Мэй

– Снято, - сообщил мистер Рипли.
– Всем спасибо. Мэй, ты превзошла саму себя. На сегодня свободна, послезавтра снимает эпизод под дождем. Учи роль.

– Я справилась?
– ошарашено спросила Мэй.

– Да, - Адам сиял, будто это был его личный успех.

– Конечно, справилась, - Ту обнял девушку за талию.
– О, прости, - он убрал руку в ответ на укоризненный взгляд Мэй.
– Знаешь, ты будто переродилась.

– Наверное, это последствия потери памяти, - робко предположила девушка.

– Наверное, - охотно согласился Ту.
– Правда я еще не понял мне радоваться этому или переживать.

– Я стала хуже?

– Да нет же, не хуже, просто какой-то другой. Впрочем, играть ты стала лучше. Ладно, мне надо работать, еще увидимся.

Дома Мэй никак не могла успокоиться, она пыталась сесть и спокойно проанализировать сложившуюся ситуацию, но у нее не получалось. Как же ей не хватало кого-нибудь, кто мог бы ее просто выслушать. Она несколько раз набирала номер, оставленный Полом на крайний случай, но все время сбрасывала его. Это не крайний случай, нет. Она должна, просто обязана разобраться сама, не перекладывая ответственность ни на кого другого. Но тут вдруг Пол позвонил сам.

– Привет красавица, - улыбнулся он.
– Как успехи?

– Вроде пока ничего, - попыталась улыбнуться Мэй.
– А как у вас?

– Да лучше всех, - ответил мужчина.
– Рассказывай, что-то не ладится? Я же вижу ты сама не своя.

– Хорошо же ты меня изучил, - вздохнула Мэй.
– У меня не вышло отказаться от работы, - поделилась она.
– Маринелла подписала контракт, еще до похищения ну или пропажи и мне пришлось его выполнять.

– Детка, у тебя же амнезия, - вздохнул Пол.
– Не помню, не знаю, что было за то не отвечаю.

– Не прокатило, - вздохнула Мэй.
– Там неустойка в полсотни, так что пришлось сниматься.

– И как?
– заинтересовался Пол.

– Вроде получилось, - вздохнула Мэй.
– Но там полно тех кто знал Маринеллу. Понимаешь, они говорят, что я другой стала, что играю по-другому.

– Амнезия, - напомнил Пол.

– Я на нее постоянно и ссылаюсь, но мне все равно страшно. И потом через пару месяцев "Саманта" выйдет на экраны, понимаешь?

– "Саманта", говоришь, надо будет посмотреть, - улыбнулся Пол.
– Ну а если серьезно, то все идет хорошо. Тебя проверили, я узнавал. Между прочим, в Агентстве тоже проверяли, они теперь с полицией тесно контактируют. Проверку ты прошла, никаких сомнений в том что ты Маринелла Феерия ни у кого нет. Глубокая потеря памяти, а у тебя она именно такая, любого меняет очень сильно. По сути, это перерождение, так что ничего не бойся. Можешь ссылаться на труды психологов по этому вопросу, я тебе на почту сброшу пару книг.

– Спасибо, - вздохнула Мэй.
– Мне так надо было хоть с кем-то об этом поговорить.

– А чего не позвонила?
– улыбнулся Пол.

– Но это же не крайний случай, - смутилась Мэй.

– Тут ты права, не крайний, - согласился Пол.
– Кстати, я чего звоню, нам с Марком тут пришла в голову замечательная идея, как тебе вернуть своему Лоренсо его формулу и не засветиться при этом.

– Вот как?
– удивилась Мэй.
– И какая же?

– Простая, как все гениальное, - улыбнулся Пол.
– Слушай.

*

Лоренсо Кен родился и вырос в Кувере, он уезжал оттуда только на время учебы в институте, но по его окончании вернулся. Сколько Лоренсо себя помнил, он всегда что-то изобретал. В детстве это была переделка игрушек, правда родители почему-то считали, что он их не переделывает, а ломает. В более старшем возрасте Лоренсо пытался что-то делать сам. Лет в двенадцать он изобрел моноцикл - одноколесный мотоцикл и ужасно расстроился, узнав, что подобное уже изобретено до него. А когда в школе начались занятия по химии, Лоренсо просто заболел. Заболела голова и у его родителей, потому что эксперименты сына частенько заканчивались взрывами или химическими ожогами. Но Лоренсо рос, росло и его мастерство. Взрывов и прочих неприятностей избегать, конечно, не получалось, но зато результатов стало больше. Когда родители умерли, Лоренсо остался жить в доме со своей младшей сестрой Софией и ее семьей. Сам он так и не женился, но в принципе его все устраивало. Так продолжалось то того злосчастного пожара у него в подвале, когда помимо самого Лоренсо, он дыма и реактивов пострадали еще и Сильвио, его племянник и подружка мальчика, Мэй. Тогда они крупно поругались с сестрой, и та попросту выставила его из дома, заявив, что в его возрасте давно уже пора иметь свое жилье. В Кувере деваться Лоренсо было некуда, кроме Софии у него никого не было, и тогда он решил поехать в Тауэр. Тут Лоренсо довольно быстро снял малюсенькую квартирку и устроился почти по специальности на завод, производящий лекарства. Вообще-то он по образованию был инженер- химик, но так как работать по специальности ему не довелось, то на завод его взяли простым лаборантом. Целыми днями Лоренсо следил за тем чтобы к резервуарах было достаточно нужного сырья, ну и проводил пробы на выходе.

Сначала Лоренсо сильно обижался на сестру, но потом все же решил что как старший должен пойти на примирение первым. Тогда-то он и сообщил сестре о том где он и как, а сестра рассказала ему новости, от которых Лоренсо долго не мог придти в себя. Сестра рассказала, что та самая девочка, подруга его племянника, оказалась шпионкой, охотившейся за его формулой, той самой что погибла при пожаротушении. Лоренсо сначала разозлился, ну а потом поостыл и стал вспоминать. Он хорошо помнил испуганные глаза Мэй, когда она спрашивала, неужели все погибло. И про лекарство. Он то думал, что девочка действительно сочувствует, а выходит, она переживала из-за своего задания. Не стыковывалось у Лоренсо только одно, если Мэй была шпионкой Агентства, то почему они же ее и арестовали. Он возвращался к этим мыслям снова и снова, но ответа не находил. Сестра пролить свет на эту загадку тоже не смогла. Пару месяцев назад София рассказала, что Мэй снова ищут и снова Агентство. Это все запутывало окончательно. Может быть, она не выполнила задание и прячется? Но какой в этом смысл? Формула действительно погибла, не расстреляют же ее за это.

Этим летним пасмурным днем, Лоренсо как всегда по окончании смены шел домой. Он попрощался с коллегами и свернул на свою улицу. Идти было не близко, но зато через парк, а парк напоминал Лоренсо о доме.

– Лоренсо, - окликнул мужчину женский голос. Мужчина обернулся. Женщина стояла у дерева, невысокая, явно горожанка, в большой широкополой шляпе, закрывавшей лицо А еще у нее был такой врез на комбинезоне, что будь она даже без шляпки, лицо Лоренсо вряд ли бы запомнил, хотя большие синие глаза в память врезались.

– Вы не уделите мне несколько минут, мистер Кен?
– проворковала женщина.

– Я?
– удивился Лоренсо.

– Вы, - улыбнулась женщина.
– Прошу вас, всего пару минут.

– Конечно. Чем могу помочь?

– Пройдемся?
– предложила женщина.

– Давайте.

Женщина взяла Лоренсо под руку и повела в глубь парка, туда, где было совсем безлюдно.

– А куда мы идем?
– наконец решился спросить мужчина.

– Туда где мы сможем поговорить без свидетелей, - улыбнулась девушка. Лоренсо показалось, что он уже видел ее, но где вспомнить он не смог.

– Здесь, наверное, уже можно, - незнакомка подняла поля шляпы и внимательно посмотрела Лоренсо в глаза.

Лоренсо очень старался не подавать виду, но ему вдруг стало страшновато. Зачем она завела его в дебри? Что ей надо? Может это одна из тех сумасшедших, о которых рассказывали на заводе, богатые дамочки, любящие совокупляться с незнакомыми мужчинами. Да нет, она вроде на такую не похоже.

– Я хочу вернуть вам это, - женщина достала из сумочки толстый блокнот.

– Что это?
– Лоренсо автоматически открыл протянутую ему толстую тетрадь, и у него перехватило дыхание, в блокноте, аккуратно были записаны его пропавшие формулы.

– Я заламинировала, чтобы они больше от реагентов не погибли, - улыбнулась женщина.

– Но.... Откуда?
– Лоренсо поднял глаза на свою спутницу.
– Кто вы?

– Это не важно, - улыбнулась женщина.
– Я возвращаю вам то что вам принадлежит.

– Но тут не только мое, - Лоренсо заметил дополнения к формулам.

– Это что-то вроде компенсации и извинений за содеянное.

– От кого извинений?

Женщина слегка склонила голову к плечу и улыбнулась, как улыбаются несмышленым детям.