Мои миры
Шрифт:
– Бросьте вы спорить, мужики. Новый год ведь.
– Ну и что, что Новый год?– спросил Август.
– Ну, праздник же!– воскликнул я с надеждой найти понимание в их глазах.
– Да, праздник,– сказал знакомый голос в стороне. Я оглянулся. К костру подходил тот самый дед, которого я встретил в лесу.– Только мы в последние годы забыли про это.
Дед показал всем, чтобы они разошлись по местам, а сам присел около меня.
– Слушай, дед, ты сказал, что у вас здесь весёлый корпоратив, а здесь дело почти до драки дошло!
– Да, и вот так каждый год. Ты старые сказки помнишь?– и, не дождавшись ответа, продолжал.– Там Дед Мороз всегда один. В Новый год я становился молодым и потом старел целый год. Потом мне стало скучно, и я сам себе сделал подарок, хоть это и запрещено. Я загадал, чтобы в новогоднюю ночь
– Круто!– только и смог я вымолвить.
Дед посмотрел на меня с обидой.
– Нет, извини, дед. Но это действительно круто. И, к тому же, тяжело, наверно. И кто-же вам может помочь?
– Никто,– с горечью ответил дед,– когда сами разберёмся с противоречиями, тогда всё и придёт в норму. Ладно, твоя одёжка подсохла. Давай-ка, собирайся домой.
– А как же…
– Давай, давай.
И не успел смолкнуть его голос, как я оказался снова у ели, а вдали горел костёр, но я знал, что идти в ту сторону мне больше не стоит.
Быстро переоделся в сухую одежду, ещё пахнувшую костром, и осмотрелся. Тёмный лес шумел верхушками деревьев. Вокруг темень. «Да, у деда проблемы»,– подумал я. «Проблемы, проблемы»,– прокаркала сидящая где-то высоко ворона. Затем спохватился: «Эх, а дорогу-то надо было спросить»! «Дурак, дурак»,– прокаркала ворона и, захлопав крыльями, улетела.
Тёмный лес шумел верхушками деревьев. Привычный и спокойный днём, ночью он пугал меня. Стволы гудели, стремились вверх и терялись на фоне покрытого снежными тучами неба. Казалось, деревья презрительно смотрели на меня и кружили, кружили, кружили. Несколько раз показалось, что деревья где-то невдалеке перебегали и вставали на пути, преграждая мне дорогу. Я прекрасно понимал, что у «страха глаза велики», но всё равно не мог отделаться от этой мысли. К тому же временами, пугая меня, всё время каркая, мимо пролетала ворона. И в этом карканьи я постоянно слышал: «дурак, дурак». И всё-таки, несмотря на то, что пытался выбраться из леса, забирался в чащу всё больше и больше. Вскоре уже с трудом пробирался сквозь ветви деревьев. Куртка зацепилась рукавом за сучок. Я обернулся, чтобы отцепиться. В это время кто-то сильно толкнул меня в бок. Никого рядом не было, но ветки стали раскачиваться, как при сильном ветре. Они хлестали по куртке, по лицу, сбивали с ног. Я пытался отцепиться, но только всё больше и больше запутывался. Вскоре уже совсем не мог понять, что твориться. Куртка перекрутилась и сковывала движения. Я вырывался изо всех сил. Уже знакомая ворона сидела невдалеке на крепком суку и громко каркала, а мне казалось, что хохотала.
Вдруг разом всё оборвалось. Я оказался на опушке леса. Посёлок спокойно светил вечерними огнями. Детишки катались на санках и на лыжах. Кто-то торопливо спешил домой. А я думал, что время уже за полночь. С опаской оглянувшись на лес, угрюмо смотрящий мне вослед, быстро поспешил к посёлку. Позади глухо каркала надоевшая ворона. Подошёл к стоявшим немного в стороне санкам и поправил на себе одежду. Затем присев на санки, чтобы передохнуть, стал наблюдать за детьми. Смех и веселье стояли вокруг. Однако опять начало холодать. Уже наученный сегодняшним днём, огляделся, но ничего подозрительного не увидел. Только какой-то подвыпивший мужичок катался на санях с запряжённой в них лошадью. Лошадь лениво пробегала очередной круг. Дети с визгом подбегали и цепляли к саням свои санки, а мужик ругался на них. Я ещё подумал, что это мужик в такое время на лошади катается. Ему бы дома у телевизора сидеть. Хоть, впрочем, это не моё дело. Неожиданно лошадь сделала круг побольше, и, зацепив чьи-то санки, сбила меня с ног. Падая, я крепко зацепился за них. Лошадь продолжала бежать, и я крикнул мужику. Но он меня не услышал. Тогда я крикнул ещё громче. Но результат тот же. Тогда я закричал во весь голос и человек на санях обернулся. Я обомлел от удивления. На санях сидел не пьяный мужик, а очень красивая женщина с бледным лицом. Её светлые волосы покрывал иней. Я хотел попросить её остановиться, не смог. Губы замёрзли и не слушались. Тем временем, сани набирали скорость. Женщина, увидев меня, очень удивилась. В этот момент я
почувствовал, что могу говорить и, поэтому сразу же крикнул:– Эй, дамочка, Вы, что совсем одурели?
Услышав мой голос, женщина, казалось, удивилась ещё больше. Тем временем я успел рассмотреть, что за её красотой скрывалась холодная жестокость. Почти белые зрачки обжигали холодом. Драгоценное ожерелье на её шее было состояло из маленьких льдинок, кое-где приукрашенных отборными снежинками. Я узнал её хоть никогда и не видел. Это была королева зимы и снега. Она, своей собственной персоной! «Ну, ничего себе,– страх холодными мурашками пробежал по спине.– Вот вляпался». Тем временем сани стали отрываться от земли, а если точнее от снега. Медлить было нельзя.
– Эй,– крикнул я женщине,– дамочка. Вы что, совсем здесь все с ума посходили. То Дед Мороз в лесу с раздвоени… тьфу с раздвенадцатерением личности, то деревья, как зайцы по лесу бегают, то Снежная королева к людям цепляется. Лучше бы непосредственной своей работой занялись. Вы посмотрите: зимой вместо снега зачастую дождь идёт. То…
Пока я философствовал, королева смотрела на меня с леденящим душу презрением и обидой за свою ошибку. Вездесущая ворона, пролетая мимо, назойливо каркала, а мне, казалось, говорила: «допрыгаешься, допрыгаешься». Вдруг мои санки расцепились с санями, и я кубарем полетел вниз.
Очнулся в сугробе оттого, что кто-то дёргал меня за рукав.
–Дядя, замёрзнешь,– пытался растолкать меня какой-то малыш.
Подбежавшая мамаша быстро оттащила его в сторону.
– Там дядя спит,– упирался малыш.
– Это плохой дядя,– отчитывала его мать, тревожно поглядывая в мою сторону.
– Вопрос довольно спорный,– ответил я и, вылезая из сугроба, оглядел себя и добавил,– хотя…
Отряхнувшись от снега, повернулся было к лесу. Сидевшая невдалеке на берёзе ворона прокаркала: «куда, куда» и шумно захлопав крыльями, полетела прочь. «И действительно,– подумал я,– а не лучше ли домой».
Повернувшись спиной к лесу, побрёл по дороге. Снег весело поскрипывал под ногами. Неугомонная ворона где-то вдалеке каркала: «пока, покар, кар, кар».
СКАЗКА 6
Посвящается моим внучкам Диане и Карине. На память о нашем небольшом путешествии к доброй бабе Яге.
Осень медленно, но верно вступала в свои права. Солнце улыбалось сквозь ветки с желтеющей листвой вопреки прогнозам синоптиков. Свежий ветерок, радующий по весне, теперь заставлял накинуть на себя ветровку, а иногда и курточку потеплее. Впрочем, ещё оставались оптимисты не желающие менять футболки на более тёплую одежду.
– Так что там, на улице?– спросила дочь, одевая внучек для прогулки.
– По-разному. Сама смотри,– ответил я, отходя от окна.– Ладно, давай скорей одевай, а то теряем зря время.
Мои красотки самого нежного возраста, два с половиной года, уже толкались в коридоре, обувая сапожки. Отсюда суета и деловитость, с которой они делают всё. И обуваются, и капризничают, и радуются. Диана, сорвиголова, самая громкая, боевая, готовая постоять и за себя, и за сестрёнку, что не мешает ей самой обижать её. Карина же хозяйственная, ко всему подходит обстоятельно, на неё можно положиться.
– Всё, готовы? На выход,– командую я, открывая дверь на лестничную площадку.
Девчонки старательно спускаются по лестнице, держась маленькими ручками за перила.
Гулять с внучками всегда очень интересно, здорово и… попробуй, угонись за двумя красотками, разбегающимися в разные стороны. Одна на «кательки», другая на горку. Одна в песочницу, а вторая ещё куда-нибудь. К тому же современные горки, это не горки. Это лабиринты для родителей. Попробуй-ка, побегай вокруг такой конструкции. Девчонки бегают поверху с криками и визгами, а я мечусь вокруг, каждую минуту боясь, что они свалятся в непродуманные тупички с весьма сомнительными ограничителями. Относительно спокоен, когда они, наконец, спустившись на землю, начинают играть в прятки под той же пресловутой горкой. Ну, как в прятки? Внучки с визгом носятся вместе между стойками конструкции из одного конца в другой и, как им кажется, прячутся от меня. В ответ, сделав пару шагов в их сторону, подыгрываю красавицам, говоря: «Где это мои принцески? Куда попрятались? В-о-о-от они!» Услышав это девчонки, опять же с визгом, бегут в другой конец конструкции и прикрывают лица ладошками: значит, спрятались.