Мик Джаггер

В 2004 году в Лос-Анджелесе умер шестидесятичетырехлетний Дэвид Джоув. Джоув был чудаком, ошивался на отшибе панк-культуры Западного побережья, со своей «Театральной труппой новой волны» продюсировал одну из первых кабельных телепрограмм, ставил музыкальные клипы и в своей сумрачной студии в Фэрфаксе проводил модные показы. Настоящая его фамилия, отброшенная в конце шестидесятых, была Снайдермен. После него в Интернете остались многочисленные фотографии, на которых он, в окружении своих театральных друзей, предстает в густом гриме, — и все равно в нем безошибочно узнается гость, которого Майкл Купер сфотографировал в обнимку с Китом Ричардом на пляже Уэст-Уиттеринга за несколько часов до полицейского рейда. Те же короткие кудряшки… те же выпуклые скулы, точно у актера из артхаусного кино… Дэвид Джоув и был Кислотным Царем Давидом.

Одной из немногих, кто узнал его тайну, стала англичанка Мэгги Эбботт; она была актерским агентом в Лос-Анджелесе и, по странному совпадению, почти все 1970-е представляла в Голливуде Мика. С чудаком Джоувом она впервые встретилась по делу в 1980-х, затем они подружились. В конце концов Джоув поведал ей, что его настоящая фамилия Снайдермен, и изложил всю историю, взяв с Эбботт клятву молчать.

В январе 1967 года он был незадачливым телевизионным актером, мотался по Европе с американскими хиппи и наконец прибыл в Свингующий Лондон. В аэропорту Хитроу его замели за наркотики в багаже — предполагалось, что его посадят за решетку, а затем мигом депортируют. Однако британская таможня передала его каким-то «серьезным мужикам», которые намекнули, что работают на службу внутренней безопасности МИ5, и сказали, что у него есть способ «выкрутиться». Ему полагалось внедриться в окружение «Роллинг Стоунз», снабдить Мика Джаггера и Кита Ричарда наркотиками, а затем подставить под арест. За это ему не станут предъявлять обвинений и позволят беспрепятственно уехать из Великобритании.

Он рассказал Мэгги Эбботт, как легко ему, столько знавшему об ЛСД, оказалось внедриться в тусовку Кита и получить приглашение в «Редлендс», куда он повез «солнышко», которому надлежало стать уликой. Дела пошли слегка наперекосяк, когда полицейские вместо «солнышка» обнаружили амфетамины в пиджаке у Мика и героин у Роберта Фрейзера. Однако результат был достигнут, двух «Стоунз» взяли с поличным, и Снайдермен улетел из страны с остатками своей кислоты, как и было обещано.

В «Редлендс» незадолго до налета он едва не выдал себя, когда — видимо, забывшись на приходе — таинственно заговорил с Майклом Купером о шпионаже и слежке, — «прямо как Джеймс Бонд какой-то… всякое ЦРУ». Спустя тридцать лет в Лос-Анджелесе он признался Мэгги Эбботт, что МИ5 наняла его от имени ФБР, а точнее, отдела под названием КОНТРРАЗВЕДПРО (Контрразведывательная программа, COINTELPRO), созданного директором ФБР Дж. Эдгаром Гувером в 1920-х для защиты национальной безопасности и существующего общественного и политического порядка. Почти сорок лет КОНТРРАЗВЕДПРО боролась с так называемыми подрывными элементами, от коммунистов, социалистов и советских шпионов до правозащитников, черных радикалов, феминистов и протестующих против войны во Вьетнаме, не подпадая под традиционные ограничения, налагаемые демократией и моралью. Методы этой организации, из-за которых сенат в 1971 году начал расследование ее деятельности, включали в себя незаконную слежку, дезинформацию, грабеж, подделку, заговоры и притеснения.

К 1967 году КОНТРРАЗВЕДПРО занялась подрывным влиянием рок-музыки на американскую молодежь, особенно британской рок-музыки, а совсем особенно — музыки, какую играли «Роллинг Стоунз». Если взять двух «Стоунз» за хранение наркотиков, в ближайшем будущем американской визы им не видать. Британские службы безопасности с дорогой душой пособили в деле подрыва этой угрозы обществу. А как только их возьмут тепленькими — во всяком случае, так дали понять Снайдермену, — на очереди будут и «Битлз».

Снайдермен сделал все, что от него потребовали, а потом держался в тени и даже сменил фамилию, но в награду за сотрудничество получил, как он выразился, «целую жизнь страха». КОНТРРАЗВЕДПРО уже не существовала, но весь остаток дней он опасался, что серьезные люди, вывезшие его из Великобритании в 1967 году, вернутся и устроят так, чтобы он ничего никому не разболтал. Мэгги Эбботт несколько раз пыталась уговорить его обнародовать эту историю, но настаивать не решалась. Он не расставался с пистолетом, и, когда из его программы ушел Питер Айверс, Снайдермена заподозрили в его убийстве. [183] Превратившись в Дэвида Джоува, он вскоре женился на комической актрисе Лотус Уайнсток, чей брат Джоэл тоже выяснил его настоящую фамилию. Джоув обронил перед Джоэлом пару-тройку намеков на «редлендскую» историю, но пообещал, что убьет, если Джоэл хоть словом кому-нибудь обмолвится.

183

Питер Скотт Айверс (1946–1983) — американский музыкант, помимо прочего — автор музыкальной пьесы «Иисус, страстное действо для американцев» (Jesus, A Passion Play for Americans, 1971) и песни «На небесах» (In Heaven) для фильма Дэвида Линча «Голова-ластик» (Eraserhead, 1977), с 1981 г. вел телепередачу «New Wave Theatre» лос-анджелесского телеканала KSCI. В 1983 г. был обнаружен мертвым у себя в квартире — его забили насмерть молотком; убийца так и не был найден.

Ко дню своей смерти в 2004 году Джоув так ни в чем и не признался, хотя две главные жертвы «редлендского» налета, Мик и Марианна, уже знали, кто он такой.

Глава 10 «Мик Джаггер и Фред Энгельс об уличных боях»

Любая современная звезда после таких ужасов, скорее всего, обратилась бы к психотерапевтам или, по крайней мере, на неопределенный срок удалилась бы на затерянный в океане тропический остров. Мик, однако, пережил эти испытания, сохранив относительное здоровье души и тела, и никакого отдыха или восстановления сил, кроме нескольких дней в Ирландии с Марианной, ему не потребовалось. Как обычно, он неуклонно двигался дальше — вчерашний день его не заботит, его интересует только завтра. А переживания, которые могли бы искалечить душу, вскоре пали жертвой его знаменитой амнезии. Спустя несколько лет он утверждал, что забыл даже, в какой тюрьме находился.

Не меньше удивляет явное отсутствие у него желания отомстить или отыграться, хотя способов было навалом. В газетах не напечатали интервью «Мик Джаггер: Мой тюремный ад»; не случилось серии негодующих выступлений в телевизионных ток-шоу; не заключалось жирных контрактов на книгу, которую срочно выпустят в Великобритании, Штатах и еще в десятке стран, что хотя бы отчасти возместит кучу денег, потраченных на адвокатов. Тогда казалось, что он просто признает, как ему повезло; спустя сорок лет, когда всякая знаменитость целыми днями ноет и жалуется, его сдержанность поражает воображение.

В смысле музыкальном губы его тоже, в общем, остались затворены. Название следующего сингла «Стоунз», песни Джаггера и Ричарда «We Love You», выпущенного в августе 1967 года, читалось равно как сатира на хипповские ценности, благодарность поклонникам за поддержку или саркастическое подставление другой щеки недавним преследователям. Вся песня выстроена вокруг отнюдь не хипповского энергичного фортепианного риффа, записывалась перед слушаниями по апелляции, а бэк-вокальные партии анонимно исполнили Джон Леннон и Пол Маккартни. Невзирая на вступительный грохот двери в камеру, Миков текст заглушен до детского лепета: «We don’t care if you hound we, and love is all around we… your uniforms don’t fit we… We forget the place we’re in…» [184]

184

Зд.: «Плевать, что вы охотитесь на мы, сплошная любовь окружает мы… униформы ваши не налезут на мы… Мы забыли, где же мы есть…» (искаж. англ.)

Самоидентификацию с былой жертвой мстительной британской юридической системы подчеркнул видеоклип, который выпустили на телевидении для рекламы «We Love You» на случай, если Мик и Кит не смогут рекламировать его лично. Цветной клип Питера Уайтхэда пародировал суд над Оскаром Уайльдом: Мик играл Уайльда, вплоть до фирменной зеленой гвоздики в петлице. Кит изображал судью в размахаистом парике с кудряшками из свернутых документов, а стриженая Марианна в брюках играла немезиду Уайльда, лорда Альфреда Дугласа. В какой-то момент на стол судье нарочито вывалили меховую шкуру; затем Марианна жестикулирует огромным, видимо, косяком; потом камера показывает Брайана Джонса, потного и пустоглазого, с викторианскими бакенбардами, — этот к действию отношения не имеет.

Сингл вышел сразу после успешного выступления Мика и Кита перед лордом главным судьей и должен был мгновенно стать номером один, тем более с клипом на столь актуальную тему. Однако «Самые популярные» на Би-би-си клип запретили (хотя его показывали по всей Европе); песню выпустили оборотом к «Dandelion», и сингл добрался только до 8-й позиции в Великобритании и 14-й — в США. Даже в роли саркастического хипья «Стоунз», очевидно, оказались для своих поклонников несколько чересчур. И такое, увы, случится еще не раз.

Отнюдь не все аплодировали решению Высокого суда или были очарованы мягкой, умной бабочкой, заловленной в сети на «Мире в действии». По результатам опроса «Дейли миррор», 46 процентов читателей считали, что Мик заслужил наказание и должен был отсидеть срок целиком. Судья Лесли Блок не поколебался в своем убеждении, что оказал обществу услугу, посадив двух «Стоунз», — хотя, к его раздражению, немощность не позволила суду высшей инстанции поддержать приговор. Спустя несколько месяцев, выступая перед другими сассекскими землевладельцами, Блок играл своей фамилией и фамилией своей несостоявшейся жертвы, цитировал знаменитую строчку из шекспировского «Юлия Цезаря»: «You blocks, you stones, you worse than senseless things!» [185] — явно в адрес высших судебных инстанций. «Мы старались как могли — ваши сограждане, мои коллеги-магистраты и я, чтобы обтесать эти „камни“, — покаянно сообщил он землевладельцам. — Но не судьба. Апелляционный суд отправил их кататься дальше».

185

«Колоды, камни! Нет, вы хуже скал» (англ.). Уильям Шекспир, «Юлий Цезарь», акт I, сцена 1, пер. И. Мандельштама.

Невзирая на благородное самопожертвование Мика, желавшего защитить репутацию Марианны, суд превратил их в самую скандальную британскую пару со времен короля Эдуарда VIII и Уоллис Симпсон тридцать лет назад, [186] хотя даже в том скандале, потрясшем самые основы конституции, не фигурировала «девушка в меховом покрывале» или батончик «Марс». Сегодня любой производитель шоколада несомненно помчался бы на телевидение с рекламным роликом, лукаво намекающим на возможности продукта помимо его пищевой ценности. («„Марс“ заполняет пустоты»?) Но в то время, несмотря на вседозволенность Свингующих Шестидесятых, британские нравы по-прежнему густо пропитывало пуританство, и Мик с Марианной чаще оказывались не знаменитостями, но париями. 11 августа они сделали единственный перерыв, который понадобился Мику, — на четыре дня полетели в Ирландию к пивному наследнику Десмонду Гиннессу. Они не договорились о том, чтобы Том Кейлок встретил их в Хитроу по возвращении, и вынуждены были взять такси на стоянке. Первые два таксиста, к которым они обратились, не пожелали их везти.

186

Британский король (1936) Эдвард VIII (1894–1972) спровоцировал конституционный кризис, вознамерившись жениться на Уоллис Симпсон (тж. Уоллис Спенсер, в девичестве Бесси Уоллис Уорфилд, 1896–1986): она была дважды разведена, а король номинально возглавлял Англиканскую церковь, не признававшую разводов; в результате 11 декабря 1936 г. Эдвард VIII был вынужден отречься от престола.