Лагуна
Шрифт:
Звонкий смех Эммелин разливается по острову, и я опять тянусь к ней за поцелуем. Ласкаю ее снова и снова, пока вновь не отрываюсь, чтобы сделать глоток воздуха.
А затем беру ее за руку и веду навстречу приключениям.
Глава 22
После того как мы целых два часа осматривали остров, в том числе место съемок «Пиратов Карибского моря» и несколько археологических
Маленькое деревянное здание с панорамными окнами прячется среди пальм и озаряется теплым светом стоящих вокруг фонарей. Ветерок колышет веерообразные листья, а шум волн позади нас умиротворяет. Мы проходим по белой каменной тропинке, вдоль которой расположены мини-пруды с плавающими кувшинками, и подходим к ротанговой двери, за которой оказывается большая светлая комната. Макс щелкает выключателем, и пространство освещается потолочной люстрой-вентилятором. Бежевые стены с декоративными вставками из мха, деревянные панели и мебель из карагача тут же притягивают мой взгляд и кажутся мне очень уютными.
– Я чертовски голоден, – с порога произносит Макс. – Во всех смыслах.
С моих губ срывается смешок, который тут же теряется в поцелуе.
Боже, как я люблю его целовать. Это вообще законно – уметь целоваться так, что слетаешь с орбиты?
– Но сначала ужин. – Он отрывается от моих губ и следует на маленькую кухню.
Я иду следом, рассматривая все вокруг. В деревянных кухонных фасадах отражается розоватый свет уходящего за горизонт солнца. Макс моет руки в мойке у большого окна, за которым виднеется изумительный белый песчаный пляж, а затем тянется к корзине с продуктами. Я сажусь на барный стул напротив и, опираясь подбородком на свою руку, устремляю взгляд на Макса.
– Тебе нужна моя помощь? – интересуюсь я, глядя на его задницу, которую облегают шорты.
– Нет. – Макс улыбается. – Можно я за тобой поухаживаю этим вечером?
– Ты и так ухаживаешь за мной каждый вечер.
– Я люблю смотреть…
– Как я ем, – договариваю за него, и он смеется.
– Да. Чертовски сексуально. – С его губ срывается смешок.
– И что у нас сегодня на ужин? – спрашиваю я.
– Сегодня у нас салат с карамелизованной грушей, грецкими орехами и голубым сыром, запеченный камамбер с чесночным багетом и мидии в соусе рокфор.
– Ммм, – мычу довольно. – Звучит очень вкусно. Давай я займусь салатом?
Макс вскидывает бровь.
– Детка, я знаю, что ты не любишь готовить. И я не собираюсь заставлять тебя делать это.
– Но я хочу тебе помочь. – Я поднимаюсь со стула и подхожу к нему.
Обхватив Макса за талию сзади, я выглядываю из-за его спины и устремляю жалостливый взгляд ему в глаза.
Он усмехается.
– Ладно, – сдается Макс.
– Командуй. – Я мою руки и встаю рядом с ним.
– Нужно очистить от кожуры груши и нарезать их тонкими слайсами, – перечисляет он. – Только не порежься, пожалуйста.
На его губах вижу улыбку. И тоже не могу сдержать свою.
Макс подходит ко мне и едва уловимо целует.
– Я тебя люблю, – произносит он, и все внутри меня взрывается ослепительным фейерверком.
– Сильно?
– Очень, – улыбается
Макс. – Раз доверил тебе приготовить салат.– Хэй! – Я пихаю его локтем. – Я в состоянии приготовить салат!
– Не сомневаюсь, Эми. И все же мне привычнее, когда готовлю я.
– Почему ты вообще решил стать поваром? Я знаю о тебе почти все, но не знаю самого главного.
Макс промывает в раковине мидии, пока я послушно нарезаю грушу.
– Вряд ли это самое главное, – пожимает плечами он. – На самом деле это не было прям моим решением, просто так совпало. После переезда в Сидней мне нужно было решить, чем я буду заниматься в нашем ресторане. Вести бухгалтерию взялась Карен, жена Дина, сам Дин взял на себя все юридические вопросы и управление рестораном в целом, а я решил, что мне стоит попробовать себя на кухне. Денег на то, чтобы нанять хоть какого-нибудь шеф-повара, у нас не было, дедушка готовил в ресторане сам, и он славился среди местных потрясающей пиццей с изумительным сочетанием несочетаемых ингредиентов. И он оставил после себя книгу своих рецептов, по которой я и попытался научиться готовить.
– И у тебя сразу же получилось? – удивляюсь я и бормочу себе под нос: – Что я делаю не так…
От моей последней реплики Макс коротко смеется.
– Не сразу, я ведь пошел стажироваться в бар, чтобы заработать денег и получить достойное образование. – Его лицо озаряет улыбка. – И, Эми, ты просто не любишь готовить. А ведь приготовление пищи – это вовсе не рутина, это творческий процесс, к которому нужно подходить очень ответственно. Для меня каждое блюдо, которое я готовлю, – это кулинарный шедевр, и я не имею права облажаться.
Шедевр – это его загорелая задница. Но вряд ли я сейчас ему об этом сообщу.
– О чем ты подумала? – снова будто читает мысли Макс.
– О том, что на кухне ты выглядишь не менее сексуально, чем на борде в океане. Хотя я думала, что ничего сексуальнее быть не может.
Макс коротко смеется.
– Но я все равно не понимаю, как ты можешь быть так хорош абсолютно во всем: серфинг, дайвинг, готовка, секс…
Я прикусываю губу, на что Макс лишь усмехается. Он откладывает мидии и приобнимает меня одной рукой, касаясь губами моего виска.
– Я тоже очень тебя хочу и еле сдерживаюсь, но, Лагуна, я хочу долго, чтобы встретить с тобой рассвет, ведь я помню, как ты их любишь. Хочу нежно, а не наброситься на тебя и кончить через пару секунд. Давай этой ночью не будем никуда спешить? Я хочу заниматься с тобой любовью.
От его слов с моих губ срывается короткий вздох.
Уважаемые австралийские боги, почему каждое слово этого загорелого красавчика вызывает у меня такую бурю эмоций?
– Ладно, – шепотом соглашаюсь я.
– Просто «ладно»? – Он фыркает и оставляет на моем плече скользящий поцелуй. – Показать тебе, как карамелизовать грушу?
– Ну вот. Ты хорош даже в смене тем!
Из его рта вылетает смешок.
– А если все будет гореть к чертям? – хмурюсь я, глядя на сковороду перед собой. – Ведь я совсем не умею готовить.
– Гореть сегодня разрешается только твоей киске. – Макс кусает меня за ухо, вызывая по телу дрожь, а затем тянется к сахару.
– Ты не можешь вбрасывать такие фразочки, а потом спокойно продолжать заниматься готовкой!