Мудрость любви

КУДА ИДЕМ? КРИЗИС ЦИВИЛИЗАЦИИ И ЗЕРНА НОВОГО ВОЗРОЖДЕНИЯ

КТО ПОМОЖЕТ «ВЕЛИКОЙ СИРОТЕ»?

Когда по телевизору передают даже самые страшные новости о бедах и катастрофах, приносящих вред сотням, тысячам человек, уничтожающих целые поселения или природные сообщества, люди на эти новости реагируют порой довольно спокойно, даже их сочувствие иногда проявляется очень абстрактно, граничит с равнодушием. Беды, которые случаются где-то далеко и лично нас не затрагивают, быстро забываются, и люди перестают говорить и думать о них.

Но есть тема, которая в последнее время упорно держится на первых местах во всех сводках новостей, о ней знают и говорят почти все – это мировой экономический кризис. Когда недавно брали интервью у людей на московских улицах и спрашивали, о чем они чаще всего беседуют с коллегами на работе, с друзьями в кафе или в кругу семьи, большинство ответило одно и то же: «Конечно, об экономическом кризисе, о чем же еще?»

Если одна и та же тема на устах у всех, у сильных мира сего и у простых людей, ни о какой абстрактной реакции на нее и речи быть не может.

Дело даже не в том, что экономический кризис бьет по карману лично каждого (циники утверждают, что его могли не почувствовать только те, кто до этого голодал и продолжает голодать). Дело в том, что нынешний кризис стал ярким показателем того, как сильно сотрясается почва под ногами, как очевидно разрушается та хрупкая и во многом мнимая стабильность, в которой привыкли жить все люди «цивилизованного» мира. Он показал всю иллюзорность экономических и политических моделей, на которых строится современная цивилизация.

И в то время как сильные мира сего пытаются удержать на плаву тонущие гигантские «монстры», от которых зависит экономическая и политическая судьба мира (спасая одновременно собственную власть и сферы влияния), – у простых людей совершенно другое отношение к происходящему.

Простой человек, далекий от мировой экономики и политики, знает: под вопрос поставлено многое, что до сих пор обеспечивало его элементарное существование. Кто-то потерял работу, кому-то уменьшили зарплату, у кого-то рухнул собственный бизнес, кто-то и так еле сводил концы с концами, а теперь стало совсем плохо. А кому-то, привыкшему ни в чем себе не отказывать, теперь приходится затягивать ремень потуже, считать деньги, лишаться многого, что было частью его имиджа и образа жизни, а это в менталитете большинства сравнимо с мировой катастрофой.

В большинстве случаев вся борьба за выживание (да и вся жизнь) крутится вокруг бесконечных кредитов, которые надо брать или возвращать, долгов или дырок в бюджете, которые то уменьшаются, то разрастаются…

Люди почувствовали кризис на собственной шкуре и ее же и спасают. Большинству не до боли соседей, не до боли народов, не до боли всей планеты… История повторяется: все судорожно ищут ответ на вопрос, как спастись, как выйти из кризиса, и мало кого интересует вопрос, почему кризис происходит. Совсем недавно я попросила своего хорошего друга поискать в Интернете материалы, которые могли бы разъяснить причины нынешнего экономического кризиса. Вместе с материалами я получила от него весьма показательный короткий комментарий: «Полазив по Интернету, рассматривая все, что касается кризиса (а в Интернете уже куча сайтов, созданных специально, чтобы освещать кризис), поразился простому факту. Из каждых десяти публикаций лишь в одной есть попытка разобраться с причинами и сутью кризиса, только в некоторых даются прогнозы развития этого явления, а подавляющее большинство статей посвящено тому, как спасти себя любимого и свои деньги от кризиса. Это, наверно, и есть главный философский диагноз кризиса: когда все плохо – каждый сам за себя. Разговоров о том, что кризис преодолевается сообща, ведется много, но на практике, увы, и на уровне государств, и на уровне простых людей действует закон джунглей» (Д. Зубов).

Вот такое оно, положение вещей. Очень актуально сейчас звучит комментарий на тему современного прогресса, который в середине 60-х годов ХХ века дал Аурелио Печчеи, основатель и первый президент Римского клуба, организации, которая объединила людей из разных стран мира, размышляющих о возможных сценариях и путях развития будущего: «Времена, в которые мы живем, полны угроз и опасностей. Но мы настолько занялись собственными делами, что, в конце концов, утратили представление о сложности окружающего нас мира… В истории трудно найти другой период, когда люди смотрели бы в будущее с такой неподдельной тревогой. В самом деле, это похоже на возврат к Средним векам, когда разум человека был объят страхом перед наступлением нового тысячелетия».

Сейчас, полвека спустя, поводов для оптимизма становится все меньше. Да, поражает равнодушие людей ко всему, что не касается их собственных дел, их собственного маленького мирка, их собственной судьбы. Но все это лишь маска, за которой прячется нечто совершенно другое. Люди нашего времени не такие уж черствые, глухие и слепые, какими кажутся. Ведь до сих пор они продолжают смотреть в будущее с неподдельной тревогой, которая растет не по дням, а по часам. А где есть тревога, там бьется еще живое сердце, которое все прекрасно чувствует, даже если прячется под маской равнодушия. Помимо бесчисленных вопросов, как спастись самому, все чаще звучат – вслух, безмолвно или подсознательно – крики «вопиющих в пустыне»: «Куда мы все идем, куда катится этот мир? Какое будущее ждет наших детей, грядущие поколения – мы как-то обойдемся, а что будет дальше с ними? Не разозлит ли человечество Бога и природу, не вызовет ли на свою голову страдания еще более страшные? Не катимся ли мы к концу света, к краху цивилизации?» Погружаясь в собственные проблемы и беды, которых с каждым днем становится все больше и больше, люди в то же время инстинктивно чувствуют, что весь мир идет «не туда». Они чувствуют, что дело вовсе не в экономике, не в материальных трудностях, что это всего лишь маленькая вершина огромнейшего айсберга мировых бедствий, – и им становится тревожно, страшно за себя, за других, за весь мир.

Мне кажется, что люди не утратили представления о сложности нашего мира и не утратили своей боли за него, а наоборот. Те маски равнодушия, за которыми сейчас прячется большинство, – это, скорее, защитная реакция страусов, которые прячут голову в песок, чтобы ничего не видеть и не слышать, чтобы заглушить отклик сердца и ума на то, что происходит вокруг. Потому что люди сами растеряны и беспомощны, потому что в глубине души всего боятся и не знают, что делать и чем помочь себе и другим.

А если представить миллиарды людей и других существ, живущих на Земле, не как безымянную толпу и не как ненасытную «черную дыру», которая постоянно что-то потребляет, что-то разрушает, кому-то вредит и ничего не понимает, а как единое живое существо, такое же, как любой из нас? И если представить, что это существо имеет свою судьбу, свое тело, ум, душу и сердце, свои достоинства и недостатки, свои испытания и перспективы, свое право на эволюцию и счастье, то у нас нашлось бы гораздо больше поводов для сострадания и гораздо меньше – для осуждения.

А если это живое существо представить посреди исторического вихря нашего времени, посреди суеты и гонки, посреди зла, разрушений, трудностей и неразберихи этого сумасшедшего мира, в котором «маяки добра» выделяются лишь слабым мерцанием… Перед нами предстало бы вовсе не гордое человечество со всей природой в качестве прислуги, а, скорее, большой ребенок и «Великая Сирота». На нас смотрели бы глаза загнанного зверька, до которого никому нет дела, существа, уже одичавшего оттого, что долгое время оно было предоставлено самому себе, и порой агрессивного в своем одиночестве, потому что оно до смерти всего боится и привыкло во всем чувствовать угрозу. С другой стороны, вопреки всем признакам трудного, слишком запущенного ребенка, наша «Великая Сирота» богата талантами, потенциалами, качествами духа и ума и была бы способна на все достижения и счастье этого мира, если бы кто-то думал именно о ней и о ней заботился в первую очередь. И особенно эта «Великая Сирота» нуждается в том, чтобы ее очень любили и очень ей сострадали, чтобы ее учили и наставляли, вместо того чтобы ею манипулировать и использовать в корыстных целях, как это чаще всего и происходит.

Звучит как утопия – но все же… Если бы в нашу эпоху было больше наставников, проникнутых состраданием и любовью к живым существам, а не к цифрам, геополитическим стратегиям, холодным формулам и абстрактному прогрессу; если бы было больше наставников, которые с любовью учили бы, объясняли многие почему, для чего, куда и как; если бы было больше наставников, которых трогали бы живая боль и живое счастье этого мира, а не собственная выгода, – наверное, слова о крушении цивилизации звучали бы с гораздо меньшей тревогой.

О глобальном мировом кризисе говорят уже давно. Звучит огромное количество вопросов (не имеющих ответа), предлагается куча решений (многие из них бесспорно толковые), создаются прогнозы (большинство из них отнюдь не оптимистические). Наверное, вся глубина кризиса в том, что очень редко звучит фундаментальный вопрос: «А как помочь „Великой Сироте“, что могло бы спасти ее? Как показать людям свет в конце туннеля и направить их туда, где этот свет действительно есть?» Это самый сложный из всех вопросов, и то, что нынче он мало кого волнует, усугубляет состояние тупика. Хотя есть такое ощущение, что, если бы мы попытались искать ответ на один только этот вопрос, все остальные, до сих пор остающиеся без ответа, уже бы сдвинулись с мертвой точки.