Мария

Лишь тихо звякнула завинчиваемая крышечка бутылки, да Ленка тяжело вздохнула, будто силясь поднять груз, который ей не по плечу.

В этом мире снова сменилась Верховная ведьма. И это не было большой бедой – скорее традицией, законом природы. Но на душе отчего-то было так тоскливо, что хотелось выть. Громко и совершенно по-собачьи. Потому что только собаки могут так отрешённо и самозабвенно оплакивать смерть хозяина. И пусть Варвара не была моей хозяйкой… но подругой, соратницей… И если бы было возможно – я отдала бы за неё одну из своих девяти жизней. Точнее, из оставшихся трёх.

Жаль, не тот случай…

Гнетущую траурную тишину прервал весёлый гомон. Двери ресторанчика распахнулись и наружу вывалилась развесёлая толпа, возглавляемая с трудом держащимися на ногах молодожёнами. Я едва успела накинуть на место побоища плотную иллюзию, когда малявка резко переменилась в лице и с воплем «Мама!» бросилась к одной из празднующих.

– Ленка, ты что здесь делаешь? – всплеснула та руками. – Ты как сюда попала?

– Мам, я тебя искала. Ты же не предупредила, что задержишься. А я котлеты пожарила, а они уже остыли. И мне было так грустно, - бодро затараторила девчонка.

– Ты что, одна сюда пришла? Ты откуда вообще узнала, куда идти?

– Я не одна, я с Олегом приехала!

– С каким ещё Олегом? – нахмурилась мамаша. – Я тебе сколько раз говорила, что с незнакомыми дядями общаться нельзя.

– Он не незнакомый! Он сказал, что когда я вырасту, он на мне женится. Честное слово!

– А квартира? Она что, открыта? О, Господи! Это не ребёнок, это какой-то кошмар. За что мне такое наказание?!

– Я не наказание, я – ведьма, - попробовала возразить малявка, но родительница была непреклонна. Подхватив сопротивляющуюся дочурку на руки, женщина строевым шагом направилась к выходу из переулка.

А я осталась. Мне некуда было спешить.