Ладья

Я подтянула к себе подушку и обняла её. Я так сильно хотела верить в его правоту.

— Я теперь не знаю с чего начинать. Я не чувствую себя одной из них, но и человеком я больше не являюсь.

Он нахмурился.

— Ты — наша семья. Ты можешь много лет прожить в мире фейри, но этот дом всё также будет твоим домом. Всегда.

Я рьяно замотала головой.

— Я не пойду в мир фейри.

— Рано или поздно тебе придётся, — папа склонил голову. — Ты годами читала буквально всё, что могла найти про фейри, а теперь ты даже ни капельки не хочешь увидеть всё своими глазами? Тебе вовсе не любопытно?

— Нет, — я скрестила руки.

— Кое-что не изменилось. Ты всё также не умеешь врать, — он усмехнулся и встал. — Вставай и надень что-то, что не имеет отношение к пижаме. Мы идём гулять.

— Куда мы идём?

— Заняться тем, что мы до сих пор не смогли сделать этой зимой.

Он подошёл к моему маленькому шкафу и стал в нём копаться. Он отыскал мои коньки.

— Как думаешь, ты всё ещё сможешь поспевать за мной?

Я улыбнулась, внезапно почувствовав лёгкость. Мама не любила коньки, так что это была наша с папой тема с той поры, как только я начала ходить.

— А мы сможем выпить горячий шоколад?

В его глазах вспыхнуло облегчение. С того дня, как я вернулась домой, у меня не было аппетита и ела я только для того, чтобы успокоить его. Это был первый раз, когда я показала интерес к еде или напитку.

— Конечно, — он отнёс коньки к двери. — У тебя пять минут.

— Давай двадцать. Мне надо кое-что сначала сделать.

Он понимающе улыбнулся мне и ушёл. Я встала с кровати и пошла за своей гитарой. Я в руки её не брала после своего возвращения. Сев, скрестив ноги, на кровать, я подобрала несколько аккордов и начала играть "Анину Песню". Я уже минуту играла, как Финч вбежал в комнату и вскочил на кровать. Аисла влетела вслед за ним и грациозно приземлилась рядом с ним.

"Пой", — жестом показал Финч.

Я так и сделала, а затем остановилась на половине первого куплета, когда осознала, что он не впал в свой обычный транс. Это было вполне логично. Только люди могли подобным образом вводить в транс фейри.

Я закончила песню и положила гитару на колени.

— Прости, я была плохой сестрой на этой неделе.

"Мне жаль, что ты грустишь", — ответил он.

Аисла кивнула и просвистела.

— Мне тоже, но к моему счастью, у меня есть вы, — я похлопала по гитаре. — Хотите сыграю ещё песню?

Они с радостью закивали, и я сыграла им ещё две песни, прежде чем у меня появился шанс выйти с папой. Покидая гостиную комнату, я потянулась за своими очками на столе, и мне пришлось напомнить себе, что теперь у меня было прекрасное зрение, и я больше не нуждалась в них. Не знаю, почему я до сих пор хранила их. Может потому, что не была пока ещё готова отказаться от этой части себя.

— Я поведу, — сказал папа, когда мы оба потянулись за связкой ключей, висевшей у двери.

Я схватилась за дверную ручку и открыла дверь.

— В этот раз.

Я резко остановилась, увидев Благого Принца, стоящим по другую сторону двери, подняв руку, чтобы постучать. Он был в окружении своих Стражей, у всех лица кирпичом. Я не разговаривала с ним с того дня, когда мы вместе отобедали, и сегодня я никак не ожидала его увидеть.

— Принц Рис.

Моей первой реакцией было удивление. И оно быстро сменилось страхом, когда я вспомнила предупреждение Королевы Анвин, которое так эффективно доставил её личный страж.

Он в изумлении смотрел на меня.

— Невероятно. Я услышал, что тебе обратили в фейри, но не поверил. И всё же, вот ты, и ты выглядишь такой здоровой. У меня ушло несколько недель, чтобы привыкнуть к железу этого мира.

— И вот я, — умудрилась вымолвить я. — Откуда ты это услышал? Агентство сказало, что никто не знает об этом.

Он снисходительно улыбнулся мне.

— Правителей обоих Дворов информируют, когда появляется новый фейри. Как только я услышал, что это была ты, я хотел прийти и навестить тебя, но при Дворе потребовалось моё присутствие.

За моей спиной папа прочистил горло, я отступила в сторону и неловко представила их друг другу. Лицо Принца Риса озарилось как у маленького мальчика в Рождество, когда он узнал, кто был со мной.

— Я безумно рад познакомиться с вами, мистер Джеймс. Джесси рассказала мне столько занимательных историй о вашей работе.

Я повернулась к папе.

— Принц Рис большой фанат старых вестернов, и он интересуется охотой.

— Серьёзно? — папа вежливо улыбнулся, потому что так поступают, когда у вас на пороге появляется фейри королевской крови.

Я видела растущее напряжение в его позе, которого ни Принц, ни его Стражи могли и не заметить.

— О, да. Я бы хотел побольше с вами поговорить. Может быть, вы с Джесси могли бы согласиться стать моими гостями на ужине, как-нибудь вечером на этой неделе.

Баярд прочистил горло, и Принц Рис улыбнулся мне, извиняясь.

— Прости меня. Меня опять занесло, и я совершенно забыл о приличиях. Ты же теперь Неблагая и только что обращённая, и я не должен был здесь появляться. Но я хотел тебе дать знать, что в Благом Дворе у тебя есть друг.

— Спасибо, — едва слышно ответила я. — Для меня это всё очень ново, и я очень ценю твою доброту.

— Это очень достойно с вашей стороны.

Папа вышел в коридор и протянул руку. Принц Рис принял пожатие, подобно подростку, встретившемуся с идолом. А ведь он сам был одним из самых обожаемых знаменитостей на планете. Из всего нереального, что я пережила за последнее время, это било все рекорды.

Наблюдая за ним с моим отцом, я как никогда уверовала, что Принц Рис понятия не имеет о причастности его матери к похищению моих родителей. Он был избалованной королевской особой с прискорбными родителями, но от него веяло нешуточной искренностью, которая, как я считала, была подлинной. Если бы не наши столь непохожие ситуации, я могла видеть его в качестве своего друга.

Я так затерялась в своих мыслях, что едва осознавала, что они всё ещё разговаривают. Я пришла в себя, и услышала, как папа говорит Принцу о серии фильмов-вестернов от автора Луиса Ламура, которые на его взгляд могут ему понравиться.

— Я обязательно найду их сегодня, — глаза Принца Риса осветились.

Я улыбнулась, потому что в этот момент он напомнил мне папу. Наверное, родственные души.

— Ваше Высочество, мы должны идти, — сказал Баярд. — У вас через час интервью.