Красный мотор

— Овальность до пяти сотых, — он протянул мне измерительный протокол. — В третьем цилиндре вообще раковина обнаружилась. Это не производство, а кустарщина какая-то!

Варвара, успевшая изучить разобранный двигатель, подняла голову:

— И компрессия плавает по цилиндрам. В первом восемь атмосфер, в четвертом едва шесть набирается.

— Так, — я достал свой блокнот. — Значит, основные проблемы: качество литья, термообработка деталей, точность механической обработки. Что еще?

— Сборка хромает, — добавил Руднев. — Монтажники не привыкли к таким допускам. Им бы хоть неделю потренироваться. И еще. В литейном надо посмотреть. Оттуда уши торчат.

— Нет у нас недели, — покачал головой я. — План горит.

Повисла тяжелая пауза. За окном уже темнело, отбрасывая длинные тени на разложенные детали.

— У меня есть идея, — вдруг сказала Варвара. — А что если временно использовать коленвалы от фордовских моторов? Они хоть и слабее по характеристикам, но надежные. А блоки цилиндров можно доработать вручную, я знаю способ.

— Исключено, — отрезал Руднев. — Это не решение проблемы, а латание дыр.

— Зато выиграем время на отладку технологии, — возразила она.

Я посмотрел на разобранный двигатель. Каждая деталь требовала доводки, каждый узел нуждался в улучшении.

— Так, решение принимаем следующее, — я выпрямился. — Звонарев, с завтрашнего дня организуйте обучение сборщиков. Руднев, подготовьте новые требования к механической обработке. И свяжитесь с металлургами, нужно срочно решать вопрос с материалами.

— А испытания? — спросила Варвара.

— А вы, Варвара Никитична, готовьте следующий мотор. Будем учиться на ошибках. И завтра я загляну в литейный. Посмотрим, что там.

Когда все разошлись, я еще раз просмотрел записи. Проблем выявилось много, но теперь мы хотя бы точно знали, с чем имеем дело. А значит, можно надеяться найти их решение.

На следующий день я отправился в литейный цех.

Новый цех сверкал синей фордовской краской. Под стеклянной крышей, спроектированной Звонаревым, было светло даже в пасмурный день. Автоматические линии подачи шихты, установленные по последнему слову американской техники, работали размеренно и четко.

— И все равно что-то не так, — Руднев придирчиво разглядывал свежую отливку блока цилиндров. — Оборудование отличное, а качество пляшет от плавки к плавке.

Начальник литейного цеха Каргин, молодой инженер из Промакадемии, раскладывал на столе графики температурных режимов:

— Вот смотрите, Леонид Иванович. Первая партия шла идеально. А потом… Вроде точно по фордовской инструкции делаем, а результат все хуже.

— Может, с химическим составом проблемы? — предположила Варвара, изучая излом бракованной отливки.

— Все по спецификации «Форд Мотор Компани», — Каргин протянул мне лабораторный анализ. — Но вот структура металла… Американцы используют другую руду, у них состав исходных материалов стабильнее.

Я взглянул на шлиф под микроскопом. Действительно, вместо мелкого равномерного зерна — крупные кристаллы, неравномерные включения.

— А что с температурным режимом? — спросил я, уже догадываясь, в чем дело.

— Держим точно по технологической карте, — Каргин включил новый регистрирующий прибор, тоже фордовский. — Видите? График ровный, отклонений нет.

— Постойте-ка, — Варвара вдруг наклонилась к прибору. — А время выдержки? Вот здесь, перед разливкой?

— Стандартное, тридцать минут, как в детройтской спецификации, — ответил Каргин.

— В детройтской… — протянул Руднев. — А наш металл по составу другой. И температура плавления у него выше.

Я начал улыбаться:

— То есть, мы слепо копируем американский режим, не учитывая наши условия?

— Именно! — Варвара оживилась. — Дайте мне три плавки на эксперимент. Попробуем разные режимы выдержки и скорость охлаждения изменим.

— Рискованно, — покачал головой Каргин. — График поставок горит, а фордовские инспекторы…

— А фордовские инспекторы пусть смотрят на результат, — перебил я его. — Если качество будет лучше, чем у них, никто слова не скажет.

— Тем более, — добавил Руднев, — что мы уже внесли кое-какие улучшения в их оборудование. Помните историю с системой охлаждения форм?

Каргин кивнул. История действительно вышла интересная, когда монтировали линию, я настоял на изменении системы охлаждения, хотя американцы были категорически против. А через месяц они сами признали, что наш вариант эффективнее.

— Значит решено, — я посмотрел на часы. — Следующую смену полностью отдаем под эксперименты. Варвара, готовьте программу испытаний. Каргин, организуйте контроль. Руднев…

— А я прослежу, чтобы никто не мешал нашим экспериментам, — усмехнулся он. — И заодним проверю те идеи по модификации формовочных машин.

За окном горело тусклое осеннее солнце. Его отблески играли на синей краске фордовского оборудования. Хорошая техника, спору нет. Но если ее немного доработать с учетом наших условий, вообще цены не будет.

Остаток дня я провел с командой, разбираясь в проблемах. Все пытался понять, почему не сработал первый мотор, сделанный, казалось бы, по последнему слову техники. Когда очнулся, за окнами уже стояла густая темнота.

Глубокой ночью моторный цех казался особенно просторным. Гулкая тишина нарушалась только размеренным гудением испытательного стенда, где Варвара колдовала над доработанным двигателем. Остальные ушли, а девушка осталась.

— Давление масла стабильное, — бормотала она, записывая показания приборов. — Температура в норме…

Я стоял у окна, глядя на огни ночного завода. Доработанный мотор работал заметно лучше первого образца, но каждое решение одной проблемы вскрывало десяток новых.

— Леонид Иванович! — окликнула меня Варвара. — Гляньте-ка на анализ выхлопа.

Я подошел к стенду. Цифры в протоколе говорили о неполном сгорании топлива.

— Бензин, — вздохнул я. — Американцы используют высокооктановое топливо, а у нас…

— Да разве только в бензине дело? — она сердито постучала карандашом по приборной панели. — Вот, смотрите — резиновые патрубки дубеют на глазах. Сальники текут. А эти фордовские приборы? Половина показаний плавает.

Я молча разглядывал работающий двигатель. Перед глазами вставали картины того, что нужно создать: нефтеперерабатывающие заводы с установками каталитического крекинга, производство синтетического каучука, новые приборостроительные цеха…