Мои миры

Танзиля почувствовала ослабление жара и подняла голову. Чудище медленно таяло вдали, прячась в ещё таившейся в низинах тени. Впереди, прямо перед ними стояла деревня. Авзаль сбросил газ, и мотоцикл устало подкатился к первым домам. Они ещё некоторое время стояли, не слезая с мотоцикла, приходя в себя и переводя дух. Танзиля устало опустила голову на плечо Авзаля. Во дворах закудахтали куры. Послышалось блеяние овец.

Вдруг словно из-под земли вырисовался Ильяс:

– Ты чего к ней пристал! Сейчас как морду набью. Что ты тут разъездился? Вот так бы и убил гада, но люблю паршивца!– при этих словах он бросился на шею Авзаля и крепко обнял его.

Авзаль быстро скинул с себя Ильяса и, схватившись с Танзилёй за руки, они побежали в деревню.

– Что это с ними?– удивлённо проговорил Ильяс, с трудом удерживая пышущий жаром мотоцикл. Затем ухмыльнулся:– Эх, молодёжь!

В глазах проскочил красный отсвет. То ли от лучей восходящего солнца, то ли…

А солнце уже прочно повисло над горизонтом, приступая к своим ежедневным трудам. Вот уже послышался щелчок кнута. Это пастух погнал стадо. Коровы, выходя из ворот, направлялись привычным путём на пастбище. Гуси, выпущенные хозяевами, деловито зашагали к речке. Бараны, приветствуя своим блеяньем новый день, старались не попадаться под ноги коровам. Где-то невдалеке завели трактор. Начался новый день. Судя по восходу, он обещал быть жарким.

ПО МОТИВАМ СКАЗКИ О ЗОЛОТОЙ РЫБКЕ

Жили-были старик со старухой. Впрочем, старик и старуха – понятие относительное. Для подростков, так это конечно. Но вот для ровесников… Просто старик, хоть и был ещё не в тех годах, но не слишком любил бриться. Собственно, брился он раз в полгода. Остальное время просто обрастал. Его трёхдневная небритость быстро переходила в неряшливость, что он стойко переносил. Затем появлялась борода. Но, ровно через полгода, он приходил на работу лысый и бритый, и всё начиналось заново. Сначала его, как только не называли. И домовёнок, и ещё как, но потом прилипло самое простое и вечное: старик. Ну, старик, так старик. Он по этому поводу и не парился. Как-то при разговоре проболтался жене. Та, пару раз подшутив над стариком, когда тот был в «нирване», получила в ответ: «раз я старик, то ты старуха». Так и пошло. Сначала шуткой, а затем, как и бывает, незаметно вошло в обиход.

И так, жили старик со старухой у самого синего моря. Ну, как у моря? Жили они далеко не на самом берегу, а эдак километрах в десяти. В Автово. Жили, конечно, не в землянке, но немногим лучше. У них была обыкновенная, аж целая двушка в «хрущёбе». Кто знает, тот поймёт, о чём я. Вот так, жили не тужили. Старик по выходным любил пройти прогуляться, пока старуха драила квадратные метры.

Гулял старик долго. Ходил пешком на «Юнону». Такой большой рынок на окраине города. Собственно, строился он на окраине, но, как водится, окраина скоро стала удаляться в сторону Финского залива, отнимая территорию у моря, чем отдаляла дом старика и старухи от его побережья. Правда, их это нисколько не заботило. Когда-то, очень давно, рынок был просто нелегальной толкучкой радиодеталей у магазина «Юный техник». Затем его попытались легализовать, дав неподалёку кусок заброшенной территории, состоящей из ям и канав. Вскоре и на этом островке, где процветало радиотехническое братство, рынок стал мешать. Тогда его перенесли на далёкую окраину. Так, что добираться до него стало совсем невмоготу. Но пронырливые радиолюбители толпами повалили и в такую даль. Правда, рынок на новой территории разросся, и из радиотехнической барахолки, превратился сначала просто в барахолку, а затем в рынок с контейнерами, павильонами, сценами, шоу. Получил своё гордое название «Юнона», но потерял то, что было его основой.

В тот день, а надо сказать, была суббота, старик отправился погулять. Маршрут не выбирал. Просто шёл привычной дорогой туда, куда несли ноги. А куда несли его ноги и так понятно. Долго ли, коротко ли шёл, сколько раз останавливался, чтобы купить баночку пива, то не интересно. В конце концов, у человека выходной.

Наконец, дошёл до заветного места, то есть барахолки при входе на рынок, где расположились два длиннющих ряда продавцов, выложивших своё веками нажитое. Или не нажитое. Или не веками. В общем, торгуют люди. Старик, вздохнув полной грудью, довольно потянулся к авоське за пивом, но там позвякивали только пустые банки. Вы скажете, что теперь с авоськами не ходят. Да, не ходят. Но старик был оригинал и из принципа не выкидывал сеточку, прижившуюся у него в кармане. И так, вздохнув полной грудью теперь уже по поводу облома, и, помня о ближнем, старик сложил баночки аккуратно у мусорной урны, и пошёл осматривать, что же принесла эта суббота. А принесла она… всё. Просто если перечислять, то мы тоже засмотримся и потеряем старика и счёт времени. Ведь там столько интересного и… ненужного. Но обязательно хочется посмотреть. Особенно те вещи, которые напоминают нам о молодости. Книжки, конструкторы, выжигательные аппараты и… всё-таки увлёкся. А где же старик? Вот он. Слава Богу, недалеко ушёл. Тоже засмотрелся и зацепился за траву авоськой. Та запуталась, словно в морской тине. Легонько матерясь, старик выпутывает сетку из растительности и идёт дальше.

Самое увлекательное занятие для праздношатающегося по барахолке, это постоять у каждого мало-мальски интересного товара, покрутить его в руках, поторговаться и положить на место. Продавец не особенно надеется на удачу, поэтому самое ценное в такой торговле, это общение. Так старик и шёл от продавца к продавцу, иногда задерживаясь, чтобы рассмотреть очередную безделицу. С кем-то просто перекидывался парой слов. С иными болтал долго и обстоятельно. В общем, всё было как всегда, пока старика не заинтересовала старая детская игрушка. В своё время для детей это было что-то! Старик взял её нежно в руки и улыбнулся так, как улыбаются только дети – легко, весело, беззаботно. Ещё бы, ведь он держал в руках «золотую рыбку». Да не просто рыбку, а заводную. Старик повернул несколько раз ключик, боясь излишне напрягать старую пружину. Рыбка зажужжав, замахала хвостиком.

– Бери, совсем задаром отдам,– предложил продавец, заметив, что игрушка понравилась. Внукам подаришь.

– Не, спасибо. Внукам такие игрушки теперь не интересны,– ответил старик и с грустью добавил,– да и нет у меня внуков. Откуда им взяться в нашей халупе.

Старик положил рыбку обратно и пошёл дальше. Но теперь его уже ничто не интересовало. Он грустно брёл между рядами продавцов. Так, пройдя до ближайшей дорожки, повернул в сторону трамвайной остановки. Вскоре показался шестидесятый трамвай. Уже отъезжая, старик посмотрел в окно в сторону барахолки, и ему показалось, что снова видит «золотую» рыбку.

Минут через десять он вышел около дома. На полном автомате подошёл к подъезду и, уже поднося ключ к домофону, заметил, что дверь новая. Старик поднял голову. Это был не его дом. Вместо старой «хрущёбы» стоял, очень ловко встроенный между старыми домами, точечный новострой. «Странно, как это я заблудился?– подумал он.– И откуда здесь этот дом?» Старик осмотрелся. Это был явно его район, и на доме был русским по белому написан его адрес. Старик снова подошёл к двери и опасливо поднёс ключ к домофону. Тот послушно запикал, приглашая войти. Поднявшись на свой на этаж, старик открыл ключом замок и неуверенно приоткрыл дверь. Старуха ходила по квартире, заканчивая уборку. Заметив мужа, она крикнула:

– Что встал? Заходи, разувайся.

Старик осторожно, всё ещё не веря своим глазам, прошёлся по квартире. Большие светлые комнаты. Новые стеклопакеты. Просторный санузел, в котором свободно уместились и биде, и джакузи. Ну, джакузи не джакузи, а ванна с гидромассажем.

– Где ты опять пропал,– звала с кухни старуха.– Сначала болтаешься непонятно где полдня, а теперь обедать не дозваться.

Старик вошёл на кухню и прикинул: «метров двенадцать, не меньше». Обедали молча. Уже в конце обеда, когда жена разливала чай по чашкам, спросил:

– Старая, а тебе не кажется всё это несколько необычным?

– Почему необычным?– не отрываясь от чайника, сказала хозяйка.– Сейчас время нанотехнологий. Вот, наверно, администрация и улучшает наши условия наноспособом.

– Ты что, старая? Совсем крыша поехала?

– Почему поехала? Столько денег вбухнуто в это нано…

– Вот только не «нано»! Я вот что подумал. Сегодня на рынке…

– Так я и знала, что ты опять там болтался!

– Да погоды ты! Слушай! Так вот, попалась мне одна игрушка, «золотая рыбка». И уж до того она мне понравилась, что я, как в детстве побывал. Не удержался, завёл. А она, даже работает. Эдак хвостом двигает. Смотрю я на рыбку, а у самого в голове и наша квартира и то, как мы живём, и как планировали, всё крутится и крутится.

– Так у кого крышу-то снесло? Совсем в детство впал. Эх,– только и махнула рукой старуха.

– А тебе легче в «нано» поверить?– вздохнул старик.

Стали они жить дальше. Несмотря на то, что не пришли к согласию по поводу изменений, это не мешало им наслаждаться квартирой.

Проходит неделя, проходит другая. Стала старуха задумываться. Чаще смотрела новости по телевизору, разные ток-шоу. Но нигде ни словом не обмолвились о прорыве в области нанотехнологий. Наконец, не выдержала и стала приставать к мужу с расспросами о «золотой» рыбке. Старик сначала хмурился, молчал, храня обиду, но затем не выдержал. И рассказал ещё и ещё раз, хоть особо прибавить было нечего. Но это мужику нечего, а женщине, да ещё насмотревшейся телевизора, очень даже есть чего. Как-то раз в субботу, когда старик снова собрался пойти погулять, старуха, как бы невзначай сказала: