– Я... Я чувствую его... Ее... Это так...

– Как?

– Правильно, что ли.

Не удержавшись, я хмыкнул. Просто потому, что не мог представить себя без своей второй части. Что же говорит о чувствах той, что наконец обрела свою недостающую половину.

– И немного непривычно, - Лика прикусила нижнюю губу, а я вдруг потерял нить повествования. За эти дни я сотни раз думал, что потерял ее, и сотни раз ругал себя за эти дикие мысли. И вот теперь просто смотреть на Анжелику было так невыносимо приятно, что мне хотелось забыть про разговоры и, запрыгнув в постель, подтвердить наш брачный союз по всем законам и правилам.

Но Лике необходимо было восстановить свои силы, прежде чем я рискнул бы начать доказывать ей свою любовь.

– Скоро это пройдет, - улыбнувшись, я взял ладонь Лики в свою и погладил большим пальцем.

– Что же было потом? Если я тут, то, значит, Терезу схватили? А Кайруса? И Карл... Ты с ним разобрался?

Прелестный рот извергал вопрос за вопросом, а я любовался. Неделя была сложной во всех ее возможных проявлениях. И этот миг наедине с любимой грел сердце, заставляя забыть про усталость.