Крестоносцы
Шрифт:
Вот здесь то и появилась мысль у Марии о том, что действительно нужно перебираться к другим и хотя бы отдать сына для получения каких знаний, а она сама будет помогать ему в этом своим трудом где-нибудь.
В этих горьких и злободневных рассуждениях прошло еще два с небольшим года.
Зима в этом году выдалась суровой и многие побеги погибли. Мальчику исполнилось десять лет, и Мария твердо решила покинуть это место.
Она хотела сказать об этом сыну, но тот, к удивлению, опять опередил:
– Я знаю, мама, что ты решила, - начал он, - но поверь, еще рано куда-то уходить. Это
Мария ничего не ответила и молча согласилась. В душе ей самой не хотелось этого именно сейчас.
Потому, услышав слова сына, она даже обрадовалась и, крепко его обняв, стояла долго и смотрела вслед утопающей среди деревьев дороге.
За последние пять лет сама местность немного преобразилась.
Деревья подрасли, появилось больше кустарников.
Да и сами большие камни, среди которых они жили, обросли мхом и покрылись какой-то вьющейся растительностью.
Так что, теперь, с дороги вообще вряд ли кто смог бы распознать какое жилище, разве что по идущему вверх дыму от их печи.
С подрастанием сына Марии пришлось еще немного расширить пещеру и почти добраться до голых камней.
В связи с этим ей пришлось хорошо потрудиться, а заодно обучить своего сына кое-каким навыкам труда.
Они вместе вымазали глиной все стены, не забывая подложить пальмового листа внутрь и переложили печь, в которой за это время накопилось довольно много какой-то черной пыли, частички которой залезали в нос, рот, и они вместе постоянно чихали, пока все это не выветрилось наружу.
За это время в их домашнем обиходе появилась дополнительная посуда - большие чашки и маленькие, глиняные горшки и другое, помогающее сохранять пищу в теплом состоянии, а также прохладную воду для питья, которую брали в том же ручье, что и раньше, уходя вниз по его течению.
С годами он расширялся и понемногу становился небольшой речкой. Мать с сыном в одно лето разбросали устилавшие дно большие камни и немного углубили его.
Получилась небольшая по размеру пойма, в которую изредка заходила рыба, и мальчику удавалось ее ловить.
Вместе с этим их жизнь немного преобразилась, когда они обнаружили еще один съедобный плод.
Как он вырос в этой местности - непонятно. Никто его не сажал и не выращивал, как горох.
Попробовав на вкус, мать с сыном пришли к выводу, что его можно употреблять, как и все другое. Правда, этот плод долго не задерживался. Он быстро созревал, а затем лопался или просто опадал на землю, где и погибал.
Потому, они старались побыстрее сорвать и съесть. А зерна из тех, что уже опали, клали на солнце и сушили.
К этому времени в их местности появились птицы. Они небольшими стайками кружились над их обнаруженными плодами и даже создавали некоторую птичью перебранку за. тот или иной переспелый плод.
Но, к удивлению, пока не было ни единого животного существа, кроме их козы, которая по ночам иногда поднимала голову и почему-то подавала голос.
Вовсю сновали только ящерицы, но и их было немного. Так что в общем разноголосье можно было даже сосчитать сколько их всего и в каких местах находятся.
Природа
потихоньку оживала, и это немного увеселяло их души. Все-таки не одни в этой немоте окружающего. И, возможно, вскоре вовсе наступит какое изменение.Время не заставило себя долго ждать.
И спустя два года, ровно в лето, в их местности появились первые животные.
То были какие-то громадные существа, издали напоминающие коров своими большими рогами, но что-то в них было не так. Они были более злобными и издавали какой-то общий рык.
Появились вместе с ними и хищники: очень худые и едва-едва стоящие на ногах. И если бы не обычная смерть поголовья, то вряд ли они вообще бы выжили.
Спустя два месяца хищники все же окрепли и стали представлять действительную угрозу этому виду животных.
Теперь, местность то и дело оглашалась какими-либо звуками, обозначающими дикую жизнь природы.
Мать даже с некоторой тревогой наблюдала за этим, опасаясь за своего двенадцатилетнего сына, к этому времени уже чуть-чуть повзрослевшему и немного по-мужски окрепшему.
Но мальчик ее успокоил, сказав, что бояться нечего, так как они заняты сами собой и вряд ли обратят внимание на них. К осени это население приумножилось еще несколькими видами, а в зиму, когда мальчику исполнился очередной год, оно возрасло еще больше,
Появились зайцы, какие-то перелетные птицы, шумевшие по ночам и мешающие иногда спать. Прибились и некоторые водоплавающие, подпускавшие к себе очень близко и даже иногда бравшие из рук зерна.
Мать многих зверей, птиц не знала, но научилась различать, и они условно называли их своими именами.
В этот год зима была особо теплой, и к весне деревья распустились раньше обычного.
Казалось, вместе с оживлением населения местности оживала и сама местность.
Деревья еще больше взрасли, образовав густую сеть своих ветвей. Пальмовые стали гораздо выше, а трава поднялась почти до груди мальчика.
Так же, как и в прошлые года, они вместе окопали свой огород небольшими копалками, сделанными из палок и найденных на дороге частей доспехов, которых со временем они обнаружили еще больше, чем было.
"Может, была какая битва здесь?
– думала про себя Мария.
– А может, раненые и больные просто бросали их по дороге, чтоб легче было идти?"
Но в любом случае, это оброняли люди, которых до сих пор в этой местности не было. Это даже иногда пугало женщину.
"Неужели, вовсе никого не осталось?
– продолжала думать она. – А может, эта дорога забылась и теперь есть какая другая?! А шум, что она слышала? Это ведь были люди, и монеты ими оброненные".
И тут ей в голову пришла мысль. Она почти бегом бросилась с участка в пещеру и, достав все ранее найденные монеты, сравнила их между собой.
Оказалось, что все они разные, вернее семь одних, а шесть других.
"Значит, - решила Мария, - в государстве что-то изменилось. Наверное, у власти стал кто-то другой. Может, изменились и люди за это время? Может, стали добрее и изуверства исчезли? Ох, как хотелось бы в это верить".
Женщина, вздохнув, спрятала деньги обратно и пошла заниматься своими хозяйственными делами. Подошел сын и спросил: