Крест Сталина

– Ничего, очухается, еще руки целовать будет своим добродетелям!

Стуча прикладами, конвойные быстро добились тишины за многочисленным рядом закрытых дверей...

* * *

Спотыкаясь о вышарканные тюремные пороги, Рохлин в сопровождении солдат добрался до следственного кабинета. Бурые пятна на наполовину окрашенных стенах неприятно ударили в глаза и произвели на него гнетущее впечатление...

– Партия дает последний шанс...

Голос комиссара лился среди серых стен, смешивая реальное и потустороннее измерение. Но Рохлин уже ничего не слышал. Спасительная истома стопудовым камнем клонила ко сну. Желая избавиться от нее, полковник при каждом слове "партия" неестественно вскидывал голову, изображал внимание и глубокую преданность.

Почти в забытьи, подписал все, что подсунул ему закадычный дружок...

Через пару часов Павел Робертович Бергер аккуратно раскладывал бумажки по сереньким папкам, а Рохлин мертвецким сном спал на казенном диване...

ГЛАВА 12

Солнечный луч, высветив тонкую паутинку, незаметно переместился на центральную матку бревенчатого потолка...

Бледный паучок, качаясь и быстро перебирая согнутыми лапками, спускался с перевитого провода прямо Варьке на голову...

Белочкин вздрогнул. В сенях хлобыстнуло и вновь загремело...

– Сюда, сюда, что копошитесь там?!
– за зазывными возгласами в комнату ввалился лейтенант.

Рыжие вихры колыхнулись, выгоняя пар с раскрасневшего конопатого лица. Лейтенант доложил:

– По вашему приказанию наряд для задержания прибыл!

За спиной Витюхина, притягивая взор уполномоченного, с ноги на ногу переминался Балошин. Огромный синяк, отхвативший себе добрую половину его лица, зловеще отсвечивал фиолетовым цветом.

Ничего хорошего от увиденного солдат не ожидал, только и вырвалось из разбитого рта:

– Як нам сказали, вот мы мигом и туточки!?

При последних словах Варька, привязанная к стулу, заголосила в полный голос. За раздавшимся ревом почти никто не расслышал звон разбиваемого стекла.

"Бах!!!" Внезапная сила отбросила Белочкина прямо на замшелую бревенчатую стенку. "Бах! Бах!!!" - загремело с улицы.

От каждого попадания тупой пистолетной пульки тело капитана конвульсивно дергалось и покрывалось алыми расползающими пятнами. Пытаясь удержаться в этом призрачном мире, Белочкин импульсивно хватался то за спинку Варькиного стула, то за дужку никелированной кровати. Да так и рухнул, ударившись головой о подоконник.

Все замерли...

Откуда-то из-за спин, расталкивая солдат, прорвался Евсеев. Размахивая пистолетом, сержант развернул новоиспеченный наряд на задувающий морозом оконный проем. Испуганный Тюха успел разглядеть грозно посверкивающий штык.

– Стоять!!! Одна движения - бистро тот свет пойдешь!
– сквозь клубы пара донесся коверканный говор татарина.

– Молодец, Евсеев! Зачтется!
– Выпин медленно поднялся и стал тормошить лежащего Фикса.

Варькин рёв прекратился. Чувствуя скорое спасение, она захлопала длинными мохнатыми ресницами, и заканючила, глотая со слезами слова и окончания:

– Сволочь! ... Не виноватая я!... Ы-ы-ы!... Угрожал мне... Ы-ы-ы! ... Заставил... Ы-ы-ы!

Но на бабу никто не обращал никакого внимания...

* * *

Тонкие струйки крови из-под Белочкина образовали черно-багровую лужицу. Хлюпая по ней сапогами, майор кричал в телефонную трубку, пытаясь соединиться с Верхнешельском:

– Алло! Станция, ... станция?! ... Дежурный! Соедините меня с полковником Рохлиным! ... Алло, кто это? ... Фирсов?! Докладываю: бежавшие - Семенко, Ахметов и Пешков убиты при задержании!!! Трупы возвращены в лагерь... Выезжаю лично с докладом... Алло!!! Алло! ... Станция? Станция?!

Связь прервалась...

Паучок, наконец-то, закончил свой путь и, опустившись на растрепанные Варькины волосы, быстро засучил лапками, свивая себе новое гнездо...

...Перешагивая через чьи то ноги, Выпин опять потянулся к телефону. Незаметно подправив провод, ДПНЛ энергично забухал в трубку:

– Алло! Станция! ... Станция!?

Непогода давно уже улеглась. Не было ни ураганных порывов ветра, ни снежных наметов, давивших на провода, но линия молчала...

Через десять минут от надрывного призыва соединиться с кем-либо, в трубке послышался шипящий шорох:

– Клуб имени "Красного пролетария" слушает вас!

– Да что бы ты сдох, гребанный рот! Какие пролетарии в Верхнешельске?!

Выместив злобу на каком-то зачуханном вахтере, Выпин бросил окончательно заглохшую трубку...

ГЛАВА 13

А в это время в далекой Швейцарии, в одном из многочисленных уютных кафе Цюриха сидели два весьма представительных господина. Одинаково белоснежные сорочки с неизменными бабочками контрастировали с темными дорогого покроя костюмами. Они мирно вели беседу и, сидящий слева высокий господин с идеальным пробором, слегка постукивая отполированным мизинцем по краю столешницы, отпил глоток белого вина: