Лена
Шрифт:
— У тебя же муж… — горячо прошептала возбужденно задышавшая Маша.
— Объелся груш… где он, а? Не удивлюсь, если Ленку жарит, сука еб…ая. — Их уста закрылись долгим поцелуем, совершенно не думая, что кто-то может внезапно выйти.
— Козел он у тебя… — поддержала подругу Маша, один раз с ним переспавшая. — Надо ему отомстить… правда?
Лену мнение о второй половине давно неверного супруга не взволновало нисколько. Гораздо сильнее заинтересовало место, где они решатся «мстить». Неужели на улице? Или догадаются все же в теплый дом зайти и там уголок поискать.
Догадались — не совсем безбашенные оказались. Прошли мимо выпивающих на огромной кухне мужиков: Наташкиного и Ленкиного, которые поинтересовались пьяными голосами не встречали
Лена зашла следом за женщинами и для вида подсела к мужикам, бабу одного из которых, если версия о «молодом человеке» не была выдумкой, на втором этаже сейчас активно шпарили. К разговору пьяных самцов, «меряющихся письками», не прислушивалась, а следила за подругами, переключаясь между ними при помощи удобных закладок, обнаруженных только что. Кнопки разрешенного оргазма оставила неактивированными. Ей стало интересно, насколько сексуальны они сами по себе, принужденные на время стать лесбиянками. По четыре раза бабы успели кончить, когда Серега больно взял ее за руку и повел в спальню. Молча.
— А где этот?
— Какой этот? Настин или тот, второй, как его… Вова, во!
— Второй, блин, с кем ты пил!
— Я?! — искренне удивился Сергей. — Не мели пургу, мать, давай спать. Я пьян в стекло… — с последними словами рухнул на кровать, упав на живот.
Лена еще последила за всеми. Первая пара угомонилась, и Наталья покинула партнера, а вторая зажигала во всем разгаре. Значит, пресловутый Вовчик до них не добрался. А где он, кстати?
Нашелся на втором этаже в комнате, смежной с той, где имели его Наташу. Она, кстати, оказалась рядом. Возбуждением между ними не пахло, а тянуло скорее тупым сном… три утра, как-никак. Вторая пара, Ленкина подруга по училищу и ее муж, покинула новоселье незаметно, на фото не засветившись. Серегин друг исчез еще раньше, отмазавшись загадочными «делами».
Вырубилась Лена как пьяный в хлам Серега, не раздеваясь.
Глава 16. Большие люди — большие договоры… или договора?
За уборкой, приемом и разбором мебели, за оформлением школьного автобуса, для которого пришлось задействовать связи Надежды Александровны, потому как выходные были, время прошло незаметно и в понедельник Лена вышла на работу как обычно. Разве что медицинскую маску пришлось нацепить — поступило непременное требование.
Одна клиентка, вторая, третья — Лена с Виталиной добились нормы в двадцать минут вместо сорока, мотивировав сокращение времени применением мастером не классического, а особого филлипинского массажа, о чем у директрисы появились документы с настоящими мокрыми печатями. И ценник на сорок процентов повысили.
Четвертым впервые зашел уверенный в себе мужик, обернутый в халат «Виталина», обтягивающий явно спортивную фигуру, закрытый на пол-лица респиратором.
— Здрасьте… — растерялась Лена.
— Здравствуйте… Елена? Мне Вас на ресепшене посоветовали, говорят, Вы спину таким-то удивительным способом поправляете… вот здесь посмотрите.
Чувствуя месть завистниц, злясь на них, ворон считающих, в чужие кармане заглядывающих, Лена подошла к мужику и нехотя, сквозь халат, потрогала его спину сзади, двумя руками. Развернуться посетитель почему-то не догадался, а через мгновение Лена ощутила болезненный укол в шею и перед глазами все поплыло…
Очнулась она от грубых пощечин. Дернулась, но пошевелиться не смогла. Одетая в зеленый с белыми вставками медицинский костюм, Лена сидела на стуле с высокой спинкой. Ноги были привязаны к передним ножками скотчем, руки сзади, за жесткими деревянными стойками, были скованы наручниками, причем,
на ладонях ощущались толстые кожаные перчатки с мехом. Маска с лица исчезла. Инфекции здесь явно не боялись.Перед ней стоял солидный ультрасовременный стол, за которым восседал важный мужчина неопределенного возраста с заметным брюшком. На темени намечалась лысина, которая зачесывалась длинными волосами от косого пробора. С двух сторон от нее стояли два мордоворота в классических костюмах с галстуками.
— Очнулись, Елене Сергеевна? — доброжелательно обратился мужчина из-за стола. — На моих бугаев внимания не обращайте, они немы, как рыбы в аквариуме, и слышат не лучше их. На всякий случай стоят, уж очень много необычного я о вас наслышан. Не дергайтесь и все будет Тип-Топ. Андестенд?
— Йес ит из, — хмуро ответила Лена, пошевелив шеей. Место укола побаливало. — Воды попить дайте. Как сахара во рту…
Один из мордоворотов налил из графина в стакан воду и из своей руки напоил, облив, естественно, подбородок и накапав на блузу из дорогой полусинтетики.
— Спасибо, — вежливо поблагодарила Лена. — Чем обязана вашему гостеприимству? — говорила спокойно, но сердце давно поселилось в пятках. Убить могут легко — все лица видела. Сюжет хоть и был почерпнут из сериалов, но актуальность от этого не потерял. Ужас как страшно было.
— Я давно хотел с Вами познакомиться, Елена Сергеевна, с момента, когда позвонил Ваш бывший начальник, Лев Андреевич, и не поведал мне занимательную историю. Ну, сюжет Вы знаете, позволю себе не пересказывать. Потом Вы устраиваетесь на работу к моей бывшей жене, причем все документы делает она и все они левые. В переходе купленные, если Вы не знали, так торопилась Вас у себя обустроить. После вообще происходит чудо — Вы пользуетесь спросом среди самых капризных дам. Восторги изобилуют. И вдруг на меня выходит старая перечница, вес в Администрации города, несомненно, имеющая. Раньше мог бы сказать, что вес в прямом смысле, но встретившись с ней, передумал. Вся мысль моя перевернулась. Что я был поражен — ничего не сказать. Всю жизнь думал, что такое невозможно, но увидел воочию. Сама молодость со мной говорила. Не двадцатилетняя юность, конечно, но и не запущенное тело, которое на пятидесятилетний юбилей выглядело на все шестьдесят с гаком. А когда при оформлении документов всплыло Ваше имя, я подумал про себя — молодец, Борис Евгеньевич. Обрадовался, как удав, встретивший вместо усохшей ветки свою суженную. Не о Виталине идет речь, Вы понимаете. О ней лучше не вспоминайте — стерва из стерв, хоть и стелется перед Вами овечкой. И тогда меня впервые посетила мысль сохранить в здании прежний бизнес. Ранее мои аналитики высчитывали и так, и эдак, но автосалон всегда выходил прибыльнее. Заметили, какие там пандусы на каждый этаж до самого четвертого? Не для инвалидов, нет, для них лифтов с лихвой хватает, а для заезда машин. Да, Леночка, не удивляйтесь. Если весь хлам с них убрать — в самый раз получится. И что мне делать, не подскажите? — вопрос явно риторический, — Боря оказался позером хлеще Керенского. — Задуматься мне следует, вот что. В бизнесе — это первое дело. Автосалонов, рассудил я, не спросив аналитиков, в городе полно. Одним больше, одним меньше — не велика беда. Супермаркетом вообще, хоть отхлебывай. Спа-салонов или салонов красоты, — они по-разному стремятся назваться, — тоже резать по одному можно и не почуют потери. Так что делать мне? «Смоки» в детстве не слушали? Английская группа, из которой Крис Норман вышел… не?
— Родители слушали, — невольно ответила Лена, поняв в чем вопрос. — И что делать Вам, надумали?
— М-да, действительно, легко угадывается. «What can i do» мы часто перепевали как «Водки найду» … а не знаю я пока, что делать мне, от Вас зависит. Может, у Криса Нормана свои соображения есть, но его мы спросить не сможем, так ведь? Да и какое он имеет отношение к злополучному строению в центре совершенно неизвестному ему города, судьба которого решается здесь и сейчас. Ну, Елена Сергеевна, что скажете?