Кыся
Шрифт:
Водила снял меня со стула и посадил к себе на колени. Положил свою огромную лапищу мне на загривок, и я тут же услышал его вопрос:
"Ты все понял, Кыся?"
"Еще бы! Я это понял, как только он допел твою дурацкую песенку! ответил я.
– От него же просто несет пистолетом! Неужели ты не чувствуешь на нем запаха оружия?!"
"Нет, - сказал Водила.
– Зато я чувствую все остальное".
"Пожалуйста, спроси его, куда и на чем он едет. Нам нужно исключить какие-либо сомнения".
– А сейчас куда, Алик?
– тут же спросил Водила.
– В Мюнхен.
– На чем?
Алик повернулся к окну, показал пальцем на стоянку легковых автомобилей и сказал:
– А во-о-он
– И Алик весело и внимательно посмотрел на Лысого.
У Лысого самым натуральным образом отвалилась нижняя челюсть! Таким растерянным я его еще ни разу не видел.
– Все, ребятишки, - решительно сказал мой Водила и встал со стула. Кончили травить. Еще пилить черт-те сколько. А перед дорожкой надо и Кысю выгулять, и самому вдумчиво отлить. Еще и в лавочку заскочить... Занимай свое место, Кыся!
Я впрыгнул в сумку, и мы вышли из столовой. У "Хунде-Бара" пританцовывал какой-то пуделек. Почуяв меня, он стал тревожно оглядываться по сторонам и даже чего-то вякать. Однако, как только мы вышли на свежий воздух, пуделек тут же вернулся к миске с той отвратительной подливкой и тушеным мясом.
* * *
Было отчетливо видно, что Лысый все еще не может придти в себя. Никак он не ожидал, что "исполнителем", профессиональным убийцей, может оказаться этот невысокий, худенький мальчик с беленькими вьющимися волосиками. Такой улыбчивый, смешливый и умненький. Ни дать, ни взять - десятиклассник, отличник и комсомолец из недавнего советского прошлого...
– Что, земляки, в Мюнхен вместе пойдем?
– весело спросил Алик.
– Дак... Вот, как напарник скажет, - Лысый совсем смешался.
– А чего!...
– беспечно сказал Водила.
– Ежели вы нас с Кысей подождете - кайн проблем. Нет вопросов. Айда, Кыся, вон к тем кустикам.
У кустов Водила вытряхнул меня из сумки, сел на скамейку у мусорного бака и закурил сигаретку. Рядом присели Лысый и Алик.
– Давай, Кыся, не задерживайся!
– крикнул мне Водила.
– Я лучше потом остановлюсь и еще раз тебя выпущу!..
Я юркнул в кусты, быстренько сделал все, что требовалось, зарыл, забросал все свежим песочком, отряхнул лапы, подмылся и только собрался было вылезать на свет Божий, как вдруг увидел поверх кустов пожилую даму в больших темных очках, которая говорила по-французски:
– Лола, дорогая... Ну, сделай пи-пи!.. Мамочка умоляет тебя, Лола!... Пис-пис, пис-пис... Ну, пожалуйста, Лола!..
Затем я услышал шорох и прямо на меня выползло какое-то ну совершенно небесное создание!... Это была Кошка такой неземной красоты, какой я в жизни еще не встречал. На ее пушистой шейке красовался очаровательный голубенький бантик, и Кошечка была на поводке. Но не с ошейником, а с такой системой ремешочков, очень похожей на парашютную подвесную систему. Я как-то смотрел по телевизору соревнования парашютистов на точность приземления и отметил для себя, что особо драгоценные породы Кошек и маленьких Собачек типа Дженни непременно одевают вот в такие сбруйки. У этой красотки Лолы поводок крепился именно так. Второй конец поводка этой фантастической Кошечки уходил через кусты наверх - в руки Хозяйки, которая буквально не закрывала рта:
– Лолочка, детка! Ну, не стесняйся, сделай пи-пи... Умоляю! Ты же всю машину уже загадила, стерва!!! Там же дышать невозможно! Лола, пупсик, ну, пожалуйста...
Красотка Лола увидела меня и глаза ее мгновенно зажглись совершенно бесовски-блядским светом! Изображая внезапно нахлынувшее на нее сумасшедшее желание, она разинула рот,
сладострастно облизнулась и, прикрывая глаза в любовном томлении, мордой потянулась ко мне...От такой откровенной прямолинейности я несколько опешил. За свою долгую, бурную и не всегда разборчивую сексуальную жизнь я впервые столкнулся с таким четким исключением из каких-либо Кошачье-Половых правил ложного "сопротивления", фальшивого "нежелания", притворной "боязни" забеременеть и тому подобное, что так свойственно нашим российским Кошкам.
– Ты что же это гадишь в машине?
– строго спросил я ее, чтобы скрыть свое замешательство.
– Ненавижу автомобили! Это моя форма протеста...
– прошептала она и тут же недвусмысленно стала задирать хвост вверх и чуть вбок, подворачивая под меня свой задик.
– Ну!.. У тебя есть другие предложения?
– О, черт!..
– на секунду растерялся я.
Оставляя свой задранный хвост у самого моего носа, Лола изогнулась так, что сумела повернуть свою наглую, сытую, холеную рожицу дорогой потаскухи ко мне и спросить, глядя мне прямо в глаза:
– А может быть, ты - кастрат?..
– Вот я тебе сейчас покажу, какой я "кастрат", шалава французская! рявкнул я и показал этой Лоле все, на что я был способен.
Выяснилось, что на нервной почве я был способен на многое. Достаточно сказать, что я затрахал эту красотку с бантиком так, что в руках ее Хозяйки, которая совершенно не понимала, что там в кустах происходит с ее Лолочкой, чуть не лопнул поводок! А он мне, кстати, изрядно мешал. Если бы не поводок, я ей вообще "показал небо в алмазах"! Я не очень представляю себе, что это такое, но в сходных ситуациях, так всегда говорил Шура Плоткин. А Шура, как известно, знает толк в таких штуках.
Я первым выдрался из этих кустов, подбежал к скамейке, где сидели Водила, Лысый и Алик, и сам впрыгнул в сумку.
– Ай да Кыся!.. Ай да умница...
– ласково сказал Водила и очень трогательно погладил меня своей шершавой огромной лапой.
Уже из сумки я видел, как Хозяйка вытащила Лолу за поводок из из-под кустов к мусорному баку. Но, Боже мой, в каком виде?!
Бывший бантик, теперь - мокрая, измочаленная моими зубами, драная, грязно-голубая ленточка - неопрятно свисала до самой земли, роскошная белая шубка свалялась и была вся забита каким-то пересохшим мусором, у сбруйки поводка лопнул один из ремешочков, сбруйка перекосилась, съехала Лоле на морду, и она, лежа на спине, пыталась содрать ее с себя всеми четырьмя лапами. Поэтому из кустов Лолу удалось вытащить только волоком. Хозяйка была в ужасе!..
Но мне на это было уже наплевать. Уж слишком эта французская говнюшка была целенаправленна! Слишком механистична. Вот уж точно - "ни любви, ни тоски, ни жалости...", как говорил Шура. И потом это гнусное свойство, которое я ненавижу и в Кошках, и в Котах в равной степени. Когда во время ЭТОГО думают только о себе, только о своих ощущениях! Будто партнер для них - всего лишь бездушная трахательная машина.
Ну, хорошо, - я ЭТО всегда могу. А попадись ей другой Кот? Да у него от такого хамского напора и наплевательского отношения вообще на эту Лолу не встал бы никогда! Несмотря ни на какую ее внешнюю привлекательность.
Поэтому сейчас, с легким сердцем и пустыми яйцами, я с удовольствием покачивался в сумке, которую нес на своем широком плече мой Водила, и все дальше и дальше удалялся от тех кустов, откуда слышался голос Лолиной Хозяйки:
– Так ты сделала наконец это свое "пи-пи" или нет, я тебя спрашиваю, лахудра?!
Туалеты находились рядом с прозрачным магазином, сквозь широкие стекла которого просматривалась почти вся стоянка грузовиков и заправочные колонки под уютными навесами.
Водила снял с плеча сумку и протянул ее Алику и Лысому: