Н 4

– Да, кое-что случилось. Так что теперь к моим делам, если не против, -

выдохнув, снова вернул себе миролюбивый вид Артем. – Не плохое случилось, нет.

Скорее… Даже слово не подобрать, - цокнул он.

–  Говори, как есть. – Развел я руками. – Можно валом слов, можно эмоциями,

можно без имен.

–  Да не все так скверно, чтобы эмоциям быть. Но и без них никак, - завозился на месте друг. – Маятно просто… В общем, что ты знаешь про закрытые клубы?

– Смотря какие. Это ближе к студенческим братствам или религиозным орденам?

–  Скорее, первое. – Задумавшись, качнул головой Шуйский. – Никаких ритуалов,

все вокруг университета. Приглашают не всех, опять же - тайна, закрытые вечеринки для своих. Потом студенты вырастают, становятся князьями и крупными чиновниками, судейскими стряпчими и высшей имперской аристократией. Клуб при этом остается на месте. Знаешь, вроде смотришь со стороны – ну ничего не связывает двух людей, кроме одного университета. А потом – оп! – и имперская судебная тяжба не в твою пользу, по каким-то косвенным доказательствам… Или,

вон, к примеру…

–  Я понял, - оборвал я его. – Так что случилось-то?

–  Зовут в клуб, - поджал он зубами нижнюю губу. – Меня, как княжича. Девушку тоже можно взять с собой. Веру, то есть.

–  Это хорошо? – Осторожно уточнил я.

–  Это очень, невероятно хорошо. – Согласился он. – Но один ритуал в этом клубе все-таки есть. Посвящение, испытание. Короче, надо ограбить банк, - выдохнул он,

словно в воду холодную нырнул.

–  О, так я могу посоветовать хорошего специалиста! Если мы сложимся, то два тоннеля точно будут со скидкой!

–  Разбойное ограбление, Максим. – Покачал головой Артем. – Посреди бела дня.

–  Они с ума сошли, такое предлагать? – Недоуменно посмотрел я на друга. – Это же имперское преступление.

Потому что деньги – это всегда очень серьезно.

– Клуб элитарный, - произнес он, словно через зубную боль. – Ощущение вседозволенности… Быть хищником… И другой бред.

–  Смахивает на подставу.

–  А то я не вижу, - с усталостью, говорящей о многих размышлениях на эту тему,

отозвался Шуйский. – Говорят, что банк принадлежит простолюдину – какому-то купцу из шестой тысячи, и возможные последствия они замнут.

–  Банк в Москве? – Сделал я важное уточнение.

–  В Москве. Не в центре, но и не на окраине.

–  Купец из шестой тысячи? – С иронией уточнил я.

Банки – это очень большие деньги. Чужие, в основном – а значит, их не доверят абы кому. И если встречается исключение, то выводы могут быть, как о качестве этих денег, так и об истинных хозяевах банка.

–  Я тоже это вижу. – Хлопнул Артем по подлокотнику. – Но не могу отказать.

–  Не можешь или уже не смог?

–  Уже, - как-то обескураженно пробормотал друг. – Так получилось. Перспективы действительно громадны, - принялся он оправдывать свое решение передо мной. –

Такого шанса не бывает во второй раз! Плюс я пойду не один, там будут еще кандидаты.

–  Из равных тебе по титулу?

–  Смеешься? Равные уже в клубе…Но некоторые господа – из весьма уважаемых семейств. – Артем задумался, стоит ли говорить, но все же произнес. – Пашку помнишь? Вот он тоже пойдет. И еще пара ребят.

–  Пашка то как? – Сдержанно удивился я. – Он же плотно под Черниговскими.

–  Да те уже в клубе, почти самые главные. – Пожал тот плечами. – Видимо, к себе через испытание тащат.

–  Девушек с собой берете? – Пока напряженно думал, озвучил я пустяк.

–  Нет, они пойдут довеском.

–  Что от меня нужно? – Спросил я напрямик.

–  Совет. Не знаю, - как-то даже расклеился Артем. – Мне запрещено просить помощи у клана, и я дал в этом свое слово. Даже аналитиков – и тех не привлечь.

– Давай так, - сосредоточился я. – Ситуация мутная. Отказаться не можешь.

Новое задание не дадут. Все верно?

–  Абсолютно.

–  Если все сорвется, и вас повяжут, будет на тебе имперское преступление.

–  Так.

–  Последствия для тебя? – Уточнил я крайне важное.

–  Не могу сказать точно, - постучал он пальцами по деревянному подлокотнику.

– Плаха для остальных – без вариантов. Пашку, может, еще откупят. Меня не тронут,

–  все же ответил он, но без уверенности.

–  А если это ограбление не сможет произойти? – Сдержанно улыбнулся я.

–  Как это? Если мы все струсим?

–  Нет. – Терпеливо ответил я. – Если, к примеру, этот банк случайно ограбят на день раньше.

И лукавая улыбка была мне ответом.

– Я думаю, им все же придется придумать что-то другое, - выдохнул он с облегчением. – Блин, на поверхности же! Только грабить не надо! Просто прорыв воды или канализация там. Максим, ты гений! – Совсем уж успокоился Шуйский и,

подняв голову вверх, улыбнулся. – А там, на новое испытание я и отказаться смогу без урона чести.

–  Ты же хотел в клуб?

– Да не то, чтобы очень. Просто вышло, что согласился, а раз так – то и о перспективах можно подумать, - невольно поморщился Артем.

–  Вера при этом была?

–  Да при чем тут она! – Чуть было не вспылил Шуйский, но мигом успокоился. –

Никогда не знаешь, как пойдет разговор. Согласился – и ладно. Если выручишь меня с этим – скажу спасибо. Мне, к сожалению, никак лично или через моих людей этого делать нельзя. Засмеют, если вскроется, - чуть беспомощно посмотрел он на меня.

–  Не беспокойся, не засмеют, - ответил я успокаивающей улыбкой. – Все будет хорошо.

–  Но ты же не будешь грабить этот банк? – Через облегчение, словно на всякий случай, спросил друг. – Просто прорыв водопровода, верно?

– Артем, - с укоризной ответил я. – Меня сегодня обвинили, что я не умею шутить над собой.

–  А, то есть, это ирония. У тебя начало получаться! – Хохотнул Шуйский. – Зная тебя, я даже поверил!

И да, я не умею.

Обратно домой меня отправили на той же машине, сопроводив добрыми пожеланиями. Артем, расчувствовавшись, даже пообещал убедить деда взять на сватовство кого-то из своих давних друзей – словом, был мне обязан заранее и не сомневался в результате задумки. Потому что грабить они собрались уже на следующей неделе, в среду…