Лабиринт силы

— Нет, — хрипло ответил рыжий, сплюнув кровь.

— Столько, сколько захочет профессионал. И мне уже надоело. Таика!

Стена огня соткалась из Ци, струившейся с пальцев Доко, затем с рёвом устремилась на Кэйрана. Она надвигалась, не касаясь воды, перемещаясь в той же плоскости, что и её хозяин.

"Самоуверенный индюк" — без злобы подумал Хаш, складывая жесты. Последний завершился ровно за секунду до удара огненной волны.

Земля вздрогнула. Казалось, в то место, где сейчас стоял Кэйран ударил гигантский кузнечный молот. Всплеск, волна некогда чистейшей воды, взметнувшаяся на несколько метро вверх, перемешанная с речной галькой. Шипение и огромное облако пара, заволокшее место столкновения двух стихий.

— Кажется, я знаю, откуда в этой речке взялись омуты, — пробормотал Хаш себе под нос, стоя в глубокой, почти идеально круглой воронке, трёх метров диаметром, медленно заполняющейся мутной жижей. Кулак упирался в её дно.

— Неплохой трюк, жаль предсказуемый. Интересно, на сколько таких ударов хватит твоей Ци? А, Кэйран?

Хаш не ответил и, оттолкнувшись от дна, оказался наверху.

— Хибасира! — этот вопль Доко заставил броситься вперёд.

"Интересно, почему он озвучивает каждый свой дзинтай? Неужели нельзя делать это молча…или этот зазнайка играет со мной?!". Понимание пришло сразу после этой мысли. Гэнкан намеренно сообщал своё следующее действие. Он смотрел на реакцию Хаша. Ему было интересно.

"Я же тебя по этому дну размажу" — на это раз из глубины души поднялось настоящее цунами ярости. "Не знаю как, сволочь, но размажу!"

В воронку ударил мощный столб огня, выжигая её подчистую. Огненное торнадо не прожило и трёх секунд, но его температуры хватило, чтобы подсушить одежду Кэйрана на спине. Однако, адепта это мало волновало: он уже рвался к Доко.

— Не смей игнорировать меня, ты, безродный выскочка!!! — юноша поразился своему голосу. Глубокий, гортанный рык, выталкивающий слова как арбалетные болты.

На этот раз Гэнкан не успел поставить барьер. Ракетой Хаш ударил своего противника, заставив окунуть ноги в воду, и протащил несколько метров по дну. Затем его кулак устремился к левой скуле Доко.

Быстрый обмен ударами. Серия выпадов и блоков, жёсткий разрыв, уход на дистанцию. Рыжему перепало серьёзно — кулак брюнета впился в солнечное сплетение, выбивая воздух из лёгких, второй ударил снизу вверх, под рёбра. Внутри что-то хрустнуло, вспышка боли на мгновенье отключила сознание.

Правда, последний из клана не успел воспользоваться маленькой победой — от правого хука в скулу и последующего апперкота его невысоко подбросило в воздух, отшвырнуло назад, и сейчас первый номер только-только пришёл в себя.

— Неплохо, хоть и, как всегда, предсказуемо, — с кривой улыбкой сказал Доко. — "Родзин", ха. Ваша ветвь клана верна себе. Всё такие же никчёмности — только кулаки, ничего иного. Ты достойный наследник твоего шута-отца и деда-неудачника. Настоящий Рыжий Кэйран! — Гэнкан быстро сложил дзинтай, и воздушное копьё прошило юношу, неподвижно стоявшего перед ним, даже не пытавшегося сопротивляться. Брызги крови без всплеска упали в реку.

Ещё до удара, когда смысл фразы только дошёл до сознания Хаша, на глаза медленно начала наползать знакомая пелена. Тело избавлялось от тяжести. И холодная ненависть подминала под себя разум адепта. То, что его плечо пробито воздушным орудием парень просто не замечал.

Он стоял, склонив голову. Мокрые пряди рыжих волос висели сосульками, скрывая лицо. Ссадины кровоточили, светлая кожа по цвету напоминала белую рисовую бумагу.

— Не смей. Трогать. Мою. Семью, — это было произнесено спокойно. Но голос легко перекрывал все другие звуки. И от обычного голоса Хаша отличался, как день от ночи.

А потом адепт рванулся, рванулся вперёд, не обращая внимания на воздушное копьё, всё ещё удерживаемое Гэнканом. С хриплым, звериным рыком. Когда рыжий вскинул голову, посмотрев в глаза своему врагу, на лице Доко появилось крайне озабоченное выражение. Он схлопнул дзинтай и сделал сальто назад, стараясь увеличить дистанцию с взбешённым Кэйрнаом.

Но получилось нечто странное. Ровно в том месте, где должен был приземлиться последний из клана, вспухло странное алое марево, с синими прожилками. И оттуда спокойно шагнул Хаш. Брюнет просто налетел на выставленный кулак, тряпичной куклой повиснув на нём.

Ударов такой силы Доко никогда не испытывал. Его едва не сломало пополам, изо рта брызнула кровь. Надо отдать должное первому номеру — адепт немыслимым движением исхитрился развернуться в воздухе, ударить Хаша ступнями ног, а затем быстро сложить три жеста и сказать слово пути "касо".

Губы рыжего скривила брезгливая ухмылка.

— На меня это не действует, — после этого Кэйран схватил противника за щиколотки, раскрутился вокруг своей оси и швырнул Гэнкана вниз по течению. Метров так на двадцать. Затем опустился на колени и медленно завалился на левый бок. Тело пробила крупная дрожь. Хаш хрипло застонал и, едва ли не против своей воли, рваными движениями, скрючился в позе зародыша.

Глава 13

Где-то.

Темнота довольно булькнула. Затем снова.

— Всплеск. Всплеск!

— Да, я тоже это ощущаю, — ровным женским голосом отозвалась она на этот возглас.

— Это значит?!

— Нет. Всплеск временный. Уже спад.

— Почему?!

— Всему своё время. Однако моя теория подтвердилась. Правда, был побочный фактор — прямая угроза жизни.

— Нужно выяснить, что в действительности послужило катализатором.

— Я займусь этим. Сейчас необходимо осмотреть объект.

— Он не должен попасть в больницу! Это слишком опасно!

— Не попадёт. Всплеск вышел мощным, хоть и кратковременным. Тяжёлые повреждения затянет к тому моменту, как все участники тренировки будут на месте боя. Это легко спишут на особенности организма и временную стимуляцию потоков Ци с последующим откатом. Госпитализация не понадобится.

— Хорошо. Хорошо. Занимайся.

Темнота затихла шорохом одежды.

* * *

"Странное место…" — мысль походила на рыбу в аквариуме. Такая же медленная и безразличная.

Мир вокруг — серый. Даже не чёрно-белый. Нет контрастов. Нет деталей. Нечему зацепиться глазу. Голая, безжизненная, песчаная равнина. Пустое небо. Ни ветерка. Ни единого живого существа. Даже солнца в небе нет — свет размытый, словно идёт отовсюду сразу.

Посреди равнины — холм. Высокий, метров десять. С крутыми склонами. С плоской площадкой наверху. Именно там и очнулся Кэйран. Никакой боли. Никакой слабости. Тело лёгкое, почти невесомое. Но мозг соображает медленно. Мысли ворочаются внутри головы лениво, нехотя. Наваливается какая-то странная апатия. Юноша поднёс ладони своих рук к лицу. Его кожа, хоть и крайне бледная, ярко выделялась из окружающей серости. Смотрелась чуждой всему. Хаш подумал, как смотрятся его волосы и довольно ухмыльнулся. Всегда в центре внимания. Ничего не скажешь.