Лицо врага

Каким-то образом солдат узнал об их приближении и обернулся, поднимая оружие. Взрыв разорвал х’киммов на куски.

Джулиана завизжала.

— Теперь вам нечего больше бояться, мэм. Вы под защитой Лиги. — Доносившийся из усилителя бронекостюма голос солдата был холодным и ровным. — Мы прилетели, чтобы спасти вас.

Заметив дым, х’киммы встревожились — а Курт про себя подумал, что не зря он настаивал на том, чтобы зайти в деревню, прежде чем направиться в Рассех.

Путники прибавили шагу, но, как они ни торопились, все равно опоздали. И когда они вышли к деревне, мнение Курта переменилось: теперь он считал, что надо было послушаться Ахзта и не возвращаться сюда.

Вырубка, где стояла деревня, представляла собой ужасную картину. Земля была изрыта воронками, везде валялись трупы х’киммов. От хижин почти ничего не осталось — только груды обугленных головешек и белые щепки на фоне выжженной земли.

Уцелела только одна стена от хижины людей, на которой каким-то чудом держался кусок крыши. Ее недавно перекрывали, и свежие листья, уже дотлевая, сильно дымили. Этот дым и увидели путники еще издалека.

Среди головешек Курт заметил останки Сингха. Он отвернулся, но со всех сторон его окружали мертвые. Элликот закрыл глаза, боясь представить, что с ним будет, если он увидит среди трупов Джули.

Нет, она не погибла!

Укрылась в джунглях?

Курт выкрикнул ее имя. Потом, не дождавшись ответа, подбежал к кромке леса и снова позвал…

Он выкликал имена всех людей по очереди, но никто не отозвался. Курт кричал до тех пор, пока Ахзт не взял его за руку.

— Бесполезно, дарамак Куртэлликот. Все здесь.

— Нет! — Неужели он действительно считает, что способен что-либо изменить, отрицая очевидное? Наверное, раз упорствует в этом. — Я не видел их трупов. Скорее всего они успели убежать и спастись.

— Я не заметил, чтобы кто-то убегал из деревни. Ни одного следа звездных людей, после того как пришел огонь с неба.

Огонь с неба?

О Боже! Реморы!

Ну вот, все же они заявились. Сделали свою дьявольскую работу и снова исчезли.

Элликот задрал голову. Ясное голубое небо словно издевалось над ним. Оно было лишь маской, за которой скрывались звезды, а среди звезд притаился враг.

Курт снова опустил взгляд. Если в системе хозяйничают реморы, значит, теперь он привязан к Чугену. Значит, здесь он проживет остаток дней и рано или поздно умрет. И если его найдут реморы — рано…

На поиски Шанхольца вышли двенадцать х’киммов и двое людей. Одиннадцать х’киммов и один человек вернулись — двенадцать потерянных душ посреди опустошенной деревни. Х’киммы падали на колени над изуродованными трупами, оплакивая любимых, и рыли землю руками, ища останки тех, кого не было среди мертвых.

У Курта не хватало смелости искать. Он боялся, что сойдет с ума, увидев трупы товарищей: ведь тогда он уже не смог бы даже тешить себя иллюзией, что он не единственный человек на этой планете и когда-нибудь вернется в лоно человечества.

Курт пошатнулся и потерял сознание. Он пришел в себя возле груды остывших углей на том месте, где когда-то стоял навес. Рядом стояла на коленях Грив.

Она достаточно выросла, чтобы бегать с охотниками, но еще не стала зрелой женщиной, и поэтому ушла с поисковой группой. И теперь она осталась последней женщиной в стае. Мех у нее на щеках вымок от слез и потемнел.

— Логнен ушел в стаю душ, — завывала девушка.

— Логнен будет охотиться с предками, — сказал Курт девушке, чтобы успокоить ее. — Это хорошая охота. Он будет счастлив.

Не переставая всхлипывать, Грив прижалась к Курту.

Вокруг собрались остальные десять х’киммов. У них-то еще была надежда найти своих сородичей и возродить стаю. А Курт?

— Что нам делать, туойал? — спросили они.

Нам?

Х’киммы считали его членом стаи. Хотя сам он теперь чувствовал, что не принадлежит вообще ни к какому сообществу.

И что же им ответить?

— Рассех, — подсказал Ахзт.

Х’киммы слышали его, но смотрели на Курта.

— Что нам делать, туойал?

Почему он? Почему они спрашивают его?

Грив подняла на него глаза.

— Туойал? — Она по-прежнему крепко обхватывала Курта руками, будто боялась потерять и его. — Что нам делать?

Что ж, иногда возможность, выпадающая второй раз, разительно отличается от наших представлений о ней…

— Мы пойдем дальше, — ответил Курт девушке и обвел взглядом всю стаю. — Мы пойдем в Рассех.

ЧАСТЬ ТРЕТЬЯ Расцвет объединения

23

СИСТЕМА ЧУГЕН

ЧУГЕН IV

После двух дней, проведенных в чреве транспортного самолета Лиги, они начали сомневаться в том, что действительно «спасены». Джулиану, Рафа, Зандовски и Локхарт затолкали в дальний конец главного салона, отгороженный наспех поставленной переборкой. Мебелью служили лишь пассажирские кресла с крохотными выдвижными столиками. Иллюминаторов не было; никакой информации они не получали. Кроме женщины, которая приносила им еду, «спасенные» не видели никого из своих «спасателей». В басню об изоляции «ради безопасности» поверила одна Зандовски.

За стенами их жилища раздался незнакомый шум, и четверо издерганных людей сразу насторожились.

Сержант Шарон Вестлер носила форму медицинского работника армии Лиги, но сейчас совмещала обязанности врача с обязанностями тюремщицы. Едва Вестлер вошла в дверь, сделанную во временной переборке, Джулиана набросилась на нее, требуя объяснений.

— Мы готовимся к отлету, профессор Тиндал. Сядьте, пожалуйста, в кресло и пристегнитесь.

Джулиана не пошевелилась.

— Куда мы летим?

— Возвращаемся в базовый лагерь, мэм. — Вестлер посмотрела на остальных и еще раз попросила пристегнуть ремни. Потом положила руку Джулиане на плечо. — Прошу вас, мэм. Не хотите же вы стоять, когда мы взлетим.

— Значит, мы летим в ваш базовый лагерь. — Джулиана стряхнула с плеча ее руку. — И что потом?

Вестлер нахмурилась.

— Вы задаете слишком много вопросов, профессор Тиндал.

— Я любознательная. Почему именно сейчас? Если у вас есть лагерь, почему мы не отправились туда раньше?