Меир
Шрифт:
Меир захихикала, ей показалось это забавным. Кристина и Петр в темноте улыбнулись. Они уже успокоились и просто слушали ее. Свет луны падал на Меир, и она в темноте комнаты становилась самым ярким пятном. Ее волосы блестели, словно сотню маленьких светлячков вплели в ее косички.
Меир продолжила:
– Там я поняла, теперь бы я сыграла на самую высокую оценку. А пока мы шли туда, то прошли мимо большой елки, она была вся в огнях, а вокруг нее катались люди и радовались, смеялись. Они забыли обо всем на свете и стали настоящими, близкими к нам. – Меир сглотнула и повернулась
Петр взял Меир на руки и спустил с подоконника:
– Одевайтесь, мы пойдем на елку и будем кататься на коньках вокруг нее.
– Правда? – по-детски радостно спросила Кристина.
– Конечно! Афанасий тоже можешь идти с нами, если хочешь.
Кот с демонстративно высокомерным видом спрыгнул с подоконника и прошел мимо.
– Не хочет? – спросил у Меир Петр.
Меир пожала плечами:
– Не сказал.
Кристина со словами «я вспомнила» выбежала из комнаты и через несколько минут вернулась, держа в руках маленькие коньки.
– Это еще мои! Сохранились, – с гордым видом проговорила она.
– Тогда не будем терять времени, – произнес Петр. Кристина и Меир захлопали в ладоши.
Семья из двух взрослых, маленького ангела и очень ворчливого кота шла по ночной и пустой улице. Каждый в руках нес свою пару коньков, конечно, кроме Афанасия, который с видом главного бежал впереди.
Хоть и на улице было светло от уличных фонарей, луна для них была путеводной звездой. Петр шутил, что они, словно великие заговорщики под покровом ночи идут на свое дело.
Меир спросила:
– А вы умеете кататься?
Кристина взяла за руку Петра:
– Мы на катке и познакомились. Я стояла у бортика, а он решил, что мне нужна пара уроков катания. Я сказала тогда, что, конечно, необходима помощь, ведь он мне сразу понравился.
Петр засмеялся:
– Да-да, не сказала в тот раз, что катаешься намного лучше меня. Еще и прыжки сложные выполняешь!
Кристина наигранно возмутилась:
– Я же потом рассказала, честно созналась.
– На каком по счету свидании? – спросил Петр игриво.
– Хм, на третьем?
За разговором они вышли на главную улицу, которая вела прямо к елке. Даже издалека было видно, как светятся на ней гирлянды. Меир прервала легкий спор восклицанием и потянула Кристину за руку:
– Вон она, пойдемте быстрее.
– Дорогая, она никуда не денетсяя
Меир остановилась и посмотрела на Кристину:
– Она – нет, время уйдет.
Отпустив руку Кристины, Меир побежала к елке. Кот мяукнул, когда она его обогнала, и последовал за ней.
– Ну не ворчи, ты всегда будешь первым,– ответила ему Меир.
Афанасий, конечно, обогнал ее. Кристине и Петру ничего не оставалось, как побежать за Меир и котом.
Это была странная ночь!
Это был необычный декабрь со своими чудесами.
Кристина и Петр быстро догнали Меир с котом. Они бежали по главной улице к огромному пустому катку, где не было уже детского утреннего смеха и не кружились хлопья снега. Только наряженная елка напоминала об увиденном дневном
веселье. Как только цель была достигнута, кот прыгнул на лед, Меир закричала:– Стой, там же скользко!
Поздно. Афанасий катился по направлению к елке. В этот момент с неба стали падать звезды. Петр быстро переодел коньки и покатился за котом.
Кристина заворожено смотрела на небо. Меир успевала смотреть везде: то в небо, то на кота, то на елку, то на Петра.
Звезды застыли в нескольких метрах над землей.
Меир села на снег и стала переодевать коньки. Кристина, заметив это, воскликнула:
– Что же ты делаешь? Ты так замерзнешь очень быстро!
Она подняла Меир на ноги, отряхнула ее от снега и посадила на бортик, помогла ей завязать шнурки.
Кристина поставила на лед Меир и сказала:
– Будь осторожнее, я сейчас присоединюсь.
Навстречу Меир катился Петр с Афанасием на руках.
Кот ворчал:
– Да чтоб хоть раз еще! Позор! Ну, хоть никто не видел!
Меир звонко засмеялась на ворчание кота:
– Никто, кроме нас и их!
Все посмотрела туда, куда указывала Меир – в небо. Звезды пришли в движение и медленно приближались к земле. Уже можно было разглядеть очертания ангелов. Они были больше, чем Меир, но немного меньше, чем обычные люди. Меир медленно, запинаясь, шла к елке.
– Ох, никуда мне теперь не уйти от шуток про этот позор! Теперь все ангелы будут знать. Даже слышу уже: «Кот-фигурист, когти есть, а грации нет!» – последнее, что услышала Меир от Афанасия, а дальше все вокруг заполонил звон колокольчиков. Она почувствовала запах шоколада и сразу же сняла варежку и засунула руку в карман, в котором, как обычно, лежало маршмелоу. Меир заулыбалась, ей стало очень легко и весело. Она остановилась. Ангелы стали спускаться на лед и окружать ее. Каждый из них держал перед собой сферу. Внутри что-то бурлило и меняло счет от голубого до темно-синего.
Кристина заступила на каток.
– Лучше останьтесь здесь, это их время! Час ангельского переворачивания снов!
– Что? – спросили все трое, при этом Кристина подпрыгнула от неожиданности, Петр резко повернул голову в сторону говорящего, а кот очень громко мяукнул.
Перед ними стоял высокий ангел, ростом примерно четыре с половиной метра.
– Ну, тебе ли кот не знать?– Арке ответил только одному.
– Арке? – кот мяукнул тихо, но ангел все равно услышал.
–Арке-Арке! – ответил ангел и стремительно уменьшился до размеров обычного человеческого роста. – Прошу прощения, не представился и появился в таком виде. В привычном для себя, но пугающем для вас.
Афанасий спрыгнул с рук Петра и подбежал к ангелу.
Петр подошел к Кристине и встал рядом с ней.
– Вы не пугаете нас. Вы за Меир? – дрогнувшим голосом спросила Кристина.
Арке присел на корточки и начал гладить Афанасия.
– Меня зовут Арке, я – ангел.
Кот хмыкнул, вспомнив, как Меир представилась ему.
– Где же вас так глупо представляться учат?
Арке усмехнулся, но отвечать Афанасию не стал, только еще сильнее почесал ему за ухом.
– Презабавный кот. Слишком болтлив только, не мешает?