Мэй
Шрифт:
– Думаешь, прокатит?
– засмеялась Мэй.
– Знаю. Наглость - второе счастье, так что будешь моргать своими новыми большими глазками, глубоко дышать обновлено грудью и вообще использовать свое женское обаяние по полной. Можешь начинать тренироваться на нас с Марком. Кстати, как продвигается изучение жизни мисс Феерии?
– Я все прочла, теперь иногда возвращаюсь к дневнику, чтобы лучше запомнить окружающих ее персонажей.
– Умничка, - похвалил Пол.
– А я тебе еще кое-что расскажу. Я общался с прислугой этой мадмуазель и мне сообщили, что дамочка была довольно самовлюбленной и истеричной. Она мнила
– Но это еще не все. Мисс Феерия была подвержена истерикам, причем закатывала она их на пустом месте. Она могла молчать, когда что-то шло не так, но потом взрывалась и начинала орать в совершенно спокойной ситуации. Дома с работницами, с обслугой в гостиницах и ресторанах, она вела себя как королева.
– Унижала?
– уточнила Мэй.
– Нет, снисходила.
– А я обязана вести себя так же? У меня же амнезия.
– Не обязана, но иногда можешь и поситерить, память тела, так называемая.
– Ладно, - кивнула девушка.
– Спасибо за информацию.
– Не за что, - улыбнулся Пол.
– Марк не сказал когда бинты будет снимать, а то мне уже интересно что вышло.
– Сказал завтра, - улыбнулась Мэй.
– Мне тоже не терпится, хотя и страшно до жути.
– Не переживай, если не получилось, то полиция в протоколах напишет что над мисс Феерией еще и жестоко надругались, изуродовав ее. Это шутка, - поспешил добавить Пол.
– Правда шутка, все получится, Марк мастер.
– Ой. Пол вернулся, - из дома вышел Марк.
– Как поездка?
– Более чем, - Пол пожал другу руку.
– Вы я вижу тут тоже не скучали.
– Марк, я все хотела спросить, но забывала, а что ты резал на ноге?
– спросила Мэй.
– У Маринеллы что-то с щиколоткой было?
– Еще и на животе, - переглянувшись с Марком, улыбнулся Пол.
– Ну, в районе лобка, если ты заметила.
– Я заметила, но что там? Шрамы от операций?
– Не томи девочку, Пол, - улыбнулся Марк.
– Татуировки там, - сам ответил он.
– Что?
– Мэй широко открыла глаза и тут же прищурилась, стало больно.
– Татуировки, - насмешливо повторил Пол.
– Наша великая актриса имела парочку. Ты должна была на фото видеть.
– Я думала это рисунок, - воскликнула Мэй.
– Господи, только этого мне не хватало.
– Видишь, не хватало, а я тебе сделал, - сказал Пол.
– Надеюсь, если у нее болезни какие-нибудь были, вы мне их прививать не станете?
– Не станем, - пообещал Пол.
– Да и здорова она была как лошадь.
– И на том спасибо, - вздохнула Мэй.
– Всегда, пожалуйста. По поводу предстоящей жизни мысли есть?
– В общих чертах. Для начала я собираюсь закончить актерскую карьеру, публичность мне совершенно не сдалась, потом найду Лоренсо Кена и верну ему то что украла, а потом еще не знаю.
– На счет карьеры, совершенно напрасно, - прокомментировал Марк.
– Ты часто напеваешь что-то, у тебя не плохой голос.
– Так Феерия же не певица, - усмехнулась Мэй.
– Пела она не плохо, но и не сказать чтобы особо хорошо.
– Значит, от стресса у малышки Маринеллы откроется голос, - хмыкнул Пол.
– Сейчас много музыкальных фильмов снимают.
– Но меня же раскусят на первой
же съемке.– У тебя потеря памяти, помнишь? Почитай пока материалы по актерскому мастерству, интервью актеров и режиссеров о съемках.
– Почитаю, - пообещала Мэй и пошла в дом.
*
Сью Смит выписали из больницы через неделю после последнего звонка Мэй. Женщина бродила по дому и не знала куда себя деть. В поселке страсти вокруг Мэй немного поутихли, помог этому Стэн Капур, рассказавший о вкладе девушки в борьбу с беглыми арестантами.
В дверь постучались, и Сью замерла, а вдруг Мэй, но это оказался Олав, принесший ей поесть.
– Мама велела отдать, - протянул он тщательно завернутые тарелки.
– Может вам еще что-нибудь нужно?
– Спасибо милый, - улыбнулась Сью.
– Что бы я без вас делала.
– От Мэй новостей нет?
– Олав замялся в дверях.
– Жаль. Если позвонит, привет ей передавайте от меня и от ребят наших.
– Вы ее простили?
– обрадовалась Сью.
– Не все, - грустно вздохнул Олав.
– Но многие простили.
– Я напишу ей об этом, - улыбнулась старушка.
– Я дневник для нее веду.
– Я знаю, мама говорила. Беки тоже для нее пишет, надеюсь, Мэй читает. Ее ведь не убьют, Сью?
– с надеждой спросил парень.
– Мы ведь в цивилизованном мире живем, правда?
– Конечно, - подтвердила Сью.
– Просто она прячется и не хочет подставлять меня под удар. Уверена рано или поздно она появится.
– Значит, будем ждать, - улыбнулся Олав и, простившись, ушел.
– В цивилизованном мире, - грустно повторила его фразу женщина.
– Твоими бы устами, внучок.
Сью немного поела и убрала остатки в холодильник, где таких недоеденные тарелок стояло уже с дюжину.
– Забыл что ли что-то?
– удивилась она стуку в дверь.
– Открыто, заходи, - но стук повторился.
– Ну что ж ты как не родной? Ой, - на крыльце стоял вовсе не Олав, а лейтенант Терри Джонс.
– Добрый вечер, миссис Смит,- поприветствовал он женщину.
– Добрый, - удивленно кивнула Сью.
– Вы?
– Я, - согласился мужчина.
– Позволите войти?
– Да, конечно, - Сью отошла от двери, пропуская гостя в дом.
– Вот уж кого не ожидала, - усмехнулась она.
– Почему?
– Терри зашел и закрыл дверь.
– Ну не знаю, вы ведь видели как Мэй уводили.
– Именно поэтому я и приехал, - кивнул Терри.
– От нее есть какие-нибудь известия?
– Нет, - вздохнула Сью.
– Вам она, как я понимаю, тоже не звонила?
– К сожалению, нет, - покачал головой мужчина.
– Да вы проходите, - Сью провела мужчину в гостиную.
– Спасибо, - Терри прошел в комнату и сел на край дивана.
– Я не из Агентства, правда, - нарушил он затянувшуюся тишину.
– Вы из армии, - грустно улыбнулась Сью.
– Почти одно и то же.
– Вы не правы, - мужчина встал.
– У нас приказ не мешать, но мы не заодно. Не верите?
– Я уже не знаю кому верить, - вздохнула Сью.
– Я очень привязалась к Мэй и она хорошая девочка, что бы кто не говорил.
– Я это знаю, потому и приехал. Расскажите мне о ней.
– А что вам рассказать? На самом деле ее зовут Ангел.
– Это я знаю, - улыбнулся Терри.
– И то, что она не та за кого себя выдает, я понял еще тогда на празднике.