Людоеды

«Я не понял — это что — угроза?!»

— А…

Зуб язвительно улыбнулся. У напарника также вывалился язык изо рта. Мих недовольно покачал головой, вдобавок красноречиво постучал кулаком по лбу.

Теперь они общались меж собой инстинктивно при помощи мысленных посылов. И вроде бы даже где-то получалось, пусть и не ахти как, всё же и то было хорошо, а хуже и придумать нельзя.

«… всё из-за тебя, Андрталец!»

«Практикантроп я — и ты — мы вместе!»

«Идиоты!»

«Да без разницы! Как людьми командовать собираемся? Вон, Варвар уже косится на нас недоверчиво, как на полных идиотов!»

«Я бы тоже так косился на нас, если бы мне два придурка показывали свои языки!»

Мих втолкнул собственный «деликатес людоеда» в рот. Зуб повторил его действие. На том и сошлись: будут общаться с закрытыми ртами тем образом, как с амазонкой. А тоже оказались не лыком шиты и кое-чем подпоясаны. Не ломами, но топоры имелись, плюс лопаты и бутылки с огненной смесью. А и луки с костяными наконечниками, даже мечи и щиты с доспехами. И не гремели, как железные латы. Хотя тоже постукивали, но звук по меркам хищного мира был вполне обыденным. Если что — дикарям могло показаться — добыча сама лезет к ним в руки. Остаётся только дождаться её появления и…

Практикантропы появились неожиданно и не у первого поста — открытого для любого противника, а засадного в секрете. Сверху на них обрушив камни, подались те, кого они считали побеждёнными, да сами оказались повержены.

Чужаки застигли врасплох один из караулов пещерных дикарей. Вслед за камнями никто не стал пускать стрелы — смысл. Хватило одной бутылки с пойлом, и вспыхнула как надо.

Парочка дикарей с подпаленными шкурами кинулись с обрыва вниз прямо на головы тех, кто стерёг вход в пещеру и… один расшибся насмерть, иной только ноги сломал и теперь полз на руках.

Людоеды вскочили. Вот тут в них и полетели стрелы — зажжённые, проливаясь огненным дождём.

Это был шок. Передовой авангард дикарей был сметён в мгновение ока. Астра не вмешивалась. Она экономила силы, и нынче небезграничны у неё. Хотя и продолжала черпать их от тусклых звёзд на тёмном небосклоне и обагрившейся луны с чёрным пятном на её фоне, и также спутником.

Ну не могла она при всём желании вмешаться в битву, и спасти жизни тем дикарям, кому из них на роду было написано умереть от рук чужаков.

— А-га-А… — ликовал Варвар, упиваясь кровью людоедов. — Получили, твари-и-и…

Он первым спустился вниз со скалы, и кинулся внутрь пещеры. Там его уже ждали дикари и не обычные охотники из третьего отряда, а второго, являясь матёрыми воинами — не великими, но достойными противниками. Выставили колья стеной.

Ясюлюнец без раздумий бросился в бой.

— Стой! Остановись! Да куда ж ты… — негодовал Мих, видя: ситуация понемногу начинает выходить из-под контроля. Варвар один стоил доброй половины отряда практикантропов, и Мих знал: на него можно положиться в любой ситуации — не предаст, как и Зуб. Оседлал верхом бронезавра и сам ринулся в гущу событий. — С дороги! Разойдись!..

Сам разошёлся и так, что Варвар едва успел отскочить, хотя ему в этом в большей степени пособили дикари — повалили, опрокинув на спину, и стремились добить. Вот только заострённые колья соскальзывали с панциря на теле практикантропа, оставляя ссадины и синяки с кровоподтёками на руках и ногах. Голову Ясюлюнец умело прикрывал щитом. Иной раз успевая отмахиваться костяным мечом, цеплял по ногам парочку людоедов, пока не свали сразу двух на себя — ими и укрылся от ударов дубин.

А тут и наездник-практикантроп объявился во всей своей красе. От его бронезавра дикари полетели в стороны как кегли в боулинге при удачном броске шара. Дикари дрогнули, но самую малость. Позади одного отряда в боевом построении уже находились иные, кто не вступал в битву с чужаками, и стали забрасывать парочку практикантропов стрелами вперемежку с камнями.

Укрыться от града без Астры было выше их сил. Амазонка сама почувствовала: если не вмешается — её спасителю не жить, а обязана ему по гроб собственной жизнью. Да выступила не одна — справа от неё Вый-Лох, а слева на подхвате Зуб. И за ними уже ломились иные практикантропы возглавляемые Баклицкой.

Татьяна и в схватке у пещеры отличилась, оприходовав колом одного из дикарей, расправилась ещё с парочкой и также при оружии. Что и говорить: наши женщины страшнее любого оружия, а и с ядерной боеголовкой не сравнить, если невзначай разозлить.

Даже Вежновцу влетело.

— Ты смотри, Танк, куда прёшь? Своих-то чё валить?

— Нех… лезть под руку! Ух…

Паштет присел на полусогнутых. Если бы не это, его могла зацепить не только Баклицкая, а и дикарь, бегущий с колом наперевес. Всё же зацепил — и именно Татьяну.

— Баки-и-и…

— В поряде я-а-а… — чуть сморщилась она.

Рана была ощутима для девчонки. Но она сдержалась, не расслабилась и не сдалась. Ей требовались ещё дикари.

— Да где ж я те их столько наберу? — оглянулся Паша. Рядом с ними столпились иные новоявленные практикантропы и также в изумлении поглядывали на Баклицкую. А что они хотели — девка под два метра ростом, и если двинет с отмашкой, а оттяжкой, мало никому не покажется.

Они кинулась сквозь них туда, откуда до неё донеслись отзвуки ожесточённой битвы. За ней и поспешили следом парни, прикрывая со спины — сначала вошли клином в пещеру, а затем вклинились и в отряд стрелков из числа людоедов, забрасывая их самих бутылками с зажигательной смесью.

Могли не стараться, Астра выставила защиту — блокирующую стену от дикарей, так что возникла ещё одна — огненная.

— Прекратить… Сейчас же… — заорал Мих.

— Отставить… — подсуетился Вежновец.

Практикантропам ещё повезло, что они не пожгли своих же сокурсниц. Дикари были ошеломлены, но до конца не сломлены. Многие из них уже успели вкусить плоды недавней так до конца не состоявшейся победы, видели: чужаков не так много. И если выбить их лидеров, как в случае с Варваром, то можно и с амазонкой совладать. А ночью она не столь сильна и опасна, как днём.

Это старейшина рода знал наверняка. Теперь настал его черёд проявить свои скрытые способности. Разорвав зубами вены на запястье, Ойё прокричал громко своё имя и окропил постоянно находящиеся в очаге малого пепелища круга черепа людей принесённых в жертву Духам Огня. Уж они-то непременно откликнуться на призыв верного слуги. И ни о чём таком давно их не просил, делая кощунственный ритуал впервые в жизни без посторонней помощи.

Рука воспламенилась — точнее кровь, сочившаяся из раны, вспыхнула, и стала управлять любыми проявлениями возгораний. Сюрприз для практикантропов был неожиданный и грянул как гром среди ясного неба даже для Астры. У неё оказался достойный противник. И не один. Иные старейшины готовились также принести в жертву и не свою кровь, а одной из пленниц.

— Ирка! Ворона-А-А… — зашлась Баклицкая.

Татьяну нынче было не удержать, она шла напролом точно танк, следуя принципу заядлого танкиста: лежачих не бьют — их давят.

Не тут-то было. Получив градом камней, она оступилась и повалилась. От добивания саму уже спасли практикантропы, успев оттащить под защиту амазонки.

Вот тут с ними случился очередной конфуз. У Молдовы вспыхнула бутылка с горючей смесью, и ведь не поджигал, напротив отпивал.

Из глотки практикантропа вырвался огонь. Он в одно мгновение превратился в некое подобие исчадия ада. Глаза выстрелили, и языки пламени вырвались не только из полых глазниц, а также ушей — и повалил дым из ноздрей.