Кристина
Шрифт:
«Дверца в заветный садик в Стране чудес» — успела подумать она не без сарказма, прежде чем широко распахнула шкаф настежь. Перед ней были всего три обширных полки, средняя из которых оказалась полностью забитой проводами и гаджетами: видеокамеры разного калибра, штативы, фотоаппарат, микрофоны, ноутбук, зарядные устройства, блоки питания, батарейки… На верхней полке — небольшие настольные подставки для дисков, из разряда самых дешевых, какие и в переходе метро, наверное, продаются. Они сильно не гармонировали со всем остальным, что Кристина встречала в этом доме вплоть до мелочей. Подставки были заполнены какие наполовину, какие на треть… на коробочках подписаны только даты… На нижней полке она обнаружила только простую картонную коробку, содержимое которой проверять не стала.
Кристина бросила взгляд через плечо на огромную плазменную телевизионную панель и нашла глазами dvd-плеер. «Что ж, Лука… Я должна узнать, что скрывает твой взгляд, и на какую такую загадку я купилась как последняя дура…». Кристина взяла
— Как тебя зовут? — послышался за кадром необыкновенно чистый и волнительно ироничный голос Матвея.
— Эрна, — она облизала губы.
— Ты не возражаешь против видеосъемки?
— Нет, — ее сверкающая, пьяняще обаятельная улыбка на пару секунд ослепила Кристину, тут же живо представившую, какой реакции на нее можно ожидать от мужчин.
— Сколько тебе лет, Эрна?
— Девятнадцать.
— Чем ты занимаешься?
— Учусь на втором курсе МАРХИ на дизайнера.
— Дизайнера чего?
— Интерьеров.
— Как тебе здешний интерьер?
Девушка взволнованно обвела взглядом комнату, словно до этого не успела ее рассмотреть.
— Очень… стильный… — смутилась она, пожав плечами.
— Лука тоже так считает, а по-моему, полный отстой, — рассмеялся Матвей, продолжив свой допрос. — Почему ты согласилась на наше предложение, Эрна?
— Вы… вы оба показались мне симпатичными, — вспыхнула она вдруг, тут же смущенно улыбнувшись и снова сверкая безупречными белоснежными зубками. — И мне нужны были деньги.
— Для чего?
— На учебу… и много еще для чего…
Кристина, сама вдруг необыкновенно смутившись и беспокойно поглядывая на дверь, пролистала запись минут на пять вперед.
— Хорошо, Эрна, — улыбка по-прежнему слышалась в голосе Матвея, — сейчас мы будем обсуждать, за сколько ты готова будешь продать то, что интересует нас с братом.
Лицо девушки теперь уже казалось более напряженным и сосредоточенным.
— Тебя это не возбуждает? — немного отвлекся от намеченной темы Матвей, развеселившись от ее серьезности.
— Я… не знаю… не уверена… — почти шепотом произнесла она, явно разволновавшись.
— А если я скажу, что сегодня ты можешь заработать до… ммм… скажем, двухсот тысяч рублей?
Камера снова охватила всю фигуру девушки. Она опустила глаза, закусив губу и неловко сцепляя вместе руки на коленях.
— Ладно. Сделаешь мне минет за… 500 рублей…
Губы девушки раскрылись, словно она собиралась что-то возразить, но все же промолчала.
— Мало, конечно? — тихо рассмеялся Матвей и вдруг появился в кадре. На нем были вываренные светлые джинсы и мягко облегающий атлетическую фигуру светло-бежевый свитер, почти сливающийся с золотистым оттенком его распущенных волос. Он оглянулся на камеру и, привычным жестом поправив рукой челку, бросил с огромного плазменного экрана прямо в глаза Кристине нахальный взгляд. Конечно, он смотрел не на нее, но ее все же пробрал морозец. Впрочем, оторваться от него было просто невозможно. Матвей подошел к креслу справа и встал к девушке лицом. — Чего ты ждешь? Ты же хотела необычного секса с симпатичными парнями и много денег?
Поколебавшись всего с пару секунд, Эрна расстегнула Матвею брюки, слегка приподнимая свитер и выпуская наружу его член.
— Снять? — поинтересовался Матвей. Она молча кивнула в ответ, и он стянул с себя свитер, обнажая свой великолепный торс. — А теперь соси. У нас тут не благотворительная организация.
Она осторожно приникла к его члену, начав медленно двигать головой вперед-назад, помогая себе рукой. Матвей обхватил правой рукой ее затылок, так, чтобы не перекрывать обзор камере. Слегка закусив губу, он едва заметно кивнул кому-то за кадром (очевидно, что Луке). Его рука напряглась и крепко сжала волосы девушки, начав грубо и глубоко насаживать ее на член, как безвольную марионетку, лишь изредка давая ей отдышаться. Та не сопротивлялась, нет — она лишь издавала глухие звуки, походящие на сдавленные стоны, когда Матвей трахал ее в рот, и тяжело дышала, глядя на него снизу вверх в редкие и короткие моменты предоставляемого ей отдыха. Ее взгляд излучал покорность и похоть, замешанные на страхе перед неизвестным.
— Может, она уже заработала 700 рублей? Как считаешь, Лука? — не останавливаясь, язвительно спросил Матвей, глядя в камеру.
В кадре вдруг появился Лука собственной персоной. У Кристины во рту все пересохло и сердце, казалось, сжалось в маленький
болезненный комочек. Она так и стояла на месте как вкопанная, где была, не в силах отвести взгляд от экрана. На кого же она нарвалась в этом доме? Как могла так попасть? И неужели именно эта тайна так волновала ее во взгляде Луки, заставляла ее сходить с ума от любого его жеста, от одного звука его голоса? Ее бросило в жар от охватившего стыда и предательского возбуждения. Лука, как на зло, блистал привычной элегантностью: иссиня-серые джинсы, светло-серый пиджак с темно-синим платком в нагрудном кармане, экстравагантная облегающая футболка с длинным рукавом, пестреющая крупными красными, синими и белыми геометрическими фигурами. Контрастность так неотразимо подчеркивала жгучую красоту этого холеного брюнета… Кристина не сразу догадалась, что было у него в руках, а когда поняла, в ногах у нее появилась легкая слабость. Лука подошел к креслу слева, тоже привычно чувствуя камеру и не перегораживая обзор, мягко скользнул рукой вокруг шеи девушки и вдруг резко перетянул ее черным шелковым шарфом, оттягивая голову назад. Она судорожно затрепыхалась и потянулась руками к горлу, пытаясь высвободиться. Матвей в очередной раз дал ей передохнуть. Она лихорадочно ловила воздух ртом и хлопала своими немыслимо длинными прекрасными ресницами, роняя слезы и пытаясь ухватиться за безжалостные руки Луки.— Если не проглотишь, я тебя придушу. Поняла? — склонившись к ее покрасневшему от удушья лицу, прошипел Лука и ослабил хватку. Девушка едва заметно кивнула и послушно приняла в рот член Матвея.
Кристина вся дрожала, тяжело дыша и войдя в какой-то ступор… Словно впервые заметив пульт в своей руке, она прокрутила запись сразу на двадцать минут вперед, чувствуя, как в глазах почему-то предательски защипало.
Кадр на видео сменился, и изображение подрагивало, как если бы шла съемка с руки. Девушка на экране теперь стояла на полу на коленях в одних черных стрингах. Ее шею перетягивал тугой широкий кожаный ошейник с четырьмя металлическими кольцами, идущий от подбородка до самых плеч. Ее руки в кожаных браслетах были безжалостно закинуты за голову локтями вверх и пристегнуты креплениями к заднему кольцу на ошейнике. Перед ней в полушаге стоял Лука все также одетый, с конкурным хлыстом для верховой езды в правой руке, какие Кристина сама пару раз использовала, когда папин знакомый предложил как-то научить ее кататься верхом. Лука нежно поглаживал щеку Эрны кожаным расширяющимся к низу наконечником, затем коротко шлепнул ее по шее и мягко прошелся хлыстом от плеча к упругой и наливной среднего размера груди. Кожаный наконечник задержался у сжавшегося в бутончик аккуратного темно-коричневого соска, то медленно и мучительно оглаживая его всей поверхностью, то слегка задевая самым кончиком насадки, то легонько пошлепывая. Камера плавно скользила вокруг этого действа, слегка подрагивая и иногда ревниво задерживаясь на деталях — дрожащих пальцах девушки, ее заплаканном лице со слегка размазавшейся подводкой для глаз, на ее красивых чувственных губках, а также на явных красноватых следах от ударов на всем ее гладком смуглом теле. На какие-то бесконечные мгновения в кадре маячило устрашающе суровое лицо Луки, образцовое и вызывающе вожделенное, словно сошедшее с рекламного разворота в модном журнале: он испепелял свою жертву взглядом и медленно облизывал рельефные сочные губы. Кристина успела заметить, как Лука нервно и нетерпеливо закусил губу, напрягая точеный волевой подбородок, прежде чем произвел эффектное резкое движение всем телом, от которого Эрна дернулась и вскрикнула. Кристина даже не сразу осознала, что удар наотмашь пришелся по груди девушки. Рот Эрны раскрылся, губы дрожали, по щекам текли слезы, грудь тяжело вздымалась.
— Еще раз пискнешь, останешься без бабок, — грубо бросил Лука. — Не забыла, сколько ты уже заработала? — он слегка шлепнул ее хлыстом по щеке, поощряя к немедленному ответу.
— Двадцать пять тысяч, — пролепетала она.
— Совсем ничего… Хочешь остановится? — с кривой улыбочкой спросил он, поглаживая хлыстом ее лобок, крепко обтянутый плотными черными трусиками. Девушка, словно в размышлении, зашевелилась, особенно когда кожаный наконечник стал мерно двигаться между ее слегка разведенных в стороны ног. Ее дыхание участилось, а Лука, все расплываясь в ленивой ехидной улыбке, вместо поглаживаний перешел к легким коротким шлепкам.
— Нет… нет… — выдохнула Эрна.
— Что «нет»? — замер Лука.
— Не останавливайся… пожалуйста…
Кристина вся пылала, как уголек, только вынутый из огня. Ей стало душно и тесно от давящего темного интерьера, от собственной одежды, от неистового биения сердца, от страха, от волнительной пульсации в трусиках. Почти против своей воли она снова прокрутила запись вперед, нервно сглатывая и облизывая губы пересохшим языком.
— Так что? Легкие повреждения верхних слоев кожи и слизистых оболочек нам обойдутся в…? Любая сумма… — злорадно пропел уже обнаженный, как всегда подтянутый и эффектный Лука, медленно двигаясь позади склонившейся перед ним девушки. Кристина не могла не отметить для себя, как профессионально он позировал на камеру, демонстрируя всю спортивную грацию своей фигуры и выразительность выбранной позы. Его член, влажный, с мощно вздувшимися венами, широкими медленными движениями то отступал, то глубоко погружался в тело Эрны, очень терпеливо и выверенно нагнетая напряжение своей жертвы.