Легенды Пустоши

— У них тут что, сходка?! — крикнул Белорус, нервно запихивая патроны в барабан.

Загремели выстрелы. Штопс палил из маузера, Фарид отстреливался, высунувшись из пикапа. Мотоцикл Унылого скрылся за холмом, а вот Федор еще оставался на вершине, его машина лежала на боку — курьеру срочно нужна была помощь.

— Дай мне один! — Кира выхватила у Белоруса из кобуры револьвер, перегнулась к окну. Боек щелкнул. Она вновь взвела курок. Снова раздался щелчок. Тим отпихнул ее и открыл огонь по ползунам.

Слева от дороги потрескавшаяся земля была усеяна крупными камнями. Вынужденные лавировать между ними пикап и мотоциклетка Штопса продвигались наверх слишком медленно. Туран взял еще немного в сторону, потому что тяжелой машине такие препятствия нипочем, «Панч» ехал быстрее остальных. Главной опасностью сейчас были ползуны — выделяемая их железами кислота может расплавить металл. Надо держаться подальше от дороги и спешить наверх, где наблюдательный Федор спас от неминуемой смерти Унылого, но сам оказался в беде.

— Заряжай! — приказал Белорус, сунув Кире пояс с патронами.

Он выстрелил дважды в ползуна на вершине, подбиравшегося к мотоциклу Федора. Открыл дверцу и приготовился выпрыгнуть.

Федор сумел выбраться из-под машины с оплавленным кислотой передним колесом, стащил левой рукой со спины однозарядный дробовик. Правая висела плетью. Курьер поднял оружие и вдавил спусковой крючок.

Тело подползавшей к нему твари взорвалось кровавыми брызгами. Федор знал, что нельзя стрелять в голову, где находятся железы, выделяющие кислоту, и бил в туловище. Ползуна разорвало на части, когда Белорус оказался рядом с мотоциклистом. Тим выстрелил последний патрон, схватил курьера за плечо и поволок к выезжавшему на дорогу «Панчу».

Туран, почти развернув машину, высунулся в окно с помповиком и разрядил магазин в приближавшихся по склону тварей.

Когда на вершину въехали мотоциклетка Штопса и фермерский пикап, Белорус уже затащил в кабину раненого Федора, крикнув Кире, чтобы укрылась в салоне. Забрал у нее заряженный револьвер и начал стрелять, стоя на подножке.

Пропустив курьеров и фермеров на дорогу, Туран сдал немного назад, с хрустом в коробке передач включил вторую скорость и утопил педаль газа в пол. «Панч» вздрогнул, в салоне вскрикнула Кира, Федор повалился на сиденье, а Белорус едва не сорвался с подножки — так быстро поехал грузовик по склону вниз.

Курьер сел, вцепился здоровой рукой Тиму в плечо и затащил его в кабину.

— Все целы? — спросил Туран, глядя в боковое зеркальце на удалявшуюся вершину, освещенную бледным светом фары от брошенного мотоцикла.

— Порядок! — первым отозвался Белорус.

— Кира? — Туран быстро оглянулся.

— Цела!

— Курьер, ты как? — Тим привалился плечом к закрытой дверце, окинул Федора взглядом. — Зацепило?

— Малёхо, — буркнул тот и скривился.

Его правая рука и бок выглядели неважно. Куртку прожгло кислотой, кожу в нескольких местах разъело, кровь пузырилась на предплечье.

— Потерпи. — Белорус был серьезен и собран. — Кира, подай сумку. — Он перегнулся через спинку сиденья, обитую мягким войлоком. — Нет, не ту, под лавкой смотри… Да, эта.

Девушка протянула ему брезентовую сумку, и Белорус принялся доставать склянки и бинты.

— Помоги наложить повязку. А ты терпи, курьер.

Но Федор явно не нуждался в поддержке словами — сразу видно было, тертый мужик.

Белорус смастерил пару тампонов и смазал ожоги лечебным воском, после чего Кира наложила повязку.

— Откуда здесь ползуны? — спросил Туран.

Мотоцикл Унылого виднелся далеко впереди.

Штопс катил следом за ним с небольшим отставанием.

— Похоже, мигрируют, — подал голос Федор.

— Горючего совсем мало, — заметил Туран. — Но до заправки недалеко, скоро приедем.

4

— Да там же горит что-то! Тормози! — воскликнул Белорус, подавшись вперед. — Нет, вы гляньте… Ну точно — дом хозяина заправки горит!

Не успел он сказать это, как мотоциклетка с Пикчей и Штопсом начала притормаживать. Унылый так и вовсе остановился, пикап съехал с дороги, пропуская «Панч» вперед.

— Ты осторожней езжай, — посоветовал Белорус, перекидывая тумблер на мониторе перед собой.

— Что вы делаете? — Из салона, где лежал Федор, выглянула Кира.

Она еще в гостинице проявляла к локации интерес, задавала вопросы, но хозяева «Панча» отмалчивались, не желая рассказывать ей про ракетницу на крыше. Таких больше не было ни у кого, а тут еще и система наведения… В общем, чем меньше людей знают про это — тем лучше, потому что очень многие хотели бы заполучить себе такую штуку.

Но теперь выхода не было, и когда монитор разгорелся тусклым зеленым светом, Туран нехотя сказал:

— Это система наводки наших ракет.

— Каких ракет? — заинтересовалась девушка.

— Да тех, что на крыше, — пояснил Белорус. — Видала, там блок на стойке? Он может поворачиваться, и еще у нас радар, который реагирует на металл. Посылает, будем говорить, ракету по железным целям.

За спиной у Киры раздалось сопение вставшего Федора.

— В монитор смотри, — перебил Туран компаньона. Он видел, что тот готов из кожи вон лезть, чтобы завоевать расположение Киры.

— Угу. — Белорус опустил голову. — Но сейчас я ничего железного вокруг заправки не вижу.

На мониторе горели несколько ярко-зеленых точек, и все они соответствовали расположению машин их небольшого каравана. Мерцающая россыпь впереди — заправка. А вокруг никаких точек нет, что означает: в стороне от дороги и горящей заправки нет сендеров и мотоциклов.

Мотоциклетка курьеров опять разогналась, Пикча уверенно рулил к заправке, привставший позади него Штопс замахал руками, сделал знак: двигайтесь дальше. Мотоциклетка вдруг вильнула, объезжая большой камень, он едва не вылетел из седла и вцепился в торчащую из сиденья железную скобу.

Туран и Белорус подались к лобовому стеклу, напряженно глядя вперед. Обитый жестью дощатый домик старого Ветлуги догорал. Второй, стоящий за ним, — приземистый барак, где жили пять-семь охранников, которых нанимал хозяин заправки, — был цел, хотя вскоре выяснилось, что у него выбиты двери.

Машины встали. Из-за «Панча» вырулил мотоцикл Унылого, остановился рядом с пикапом, откуда выскочил Фарид. С оружием на изготовку они бросились вслед за Штопсом и Пикчей, спешащими мимо горящего домика к бараку.