Мастерская Бога

Блудницы с голыми ногами:

Плати деньгу и...

Разведут.

За ними

Весь в «металле» хлыщ,

Сусальной ниткою расшитый.

И пошловатый,

И фальшивый –

Впрямь

Новостей московских

Прыщ.

Впрямь слово «Фальшина»,

Когда

На избирателей вещает –

Им горы, реки обещает.

А что обманет - не беда.

А дальше демократ с «бичом»

Трещат

О собственных свободах.

Кубло жует,

Галдит и ходит,

И выясняет - «что почем...»

Спешат барышники,

Снуют

На улицах кремлевских,

Стольных.

Торгуются

На древних стогнах –

Мою Россию продают.

И к Горбачеву я иду

(ведь это сон,

где все доступно).

И говорю:

– Так жить преступно.

И надо бы кончать беду.

А он:

– Да, все они в тени.

Не можно

Усмирить «оралов».

А я:

– Погоны генерала...

И эМВэДэ мне подчини...

И, торопясь,

В мундир я влез.

И в кремль

Спешит моя бригада,

Дабы воров

И прочих гадов

Отправить на работу в лес.

И вот

Вступаю я в ЦК...

И Яковлева там встречаю:

– Билет на стол!...

И замечаю:

Приподнялась его рука.

И вороненый пистолет

В мои глаза –

Зрачок уставил.

Какую жизнь

Мне Бог оставил?

Секунду... Две...

Иль много лет...

И я выхватываю свой.

Стреляю...

Вы мой сон

Глядите.

И чувства гнева оживите,

Ведь подстрекатель-то

Живой.

... Они нас поняли давно,

Затюканных,

Наивно-шалых.

Вот нам

Понять бы не мешало:

Что в жизни этой

Нам дано?

Вот нам бы

Разобраться в них.

В последней схватке

Приобняться...

Чтоб разобраться

В снах своих,

Которые

Давно не снятся...

И Горбачев,

Себя кляня

За то,

Что сделал ферзем пешку,

Встает из-за стола

Поспешно

И тоже

Целится в меня.

А я кричу сквозь сон

С трудом:

– На стол!..

А он:

– Билет?.. О, Боже...

– Нет, пистолет.

С билетом - позже.

Предатель,

Будешь под судом.

И в дверь

(пером не описать):

– Товарищ Сталин,

Заходите.

Вновь ГКО

Нам учредите –

Пора Отечество спасать...

Но в мире –

Там, где я живу,

Теперь виденье мне иное.

«Начать» мог

«Мышленье» больное,

Кто мечен бесом наяву:

Генсек в ермолке –

Президент

Застыл

Перед «стеною плача».

Так что он

Для России значит,

«Моссада» тайный резидент?

* * *

Я вглядываюсь

В сложный век,

В нагроможденье лет,

Дистанций –

Здесь Сталин

Верхняя субстанция,

Не просто Русский Человек.

И мы поверили в него;

В сей сгусток волевой идеи.

Он, словно, жрец.

За всех радея,

Явил нам наше божество.

И были бронза и гранит –

Фетиш

Для слов и поклоненья.

Он -

В будущее устремленье,

Мечта,

Что тайну тайн хранит.

Он Символ Времени,

Он Икс,

Он Будущее...

Ждет за дверью.

Руси апостол,

Бич неверья,

Монаршья власть,

Идея-фикс.

Россия,

Он в твоих умах,

В твоих сердцах,

Тебя достойный.

Был твой Ведический,

Духовный

И Вождь,

И тайный Патриарх.

Он сам - Георгий.

В смертный бой

Вступивший

С дьявольскою силой.

Навечно

Спаяна Россия

С его неистовой судьбой.

Еще не стих тот ураган.

Народ терзают зло-напасти.

И живы

Рвущиеся к власти.

И... несть числа

Его врагам.

Как ненавидим ими он –

Для них нет хуже человека:

Он - Сталин

В мире на полвека

Притормозил в пути Сион.

А нас от дедов до внучат

Загнал в «ликбез»,

Чтоб мы листали

Букварь.

И по складам читали:

«мы не ра-бы –

pa-бы мол-чат…»

О...
–

Это «гриша; вина,

теперь

Не знать ему прощенья,

Одни

Пылают жаждой мщенья.

Другим заплачено сполна.

Они нам вешают лапшу,

Погрязшим в пьянстве

Идиотам.

Пронзенный змей

Глядит с киота.

И я…

О Сталине пишу.

Я в детстве,

Молча, перед ним

Стоял на сопке

Грустно-строгий.

Благоговейно камень трогал,

Высоким образом храним.

И там

Чугая в стылый час

Я снова видел под скалою.

Оно живет во мне – Былое,

В мое Грядущее стучась.

... Нас в бой

Вожди ведут всегда

Путем,

Который нам неведом:

Мол, перевесится победой

Народа страшная беда.

Нас контролируют в пути

Спецы, не избранные нами.

Нам чуждое

Всучили знамя,

И мы должны? под ним идти...

Вновь воскрешается кумир:

Зиновьев,

Каменев,

Бухарин -

С их бундовскими потрохами,

С их злобой

На славянский мир.

И Троцкий -

Засланный палач -

Из тьмы явил Сиона «лико...»

Доныне на Руси Великой

Крестьянский,

Сирый слышен плач.

Мы знаем:

Бедствие нас ждет.

В родной стране

На «тропке узкой».