Мастерская Бога

В делах сноровку,

И - мародерскую,

«Тоску».

И разогнать толпу свинцом:

Посмела встать

На президента. –

«Накрыть бы весь народ

брезентом,

чтоб не стоять

к лицу лицом...»

Он

Выполнит пред властью долг.

Наивному покажет веку, -

Мол, человек-то человеку

И был,

И есть,

И будет - волк.

Домой вернувшись, он хвалу

Себе из центра прочитает.

Свои трофеи подсчитает –

Что в Белом Доме на полу

Сорвал, спеша,

С полуживых,

Со страхом на него

Взиравших,

От ран жестоких умиравших

И пулевых, и ножевых.

На совесть власти

Ляжет гирей -

Обман во всей лихой красе?..

Народу уймища погибла,

А депутаты живы все.

Кого ни спросишь из рядов

Враждующих,

В ответ: - «... Подонки,

Жиды палят по Белу Дому...»

– В кого стреляете?

– В жидов.

Хитрец жидами объявил.

И тех, и этих.

Как ни странно.

И - недоношенных баранов –

Их друг на друга натравил.

О, век двадцатый –

Подлый век,

Дешевой краской размалеван.

Тобой осмеян и оплеван

Душевно честный человек.

О, век двадцатый –

Век хапуг,

Век торгашей

И казнокрадов,

Ты чужд

Родной земли укладу,

Ты взять спешишь нас

На испуг.

Ты говоришь:

«Народ - толпа.

Сим миром правят единицы».

Стремишься

Враз разъединить нас.

И... обрывается тропа.

И жизнь - тупик.

Жизнь - не с руки.

Кругом - разлад и разоренье.

Но вдруг приходит к нам

Прозренье

Хотеньям века вопреки.

И в час презренья своего

Мы тех,

Чью власть покорно сносим,

И высветим,

И строго спросим –

И кто они? И для чего?

Ну кто вы?

Рави?.. Мистер?.. Герр?..

Какого сердцем чтите бога?

Один - сверхрусский –

Эльцин Борух,

Другой - сверхрусский –

Ридигер.

Мои отныне Вам - три «ах».

Понять бы

Ваши нам поступки.

Се - разгильдяйство?

Иль преступность?,

Вы за Россию, патриарх?

Ведь Вы должны

Смотреть вперед.

И о расстреле

Дома знали.

Ну почему к стене

Не встали,

Собою заслонив народ,

По Тихону,

Не выбрав смерть?

Ну, почему? –

Скажите честно –

В бессмертье не ушли

Навечно,

Сказав преступнику:

– Не сметь!..

А?.. Трусость?..

Дрогнула душа?

Вы предпочли уйти молиться?

И Дом пожаром опалился.

Лупили пушки, нас круша...

И это - третье «ах» теперь.

А было перед ним второе:

Когда из жуликов героев

Для русских делали тетерь.

Дела их ныне на виду:

Один с автобуса свалился –

Был пьян –

И об асфальт убился.

Другой пытался на ходу

Проникнуть с тыла в БэТээР.

Погиб,

Хотя «калач был тертый».

А третий

Был подброшен мертвый –

Идейный враг эССэСээР.

Их

Устремились вы поспеть –

Безбожников да иудея -

Один - героями поделать,

Другой - святыми.

И отпеть...

«Ах» первое, - когда нищал

Народ,

Свершив работы горы,

Хоть президент

Добра по горло

На выборах наобещал:

И злата полную суму,

И суверенность без предела.

И выдал, не скупясь –

Расстрелы,

Да избиенья, да тюрьму.

Мы будем память бередить.

Он мастер выточки балясин:

Не сдержит слова –

Он согласен

На рельсы даже угодить...

И, людям не сказав: «Прости».

Он

На обманах развратился.

Тогда он к церкви

Обратился –

Она должна его спасти.

Какое писчее перо

В какой опишет новой драме:

Глядь, -

Кандидат в политбюро

Стоит со свечкой

В Божьем храме?

А перед этим заседал

На съездах величаво-строго.

Он в некий час предаст

И Бога,

Как раньше партию предал.

Свердловск... Свердловск...

Недобрый град –

Проклятье на тебе от века –

Ты миру злого человека

Однажды дал. Теперь наград

Каких-то ждешь...

Здесь раньше был

Несчастный царь

С семьей расстрелян, -

Их прах святой

В тебе затерян.

И мать-Россию ты забыл.

А имя - улицы несут –

Убийцы русского народа.

Не потому ли год за годом

Ты приближаешь Божий Суд.

* * *

Я уношусь в далекий мир,

Лежащий

В ранней дымке чистой,

Где по дорогам

Бродит Кристов –

Надежда мира и кумир.

Он славянин.

Он Божий Сын.

Женою плотника воспитан.

И фарисеями испытан

Под взглядом злобным

И косым.

Сюда Он волею Отца

Пришел к заблудшему народу.

Был предан.

Был Иудой продан.

Украшен тернием венца –

Гуманный - Он Добро творил,

С людьми встречаясь

На дорогах.

Виновный -

Знал Он слишком много

И людям правду говорил.

Так совершит неправый суд,

Живя гордыней, Иудея.

И грех сыны ее посеют

И русским злобу понесут.

А боль за нас

С главы до пят

Пронзит пророка.

... Бедолагой,

Неловким вором и бродягой,

Он будет назван.

И... распят.

И терпеливого к судьбе,

Христа проверит

Час успенья.

Бог примет Сына искупленье